***

Слова миссис Сент-Обен были в равной степени защитным механизмом и правом, поэтому Сан не принимала их слишком близко к сердцу. Она прокрутила в голове события дня, затем встала и направилась в свой кабинет.

Помощники спускали машину по лестнице и вывозили из участка, а эвакуатор ждал неподалеку.

— О чем ты думаешь? — спросил Квинси.

— Я думаю, что миссис Сент-Обин не совсем честна с нами.

— И что же её выдало? — спросил он, в его тоне сквозил сарказм.

— Но сейчас где-то есть четырнадцатилетняя девочка, и мы должны её найти.

— Согласен. Ты уверена, что готова к этому? Учитывая, что это твой первый день и все такое?

— Готова? Именно поэтому я стала сотрудником правоохранительных органов.

— Чтобы спасать похищенных девушек? — спросил он.

Она долго смотрела на него, потом ответила:

— Чтобы ловить преступников.

***

После мучительного сеанса, в ходе которого врач скорой помощи неоднократно умолял Сан обратиться в центр неотложной помощи, утверждая, что на пару порезов нужно наложить швы, он перевязал их как мог, чтобы Сан могла надеть свежую рубашку, и они с Куинси смогли отвезти миссис Сент-Обин в её дом, чтобы исследовать место возможного похищения.

Она поставила перед помощниками различные задачи: позвонить в школу, чтобы узнать, не появлялась ли там девочка, и получить записи её телефонных разговоров, с благословения её матери.

Миссис Сент-Обин всю дорогу до дома расспрашивала Сан.

— Почему вы не звоните в ФБР, ЦРУ или любую другую организацию, которую нужно уведомить? Разве вы не должны вызвать подкрепление?

В этот момент Сан просто хотела успокоить женщину.

— Нам нужно осмотреть место, прежде чем вызывать кого-либо.

— Но у нас мало времени.

Женщина была в состоянии, близком к панике, но Сан знала одно, чего не знала миссис Сент-Обин. Они не всегда убивают их в первые сорок восемь часов. Иногда они держат их несколько дней.

Место оказалось совсем не таким, как она ожидала. Сент-Обины владели большим виноградником, и их дом — заметьте, их особняк — был доказательством того, что дела идут хорошо. Они подъехали к потрясающему трехэтажному современному дому из камня и стекла с выложенным камнем входом.

Миссис Сент-Обен поспешила наверх, в комнату дочери, где не было ни фигурки Красавицы и Чудовища, ни книги о Гарри Поттере.

— Вот она. Комната Сибиллы.

Сан изучала коллекцию снимков, бессистемно выложенных на зеркале в безупречной в остальном спальне. Сибил Сент-Обин была очаровательна. У нее были рыжие волосы, не такие медные, как у Аури, которые она заплетала в косы. A россыпь веснушек украшала её нос, на котором сидели круглые очки, кричащие о книжном ботанике.

Она сразу же понравилась Сан.

Но в комнате не было ни малейшего беспорядка. Если это была комната подростка, то Сан хотела иметь такого: подростка, который держит свою комнату в чистоте. Комната Аури выглядела так, будто по ней еженедельно проносится торнадо.

— Миссис Сент-Обин…

— Мари, пожалуйста.

— Мари, — снова начала она, но была прервана во второй раз.

— Видите? — сказала Мари, дико жестикулируя. Чем дольше она говорила, тем громче становился её голос. — Ее рюкзак все еще здесь. На её кровати никто не спал. Одежда, в которой она собиралась сегодня в школу, не тронута, а её телефон все еще на зарядке. Ее не было всю ночь.

С помощью Квинси она опустилась на стул у стола Сибил и прошептала:

— Она там совсем одна.

По её щекам бежали свежие слезы, а Сан и Квинси смотрели на происходящее.

Куинси проверил окно на наличие следов взлома, так же как и ранее, когда они вошли через парадную дверь. Ничего. Сан просмотрела ворох бумаг на столе и тумбочке, но и там не было ничего необычного.

— Мари, вы уверены, что Сибил не ушла сама?

