Старшая жрица Су, увидев меня с ношей на руках, ничего не сказала, только молча указала на нужную дверь и посторонилась, пропуская и придерживая створку.

Я отнёс Мэй Сюэ в её комнату, уложил на кровать, стянул с неё туфли и накрыл одеялом. Она пробормотала что-то неразборчивое, повернулась на бок и снова затихла.

Я сел рядом на циновку и просидел так довольно долго, просто глядя на неё. Огонёк светильника у изголовья слабо потрескивал, тени растекались по стенам, а за окном сгущались сумерки, окрашивая горы в густой синий цвет.

— Я скоро вернусь, — тихо сказал я, скорее себе, чем ей.

Она, конечно, не услышала, но мне самому стало немного легче от этих слов. Я поправил ей выбившуюся прядь волос, поднялся и, стараясь не шуметь, вышел из комнаты.

Пустые короба всё ещё стояли во дворе, аккуратно составленные друг на друга послушницами. Я забрал их, взвалив на плечо, попрощался с жрицей Су короткими кивком и начал спускаться по каменной лестнице обратно на дорогу в город.

Надо было вернуть посуду.

Спускаясь по тропе к главной дороге, я остановился на мгновение, огляделся. Вокруг никого, только сосны шумели на ветру. Я собрал ци в теле и направил её к волосам. Белые пряди медленно потемнели и через несколько мгновений в сумерках я уже выглядел совсем иначе: обычный черноволосый парень с коробами на плече, каких в Хемине сотни. Ну, разве что ткань моей одежды была чуть богаче среднего, но кто в сумерках увидит?

Береженого Небо бережёт. Незачем разгуливать по вечернему городу с приметной белой шевелюрой наследного князя, да ещё и тащить на себе гору пустой посуды из харчевни.

Харчевня «У моста» встретила меня гулом голосов и ярким светом фонарей у входа. Внутри было очень многолюдно, пахло жареным маслом, мясом и специями, а хозяин, невысокий крепкий мужчина с красным от печного жара лицом, метался между печами. По залу сновали пара крепкий парней и девушка, чем-то похожие на хозяина, видимо дети.

Я протиснулся к стойке и опустил короба на пол.

— Возвращаю, — сказал я. — Всё было очень вкусно, просили передать благодарность.

Хозяин обернулся, глянул на короба, потом на меня, и лицо его расплылось в довольной улыбке.

— А, молодой господин! — он вытер руки о фартук. — Двадцать порций забрали сегодня, я всё гадал, для кого такой заказ. Понравилось, значит?

— Очень, — подтвердил я. — Лучшая свинина с рисом в городе, как и говорят. Слухи не обманули!

— То-то же! — он довольно хлопнул себя по бокам. — Заходите ещё, не пожалеете.

— Обязательно, — кивнул я и вышел обратно на улицу.

До дворца я добрался уже в полной темноте. Мимо проходили люди с длинными шестами, доливая масло и зажигая фонари вдоль главных улиц, и город постепенно затихал.

Сунь Чанцин и Лу Ян уже оба были в моих покоях. Они стояли рядом с разложенными на столе вещами, и по их сосредоточенным лицам было понятно: сборы в дорогу шли полным ходом.

— Наследный князь, — Сунь Чанцин поклонился. — Всё готово к завтрашнему походу.

Я подошёл ближе и оглядел разложенное снаряжение.

Мне прислали военную форму княжества: серо-чёрные тона на верхнем халате, и более тёмные на нижнем, простой прямой крой, без вычурности, сплошная функциональность. Рядом лежали кожаные наплечники и наручи с медными заклёпками, которые тускло поблёскивали в свете ламп. Это было очень похоже на форму армии Стального Пера, которую я видел на солдатах у ворот в первый день приезда.

Рядом лежали форма и доспех Лу Яна. Ему достался чешуйчатый доспех, из небольших металлических пластин, нашитых на плотную кожаную основу. Кто-то терпеливо на каждой детали выбил изображения пера. Доспех выглядел тяжёлым и надёжным. Рядом был шлем с чёрным султаном на шлеме из конского волоса.

…Для меня доспеха не было.

— А где мой? — спросил я, оглядывая скамью.

— Вам не полагается, наследный князь, — ответил Сунь Чанцин. — Вы культиватор выше третьей звезды. Доспех будет только мешать вашим движениям и снижать скорость, а ваша сила и так надёжнее любой брони.

