- Да, так и было. Но если быть точной, это был ночной клуб, и я едва не огрела его бутылкой по голове! – засмеялась Андреа, вспоминая это, словно это было в другой жизни.

- Расскажи – послышались голоса и все вдруг присели возле нее, и она, пожав плечами, рассказала, как один наглый шейх, силком утащил невинную деву, приукрашивая некоторые детали для достоверности.

А потом был рассказ о том, как они с Ранией отбивались от каравана насильников, делая подкоп, как их едва не продали на невольничьем рынке, как Андреа сама потом сбежала в пустыню и два дня пыталась найти выход, но еще сильнее увязла в «зыбучих песках» своего сердца.

Незаметно пролетели два часа и лишь, когда мальчик прибежал к ним, они поняли, что где-то недалеко мужчины и стали покрывать головы платками.

- Накинь никаб, не положено быть с непокрытой головой на глазах мужчин – прошептала Марьям, слыша, как разговаривает Иман с отцом.

- Я его сожгла – сказала Андреа и та удивленно уставилась на нее.

- И Ильман ничего не сказал тебе?

Покачав головой, Андреа подхватила маленького мальчика и улыбнулась ему, а Марьям вдруг сорвала платок, и все последовали ее примеру, поглядывая на Андреа. Вошедшие, Иман и Рашид Аль-Нахим не были готовы к тому, что женщины разом начнут наседать на Имана, крича на своем языке, и только Андреа удивленно поглядывала, то на них, то на ребенка.

- Дочка, скажи-ка мне, что здесь случилось? - спросил отец Ильмана, и она пожала плечами.

- Понятия не имею.

- Я так и подумал.

Усмехнувшись от ссоры, что устроили сыну жены, он осторожно вывел их оттуда и вместе с Ранией повел во дворик, желая, немедленно оказаться в своем дворце.

- Дочка, прошу тебя, ничего не говори Марьям, она слишком норовиста и всегда пытается выпытать у Имана немного свободы в отношении себя и остальных. Поэтому боюсь, что за сегодняшнюю ссору, Иман с тебя спросит.

- Почему?

Рашид Аль-Нахим не успел ничего сказать, потому что Иман, выскочивший оттуда, с безумным взглядом уставился на Андреа.

- Увези ее, пока она не устроила мне бунт среди женщин. И впредь без никаба не приезжай, а лучше с мужем! – рычал он, забирая ребенка и уходя прочь.

- Что случилось? – спросила Андреа, но шейх лишь качал головой, улыбаясь и показывая рукой направление – Видимо он что-то не так сделал, вот они и разозлились на него, да?

- Да дочка, да.

- Только почему он смотрел на меня со злостью, будто это я всему причина? Странный он? – пожав плечами, она прошла вперед, и шейх покачал головой, силясь не засмеяться в голос.

Видимо она совсем не поняла, что они устроили ему разнос из-за платка, упрекая в том, что он заставляет их, носить его, тогда, как сам правитель разрешает своей невесте, ходить где угодно без платка.

Кажется, это женщина способна устроить революцию!

Посмеиваясь над наивностью Андреа и в тоже время, восхищаясь ее смелостью и умом, шейх надеялся, что его сыну, хватит ума не упустить такую невестку. Решив, что пора учить ее своему языку, он нанял ей учителя, и Андреа углубилась в это, думая, что это очередной повод отвлечь себя от мыслей об Ильмане.

И лишь ночами, лежа в своей постели, она плакала, жалея, что не успела вовремя сказать ему о своих чувствах. Решила, что дождется его, чтобы сказать о них и если не услышит взаимности, покинет его страну с тяжелым сердцем, но чистой совестью.

Через несколько дней, дворец гудел.

