— Я скажу вам то, что должен, — произнёс Янь Ло. — «Лунный Туман» потерян полным составом. Задание выполнено, оплата получена и завещания розданы. Ли Инфэн оставил причитающуюся ему долю задания деревни Чёрного Бамбука двум детям, Ван Сяо и Ван Нин, тринадцать и десять лет, при условии, что кто-то возьмёт на себя опеку, — он сделал паузу, двигая к своим сотрудникам доверенность, ставшую завещанием. — Он вписал вас.

Ван Тэ сидел перед начальством и молчал. Без напряжения и скуки, просто сидел и внимательно слушал. На новости о гибели группы он только нахмурился. Лулу тоже отреагировала внешне спокойно, только сжала кулаки и поджала губы.

— Вы не обязаны этого делать, — добавил Янь Ло. — Ли Инфэн попросил, но завещание — это не приказ. Никаких юридических последствий, если вы откажетесь.

Ван Тэ пожал плечами.

— Если Ван Сяо это тот шустрый пацан, который бегал за Ли Инфэном по всей Заставе, то чего бы и нет. Мелкий, но сообразительный.

— Ван Тэ, — тихо сказала Лулу.

Инструктор повернул голову. Лулу внимательно смотрела на него:

— Сначала надо найти детей и спросить, — сказала она. — Хотят ли они жить с кем-то, с нами в том числе.

— Им тринадцать и десять.

— Вот именно, они не просто дети, они уже подростки, а мальчик через два года станет совсем взрослым.

Ван Тэ немного подумал. Потом кивнул:

— Разумно.

Детей нашли быстро, Лулу прекрасно знала, что Ли Инфэн устроил их старшего у купца Шэня, а младшую у травника Лу Вэйминя. Хозяин Шень отозвался о мальчике охотно, мол, старший брат работает очень хорошо. Лу Вэйминь сообщил, что младшая сестра считает лучше любого взрослого да и выучила основы травничества за полгода, оба добры, старательны, и не болтают лишнего. Оба старших отпустили детей на беседу в гильдии без разговоров, только купец попросил сказать заранее, если Ван Сяо заберут насовсем, чтобы скорее найти ему замену.

В комнате для встреч при гильдии было два удобных дивана и маленький стол с чайником. Ван Сяо по привычке сел прямо, держа руки на коленях. Ван Нин робко присела рядом, ближе к брату. Оба смотрели на незнакомых людей внимательно, но без страха. Две сироты, которых жизнь успела кое-чему научить.

Янь Ло говорил коротко и спокойно. Сказал: задание было тяжёлым, «Лунный туман» больше не существует, и Ли Инфэн погиб. Сказал, что он думал о детях до последнего, оставил деньги и назвал людей, которые могут о них позаботиться.

Ван Нин всхлипнула и испуганно зажала рот рукой. Ван Сяо не шевельнулся, только лицо у него потемнело от горя, а потом оба заплакали. Ван Нин — тихо, закусив губу. Ван Сяо разрыдался по-настоящему, вытирая лицо рукавом, хотя было видно, что он очень старался сдерживаться.

Никто в комнате не торопил детей. Лулу налила им чай, просто оставила кружки рядом, не говоря ничего.

— Он нам работу нашёл, — выдавил наконец Ван Сяо. — Ещё в прошлом году. Мы совсем плохо жили тогда. Он на рынок ходил, покупал нам еды. Потом ещё раз пришёл. Потом ещё. Говорил, у меня самого никого нет, вот и захожу.

Ван Нин вытерла лицо рукавом.

— Он меня познакомил с наставником, — сказала она. — И даже брал нас с собой на задание. Наставник увидел, что у меня способности, и сказал, что надо учиться по-настоящему, раз голова на месте.

Ван Тэ смотрел на них, помолчал и наконец откашлялся.

— Такова жизнь наёмника, — сказал он негромко. — Ли Инфэн знал, на что шёл. Хороший был боец, — он почесал затылок своей лапищей. — У нас с Лулу своих детей нет. Мы не обещаем, что будет легко, мы люди простые, гильдейские служащие, бывшие наёмник, но если хотите, мы постараемся. Вон у нас даже фамилия одна — Ван. Почти родня уже.

Ван Сяо посмотрел на него, потом на Лулу.

— Вы нас не знаете, — сказал он осторожно. — Мы вам просто случайные люди с улицы.

— Вы нас тоже, — ответила Лулу. — Поэтому мы вас спрашиваем, чего вы хотите, а не решаем за вас сами.

Ван Нин потёрла нос.

— А Лулу — это имя или прозвище?

— Имя, — сказала Лулу.

