— Не преувеличивай, — выдохнул он. — Женя очень талантливый фотограф, просто его обстоятельства...

— Обстоятельства? Что ты знаешь о тех обстоятельствах?

— Ами, да мы вообще не об этом! Я не рассказывал про блог, потому что это неважно. Это абсолютно не имеет никакого значения!

— Фигассе! Аля бы прибила за такие слова! Она каждого своего подписчика холит и лелеет! А тебе, значит, всё безразлично?

— Не всё! Просто есть вещи гораздо важнее этого.

— Например? Твой проект, перед которым ты здесь отдыхаешь, развлекаясь с незадачливыми стажёрами? — я уже кипела.

Его невозмутимость и спокойствие сейчас только сильнее раздражали.

— И проект уже неважен.

— Уже? С чего вдруг?

— Интересы поменялись, — пожал плечами Роберт.

Я смотрела на него и просто терялась в собственных мыслях и сомнениях.

Поменялись!

Снова!

Вот так просто?

— Как быстро у тебя меняются интересы, — устало заметила я, отстегиваясь. — Может, я тоже интерес, которым ты перегоришь через неделю, как только закончится стажировка?

— Нет, Ами.

— Или, может, решишь, что свобода важнее всего, и умчишься снимать северное сияние?

— Лия, ты несправедлива.

— Извини, Роберт, но, кажется, мы абсолютно разного хотим от жизни и очень поспешили.

Я молниеносно открыла дверь и выскочила из машины. Роберт вышел следом.

— Так ты решаешь проблемы? Сбегаешь или выливаешь чай? Разговор ведь не окончен!

Он преградил мне путь.

— Я утаил блог, а не ребёнка в шкафу, чтобы так реагировать, Амелия!

На этих словах у меня внутри все сжалось. Роберт подошёл ближе, поджав губы. Вид у него был уже не такой мягкий и милый.

— Ты выкатываешь мне претензию так, будто сама пришла ко мне с полным досье. Но ведь у тебя тоже есть недосказанности, правда?

— Не понимаю, о чем ты... — я обняла себя за плечи.

— Я очень наблюдательный, Ами, как ты сама заметила.

— Сапожки оставил племянник Али, — буркнула я, уже понимая, к чему он ведёт.

— Вот как? А ты со всеми племянниками фотографируешься в обнимку?

— Чего?!

— Часть гостиной виднелась. На книжной полке стояла фотография.

— Ты не мог её рассмотреть. Даже в очках.

— Мне хватило рыжеволосого мальчика рядом с тобой. Или придумаешь что-то ещё?

Я замерла. Значит, вчера он всё понял. И всё ещё не сбежал...

— Почему ты не сказала сразу? Это же целая жизнь!

— Я...

— Боялась, что меня это спугнёт? Что я не люблю детей и сбегу, сверкая очками, так?

Так!

Я так в тебя втрескалась, что страшно было бы разочароваться еще и в тебе.

— А ты думаешь, ты первый парень после развода? Мне хватило нескольких свиданий, чтобы убедиться, что девушка с ребенком, точно чума! Никто не хочет связываться. Никто не хочет лишней ответственности. Никто не хочет воспитывать чужое дитя, Роберт!

— Ты должна радоваться, Ами! Твой сын сработал как оберег от мерзавцев! Но это же не значит, что все такие.

— Хочешь сказать, что тебя это не напрягает?

— Меня напрягает, что ты не рассказала вчера, хотя могла. Возможно, я виноват, что не заслужил должного доверия. Но мы это исправим.

Он схватил меня за руку и повёл вперед.

— Куда мы? — опешила я.

— В сад. Разве ты не за этим так торопилась?

— С чего ты взял, что Васька в саду?

— Ага... Значит, Васька.

Я остановилась.

— Ты не ответил.

— Ами, я рано приехал сегодня. И видел вас.

— Почему не сказал с утра?

— Ты намекнула, что вечером нас познакомишь. По крайней мере, я на это рассчитывал. Или я ошибся?

— Не ошибся.

Мне стало ужасно стыдно перед ним.

Бог мой, да он идеальный!

Он действительно оказался лучше, чем я успела себе придумать. Я боялась, что он уйдёт. Что испугается. Что сбежит, как все остальные, оставив мне в этот раз ещё и разбитое сердце.

Глаза вдруг защипало.

Роберт подошел и обнял меня.