— Я уверена! — Мари вскочила, разминая руки. — Она бы так не поступила. Вы должны мне поверить.

— Тогда почему мой администратор считает, что она это сделала?

Она захлопнула глаза и тихо сказала:

— Потому что Сибил ушла из дома несколько дней назад, не предупредив меня, и я запаниковала.

Поведение Мари снова граничило со странностью. Либо она перешла на новый уровень чрезмерной опеки, либо не давала им всего.

— В тот раз она взяла с собой телефон?

— Да! — она вскочила и бросилась к телефону Сибил.

Квинси остановил её, нежно взяв за руку.

Она понимающе кивнула.

— Да, так и было. У нее сел аккумулятор, и я не могла до нее дозвониться, поэтому набрала 911.

И она нашла Аниту.

— Но на этот раз она оставила его здесь. Ничто на свете не могло разлучить эту девушку с телефоном, кроме стихийного бедствия или похищения.

Сан была вынуждена согласиться с ней в этом вопросе.

— Я пошлю сюда команду, Мари. Мне нужно, чтобы вы не выходили из комнаты Сибил, пока они не приедут, хорошо? Ничего не трогайте.

Она схватилась за грудь и кивнула.

— Где ваш муж?

— В Калифорнии по делам. Я просила его не уезжать. Он уже возвращается.

— Почему?

— Потому что наша дочь пропала! — практически прокричала она.

— Нет, почему вы сказали ему не уезжать?

— Ну, у Сибил скоро день рождения.

— Конечно. — Сан еще раз осмотрела комнату. — Помните, ничего не трогайте.

— Я и не буду. Я подожду здесь.

Они вышли через боковую дверь, чтобы осмотреть тот вход. И снова никаких следов взлома.

— Ну как? — спросила Сан у Квинси, когда они вернулись в её машину.

— Если что-то пахнет рыбой, это обычно рыба, — ответил он.

Когда до конца урока оставалось около пяти минут, Аури наблюдала за тем, как её одноклассники играют в «музыкальные стулья», планируя, когда встретиться для проведения опросов. Некоторые схитрили и согласились просто заполнить анкеты вместо того, чтобы пройти собеседование, а потом обменяться опросниками перед уроком. Аури надеялась, что её партнёр не предложит им пойти по этому пути.

Поскольку он не сделал ни единого движения, чтобы сесть рядом с ней, ей не оставалось ничего другого, как подойти к нему. Может, его оценки и не волновали, но она очень заботилась о своих, и не собиралась позволять ворчливому гризли рисковать её обязательной пятёркой.

Она села прямо перед ним. Он наблюдал за ней. Когда он не предпринял никаких усилий, чтобы растопить лёд разговором, она взяла инициативу в свои руки.

Она опустила взгляд, не в силах смотреть на него — настолько напряжённым был его взгляд, — и приступила к делу:

— Ладно, я поняла. Я тебе не нравлюсь. Вступай в клуб. Но у нас есть задание, и я не могу позволить себе ноль, так что…

Прежде чем она успела сказать хоть слово, он выхватил бумагу у нее из рук, перевернул её и что-то написал на обратной стороне. Закончив, он протянул ей бумагу и стал ждать.

Она прочитала номер телефона.

— Это твой сотовый?

Он кивнул, затем спросил:

— Почему ты мне не нравишься?

Его голос был ровным и глубоким, и он произвёл на нее то же впечатление, что и раньше, когда он читал стихотворение.

— Потому что на озере я вызвала полицию.

Его веки сузились, как будто он пытался понять её.

— Во всяком случае, так все думают.

Он протянул ей свою анкету. Она перевернула её и написала свой номер на обратной стороне, её рука слегка дрожала.

— Я заставляю тебя нервничать? — спросил он.

Она нахмурилась.

Впервые на его лице появилась ухмылка. Эффект был просто потрясающим.

Она прочистила горло и вернулась к записи. Или вернулась бы, если бы не забыла свой адрес. Внутри нее поднялась паника. Как и её понимание реальности.