Сан нахмурилась.

— Думаю, да.

— Ключи?

Сани похлопала по карману брюк.

— Есть.

— Значок?

Она постучала блестящей побрякушкой по сердцу.

— Есть.

— Пистолет?

Она провела ладонью по своему дежурному оружию.

— Есть.

— Здравомыслие?

Веки Сан округлились. Она крутанулась на месте, проверяя, все ли в порядке. У нее осталась всего одна ниточка. Она не могла позволить себе потерять её.

— Проклятье. Где же оно у меня было в последний раз?

— Ты смотрела под диваном?

Продолжая игру, Сан опустилась на колени и стала искать под диваном.

Аури покачала головой и направилась к боковой двери.

— Клянусь, мама. Ты бы потеряла голову, если бы этот милый доктор Франкенштейн не пришил её к твоему телу.

Сан выпрямилась.

— Ты только что назвала меня чудовищем?

Когда дочь только хихикнула, она вскочила на ноги и вышла вслед за ней.

Они вышли на крыльцо, и Сан вдохнула запах хвои, свежего снега и горящих дров из каминов по всему городу.

Аури сделала то же самое и обернулась.

— Думаю, мне здесь нравится, мама.

Утверждение, прозвучавшее в голосе Аури, немного ослабило напряжение, скрутившее живот Сан в узел. Не целиком, но она приняла, все что могла.

— Мне тоже, милая.

Может быть, это все её воображение, но Аури не казалась прежней с тех пор, как она отпустила её на суперсекретную новогоднюю вечеринку на озере. На ежегодную вечеринку, о которой родители и полицейские не должны были знать. Те самые родители и полицейские, которые завели эту традицию несколько десятилетий назад.

Она позволила Аури остаться всего на пару часов. Могло ли там что-то случиться? Аури не была прежней с той ночи, а Сан знала, что может случиться, когда собираются подростки. Атмосфера могла в мгновение ока превратиться из безумного веселья в многочисленные ножевые ранения.

— Знаешь, ты можешь остаться дома еще на несколько дней. У тебя астма разыгралась, милая. И голос немного хриплый. И…

— Все в порядке. Я не хочу отставать, — сказала она.

— У тебя есть ингалятор?

Аури потянулась в карман пальто и достала L-образную штуковину.

— Да.

Тогда их окликнула женщина. Вздорная женщина с седеющими светлыми волосами и нечеловеческой стойкостью.

— Таллихо!

Они обернулись: по снегу к ним шла Элейн Фрейр, а за ней — её напарник по преступлению, грубоватый муж Сайрус Фрейр, с которым она прожила тридцать пять лет.

Сан наклонилась ближе к Аури.

— Твоя бабушка только что назвала меня шлюхой?

— Привет, бабушка. Привет, дедушка, — сказала Аури, не обращая на нее внимания.

Это произошло.

Девушка, претендующая на премию «Внучка года», поспешила к паре, чтобы обнять их.

— Мама волнуется, что вы попадёте в тюрьму.

Элейн рассмеялась и притянула к себе голубку.

— Стукачи долго не живут! — воскликнула Сан.

— Твоя мама говорит это уже много лет, — сказала Элейн через плечо Аури, — а мы еще не разу не были в казённом доме.

Она отпустила её, чтобы Аури могла подойти к дедушке..

— Привет, дедушка.

Сайрус повернулся и заключил внучку в объятия.

— Привет, Орешек. За что мы будем сидеть в тюрьме на этот раз?

Аури отстранилась.

— Фальсификация выборов.

— А. Я должен был догадаться. — Сайрус кивком указал на дом. — Что ты о нем думаешь?

— Он прекрасен, дедушка.

Его лицо светилось благодарностью, когда он смотрел на Сан.

— И это лучше, чем платить пятнадцать сотен в месяц за отремонтированный гараж, а?

Он был прав. Санта-Фе был очень дорогим городом.

— Ты меня поймал, пап.

Она быстро обняла их обоих, а затем направилась к своему чёрному круизеру, с надписью «Шериф» золотыми буквами по бокам.

— Санни, подожди, — сказала её мать, роясь в кармане пальто. — Мы должны сделать фотографию. Это первый день Аури в школе.