— Я очень люблю детей, Ами. И когда ты будешь готова, я буду рад познакомиться с твоим сыном. Уверен, он такое же чудо, как и ты.

— У него еще папины гены есть, — всхлипнула я. — Так что чудо иногда превращается в Годзиллу.

Роберт тихо рассмеялся и, взяв мое лицо в ладони, нежно поцеловал.

— Мне идти с тобой?

Я покачала головой.

— Не сегодня. Мне нужно прийти в себя и немного собраться. В таком состоянии, как сейчас, я вряд ли буду хорошим посредником между вами.

— Тогда у меня есть идея. Поехали завтра вместе в парк? Мы поприсматриваем точки и погуляем заодно. Что скажешь?

— Васёк вряд ли даст сосредоточиться на работе, Роберт. Ему практически пять, и в нем кипит жизнь похлеще лавы в вулкане.

Он улыбнулся.

— Разберёмся.

Снова поцеловал меня и крепко обнял.

А мне было непередаваемо хорошо. Так хорошо, что всякие стажировки, блоги, проекты отошли куда-то на дальние берега.

Кажется, неделю назад со мной произошло действительно что-то необыкновенное.

— И почему мы приехали именно в этот парк, мам? — канючил Васька. — Лучше бы в кино или снова в зоопарк сходили.

— Мы не можем каждые выходные ходить в зоопарк, мой свет. Жирафы тоже должны отдыхать.

Васька утвердительно кивнул и потопал рядом, то и дело подпрыгивая под тяжестью своего рюкзачка, набитого всевозможными игрушками.

Я шла рядом и осматривалась.

Роберт хотел заехать за нами, но я наотрез отказалась. И как могла, откладывала этот момент, потому что боялась до жути.

Вдруг они не понравятся друг другу?

Вдруг не найдут общий язык?

Вдруг Роберт обидит моего мальчика, пусть даже не со зла, а просто потому, что не знает, как с ним разговаривать?

Нет, нет.

Такого не случится.

Уверена, все пройдёт замечательно.

Мне очень хотелось верить в это.

— Здесь, в конце парка, кажется, есть детская площадка, — вспомнил Васька и потянул меня за руку. — Пойдём сразу туда.

— Нет, радость моя, — я остановилась и достала телефон. — Мне нужно немного поработать, а потом, обещаю, будут и мороженое, и площадка. Хорошо?

— Поработать?

— Я же тебе говорила. Маленький, а память как у старого деда. Видишь, даже камеру взяла.

— Ой, ты всегда ее таскаешь, — закатил глаза Васек. — А работаешь не всегда. И вообще, смотря какой дед! Вот дедушка Андрей очень умный и всё всегда помнит.

— Он учитель физики. Ему положено, — буркнула я, даже слегка поведя плечами.

Оба моих родителя являлись почётными учителями страны, и в детстве это было моей самой большой проблемой. Порой, после очередной тройки, даже домой не хотелось идти. Не потому что боялась наказания, а потому что стыдно было в глаза смотреть людям, чьи заслуги отметил сам Президент.

Я снова прочитала сообщение от Роберта, чтобы убедиться, что мы с Васьком пришли правильно. Но Бобина нигде не было видно.

— Мам, а к уточкам хоть пойдём? — надулся Васек.

— Непременно, — улыбнулась я и взъерошила его волосы.

Потом бросила взгляд в сторону и увидела Его.

Роберт уверенно шел к нам по дорожке. На нем были джинсовые шорты до колен, зелёная футболка и уже знакомый мне фотоаппарат. И выглядел он совершенно спокойно. Ни сомнения, ни тени растерянности на лице. Как будто каждый день знакомится с детьми своих возлюбленных.

Ой, размечталась...

Возлюбленных.

Пока он просто говорил, что меня обожает.

— Амелия, привет! — он подошел, широко улыбаясь.

— О, привет, Роберт! — изобразила удивление я.

Ну, потому что так будет проще.

Неожиданная встреча коллег.

«Знакомься, Вася», а дальше дело за Робертом. А я уж после попробую поправить все недочёты, которые возникнут при этом эпическом знакомстве.

— Тоже приехала поснимать? — поддерживал согласованную легенду Бобин.

— Да, совмещаем приятное с полезным, — я положила руку Ваську на плечо и притянула к себе. По телу пронеслась дрожь, как будто я снова стою и защищаю диплом.