— Очень красивое, — тихо сказала девочка. — Как вы…

Лулу чуть улыбнулась.

— А вы Ли Инфэну кто? — спросил Ван Сяо.

— Коллеги, — пожал плечами Ван Тэ. — Я его учил на мечах драться.

— А меня можете научить? — спросил мальчик.

— Тебе зачем? — сухо осведомился Янь Ло.

— Сестру защищать, — серьёзно ответил Ван Сяо. — Жизнь непростая штука. Я в наёмники не пойду, слишком опасно, я хочу стать учёным или купцом, но и там, и там нужно иметь разные навыки.

— Научу, но и жалеть не стану, — спокойно ответил Ван Тэ. — Учти, Ли Инфэн не жаловался, даже если бывал бит.

— Я тоже не буду! — Ван Сяо сжал кулаки.

Янь Ло кашлянул и разложил на столе расчёты:

— Общая сумма по заданию деревни Чёрного Бамбука, доля Ли Инфэна была посчитана. Выходит триста золотых.

В комнате стало очень тихо.

— По сто пятьдесят на ребёнка, — добавил Янь Ло.

Ван Нин в шоке открыла рот, закрыла и снова открыла.

— Это же… — она не закончила.

Числа у неё в голове щёлкали очень быстро.

— Можно пойти учиться, — тихо сказал Ван Сяо. — Я правда смогу сдать экзамен на чиновника…

— Это стоит денег, — тут же добавила Ван Нин, всё ещё считая что-то в уме. — Учитель, книги и взносы за экзамен… И мне хватит на обучение у травника тоже. Это же всё не бесплатно.

Ван Тэ переглянулся с Лулу. Та сидела с невозмутимым выражением, но он-то знал, что эти дети ей уже нравятся, эта серьёзность и деловой подход к будущему. Даже если они не станут опекунами, эти двое не пропадут.

Нин взглянула на главу гильдии без всякого страха:

— На это хватит денег? — спросила она у Янь Ло прямо. — И чтобы господину Тэ и Лулу тоже осталось? Мы же, получается, будем жить у них несколько лет…

— С запасом, — ответил тот, скрывая усмешку.

Ему тоже явно нравились эти деловые ребята.

Ван Нин первой не выдержала. Она сжала щёки ладонями и сказала:

— Дядя Ли Инфэн лучший! Мы всегда будем хранить память о нём!

Ван Сяо засмеялся, хотя глаза у него были ещё красными и нос шмыгал. У Ван Тэ что-то дрогнуло в груди, он отвернулся и уставился в стену. Лулу тронула его за руку.

— Мы постараемся, — тихо сказал Ван Тэ для себя самого. — Будем самой лучшей семьёй, чтобы мой ученик мог быть спокоен.

Само собой, сразу ничего не получалось гладко. Первые недели были, если говорить честно, трудными. Не по чьей-то злобе или плохого характера, просто четыре человека, которые привыкли жить каждый по-своему, начали жить вместе, и у каждого были свои привычки.

Ван Нин вставала с рассветом, помогала Лулу с готовкой и успевала до завтрака перечитать полкниги. Ван Сяо как и Ван Нин решил не бросать работу, просто ходить туда на полдня, чтобы остальное время посвятить занятиям. С непривычки, он мог просидеть над задачей три часа и обижался, когда его отвлекали. Лулу держала дом в строгом порядке, и это порядок включал в себя конкретные места для конкретных вещей, так что детям пришлось хорошенько постараться, чтобы всё быстрее выучить. Ван Тэ возвращался с тренировок и иногда просто садился посреди комнаты на пол, потому что так было удобнее, и его приходилось обходить.

Они ругались, мирились и договаривались. Оба ребёнка были смышлёными. Ван Сяо прекрасно умел слушать, когда понимал необходимость разговора. Ван Нин сначала робела, но потом научилась говорить прямо, что её не устраивает. Через две недели Лулу перестала всякий раз проверять, правильно ли убрана посуда и вещи, а через три Ван Тэ привык, что по утрам в доме шумно, потому что Нин вслух повторяет названия трав, пока готовит завтрак.

Примерно на четвёртой неделе Лулу почувствовала себя плохо.

Сначала просто усталость, которую она списала на погоду. Близилось лето, стало сыро и душно. Потом появилась тошнота по утрам, и это уже было труднее списать на что-то безобидное. Лулу всё-таки не была наивной дурочкой. Она не говорила о своём состоянии мужу несколько дней. Ходила и обдумывала новую и странную мысль с разных сторон. Ван Тэ заметил, что жена необычайно погружена в себя, на третий день.