Сан громко застонала, скрывая, что находит эту женщину просто очаровательной. Она все еще злилась на них. Или пыталась. Они выставили её на выборы шерифа без её согласия. И Сан победила. Это поражало воображение.

— Мы опоздаем, мам.

— Ерунда. — она достала телефон и поискала приложение камеры.

Минут двадцать.

— Вот. — Сан выхватила телефон, борясь с ухмылкой. Это только подстегнёт её. Она перешла на главный экран, нажала на приложение и подняла телефон, чтобы сделать селфи.

— Идите все сюда.

— О! — восторженно сказала Элейн. Она обхватила мужа руками. — Подойди ближе, милый.

Холодный воздух освежил все их лица. Сан сделала несколько снимков розовощёкой четвёрки, а затем направила дочь к крейсеру, отец поспешил за ней.

Когда Аури подошла к пассажирскому креслу, Сан повернулась к нему лицом.

Он понимающе улыбнулся и спросил:

— Ты в порядке? Со всем этим?

Она положила руку ему на плечо.

— Я в порядке, пап. Все хорошо. — она надеялась. — Но не думай, что ты хоть на секунду сорвался с крючка.

— Даже не мечтал об этом. Просто я знаю, как тебе нравилось оставлять это место в прошлом.

— Мне было семнадцать. И только один оттенок лака на ногтях отделял меня от того, чтобы стать готом. — она задумалась. — Никто не должен был этого видеть.

Нагло ухмыльнувшись, она протопала по снегу к водительской стороне.

Он прочистил горло и снова продолжил, видимо, не закончив разговор.

— Ну, хорошо. Хорошо, — осторожничал он, прежде чем спросить: — А как ты спишь? Не снились кошмары?

Ах. Вот в чем дело. Сан обернулась и улыбнулась ему своей самой обнадёживающей улыбкой.

— Никаких кошмаров, пап.

Он кивнул и открыл дверь, когда Элейн позвала её:

— Хорошего дня вам с Аури. И не забудь о встрече!

Сан выглянула из-за капота своего внедорожника.

— О какой встрече?

Элейн резко вдохнула.

— Саншайн Блейз Викрам.

Она запрыгнула в машину прежде, чем её мать успела продолжить эту мысль. После слов «Саншайн Блейз Викрам» ничего хорошего не происходило.

Она в последний раз ободряюще улыбнулась отцу, когда он закрывал дверь, а затем выехала на заснеженную дорогу, уверенная, что поступила правильно. Сказав ему правду, она лишь усугубила бы чувство вины, которое, как она видела, грызло его каждый раз, когда он смотрел на нее. Им обоим незачем терять сон из-за того, что произошло в Дель-Соль так давно.

Пять минут спустя Сан въехала на парковку средней школы Дель Соль. Она поставила машину на стоянку и повернулась к своему рыжеволосому отпрыску.

— Пора.

Аури вытаращилась на нее.

— О, Боже. Мама, только не это.

— Мы просто освежим твою память.

— На самом деле это не первый день в школе. Мы уже говорили об этом в августе.

— Да, но это было для академии. А это — для средней школы Дель Соль. Твоё новое место обитания.

Аури опёрлась локтем о подлокотник и опустила лицо в ладони.

— Итак, как мы уже обсуждали, мальчики обычно рождаются с этой маленькой штучкой, которую я люблю называть пенисом.

Аури застонала.

— А девочки часто рождаются с этой маленькой штучкой, которую я люблю называть вагиной.

— Я переезжаю к бабушке и дедушке.

— Но эти два компонента, пенис и вагина, никогда не должны встречаться. — Сан помахала указательным пальцем туда-сюда. — Никогда. На самом деле, быть лесбиянкой — это очень современно. Так что, знаешь, ты всегда можешь пойти в этом направлении.

— Мам, быть лесбиянкой — это не выбор.

— Нет, если ты не дашь этому шанс.

— Отлично. — Аури оглядела растущее число зевак. — Я попробую. Ты можешь просто выключить аварийное освещение?

Сан оглядела лица, отражающие красные огни её крейсера.