Разумно.

Я и сам могу себя защитить. Зря что ли я поглотил столько звёздного металла?

Я взял в руки серый халат формы, повертел, разглядывая крой, взял в руки наплечник и на нём заметил вышитый серебром иероглиф.

白

Бай — «белый».

— А это? — я провёл пальцем по вышивке.

— Личный знак, наследный князь, — пояснил Лу Ян, подходя ближе и показывая на своё собственный наплечник, где красовался точно такой же иероглиф с такой же серебристой шнуровкой. — У основной княжеской дружины на наплечниках знак журавля, а шнуры трёх цветов: чёрный, белый и красный, по рангу и отряду. Для вас подготовили отдельный знак. И для тех, кто идёт под вашим началом.

— Но под моим началом сейчас только ты? — уточнил я, усмехнувшись.

Лу Ян чуть склонил голову, признавая шутку, но не позволил себе улыбнуться в открытую.

— Пока да, — сказал он. — Но кто знает, как оно дальше сложится.

Я кивнул, отложил халат и взял со скамьи ремни, на которых красовались несколько совершенно новых, сияющих и маленьких металлических блях разной формы.

— А это что за россыпь сокровищ? — спросил я, разглядывая непонятные знаки.

Сунь Чанцин наклонился ближе и начал терпеливо объяснять, указывая на каждую по очереди:

— Эта — знак следопыта, — сказал он. — Означает, что вы идёте впереди основного отряда, разведываете путь и подчиняетесь напрямую только командиру похода. Эта — личная печать наследного князя, для официальных случаев. А эта — пропуск через все заставы княжества без досмотра.

— Значит, я никому, кроме Линь Вэя, не подчиняюсь, — заключил я.

— Именно так, — подтвердил камердинер. — Официально вы числитесь при отряде, но вашими действиями распоряжается только он.

Ладно, приемлемо. Я прекрасно понимал, что меня главой похода назначить невозможно, да и я сам вызвался только помогать, а не решать всё лично. Это подвиг Линь Вэя, я сделаю всё, чтобы не забирать его.

Так что всё звучало довольно разумно. Дед явно подумал наперёд, зная мой характер и мой титул: терпеть команды офицеров, которые ниже меня по культивации, я бы точно не стал, а вот с Линь Вэем мы уже провели один хороший бой, решили наши разногласия и, кажется, начали немного понимать друг друга.

Лу Ян тем временем взял со скамьи свой меч, тот самый, с моим клеймом на лезвии, обнажил и придирчиво осмотрел клинок в свете фонаря, явно проверяя, всё ли в порядке.

— Прекрасно, — сказал он с явным удовлетворением и убрал меч обратно в ножны, потом оглядел меня и нахмурился. — А где ваш меч, наследный князь?

— У меня его нет, — ответил я просто.

Лу Ян моргнул, явно ожидая продолжения, но я не спешил объяснять. В его глазах повис невысказанный вопрос, да и господину Суню тоже было интересно.

— На плацу я тренировался с мечом, и многому научился благодаря деду, тебе и другим офицерам, — добавил я. — Но мой стиль — рукопашный бой.

Лу Ян и Сунь Чанцин посмотрели на меня долгими взглядами, будто пытался понять, шучу я или нет, но задавать лишних вопросов не стали. Видимо, решили, что раз наследный князь так говорит, значит, так оно и есть, а Лу Ян на месте сам всё увидит.

— Как скажете, — только и произнёс мой оруженосец, но по глазам было видно: любопытство в нём кипело нешуточное.

Я подошёл к своей котомке, развязал завязки и проверил содержимое. Дротики лежали на своём месте, аккуратно завёрнутые в кусок ткани, рядом лежали остатки звёздного металла. За месяц я поглотил почти все цепи, которые использовал в ущелье Медведя. Остались только крюки и несколько бесформенных кусков. Возьму всё с собой.

Сунь Чанцин помог мне проверить остальные вещи: смена белья, дорожные лепёшки, немного лечебных мазей, да чистая вода в бурдюке. Лу Ян тем временем аккуратно сложил форму на скамье так, чтобы утром не пришлось искать нужное в спешке.

— Выступаем на рассвете, — напомнил он.

— Знаю, — я потянулся, чувствуя, как усталость наконец берёт своё. — Пойду отдыхать, пока есть возможность.