Ильман ибн Рашид Аль-Нахим прибывает утром и не один, а с важным гостем. Переполошив весь дворец, этой новостью, все зашевелились, слуги забегали, начищая все до блеска, садовники принялись выравнивать бортики сада, думая, что в скором времени, состоится свадьба и лишь Рания и Андреа совершали свой утренний променад в саду, сидя за завтраком и пробегая по словам, что Андреа успела выучить за неделю.

- Госпожа Андреа, если вы также усердно будете заниматься, через пару месяцев никто не подумает, что вы чужестранка, – улыбнулась Рания и Андреа зацвела от такой новости, довольно улыбаясь – Как вы себя чувствуете?

- Прекрасно, правда мне все время хочется фруктов – пожала плечами Андреа и Рания мысленно сделала себе пометку расставить фрукты везде, где она бывает.

- Не хотите совершить прогулку к госпоже Ясамин и впечатлить ее своими знаниями? – улыбнулась Рания и Андреа кивнула.

- Определенно!

Выйдя из комнаты, Рания ненадолго убежала, желая отдать приказ по поводу фруктов и Андреа, решая подождать ее у статуи, пошла по коридору.

Завернув за угол, она внезапно застыла, смотря на Ильмана. Он тоже встал как вкопанный, замечая ее здесь и лишь гость, улыбался озорной улыбкой.

- Привет егоза!

Ильман бросил удивленный и злобный взгляд на гостя и, увидев, как расцвела улыбка на лице Андреа, понял, что они знакомы.

- Джонатан?!

Рассмеявшись от того, что человек стоящий пред ней действительно реальный, она срывается с места и несется к нему, пока он, раскрыв объятия, не подхватывает ее на лету.

- А ты потяжелела егоза!

Ильман держался из последних сил, чтобы не наброситься на герцога Уэльского, но Андреа уже выбралась из его объятий, да и охрана поспешила к ним навстречу, заставляя его хмуриться. Так они себя ведут, только если получают особый приказ от отца, охранять кого-то очень важного. И только он хотел что-то сказать, Андреа повернувшись к ним, остановила их.

- Это мой кузен, все хорошо – от ее улыбки, он едва не потерял рассудок, впрочем, и герцог явно был не прочь потискать ее еще дольше.

- Отпустите ее ваша светлость! Иначе рук у вас будет меньше на одну – процедил он сквозь зубы, слыша смех герцога.

- И когда же моя егоза успела влюбить в себя шейха? Ты же вроде совсем недавно только окончила университет? – допрашивал он, и она краснела, улыбаясь и посматривая на Ильмана.

- Не оставишь нас, я позже зайду к тебе? – попросила она, и Ильман сжал кулаки, слыша это.

- Только через мой труп.

- Привет – прошептала она, когда Джонатан покинул их, и он отвернулся к окну, совершенно не понимая, что здесь происходит.

- Привет.

- Не поцелуешь свою невесту? – спросила она, пряча руки за спиной от волнения.

- А мне казалось, ты не хочешь быть ею!

- Только лишь потому, что ты тогда не дал мне выбора – она пожала плечами, понимая, что он злится на нее.

Видимо из-за того, что она все еще здесь.

- Тебя не было почти два месяца – подойдя к нему ближе, она исподлобья рассматривала его лицо и плечи, силясь не прижаться к нему в порыве чувств, которые как всегда, вновь накатили на нее не вовремя.

- Как видишь, удалось договориться раньше – он повернулся к ней и прошелся по ее телу внимательным взглядом.

Она похорошела. Фигура округлилась, и грудь стала больше. Отец хорошо за ней смотрел. Лицо светится от счастья и улыбки, которое затапливает и его самого.

- Я скучала – сказала она и осторожно положила свои ладошки на его широкую грудь.

- Я больше – бросив это, он нежно поцеловал ее, зарываясь рукой в волосы.

Она прижималась к нему, привстав на цыпочках и, чувствуя, что ей нечем дышать, такими сильными и тесными были его объятия.

- Не могу дышать.

- Дыши девочка, дыши – прошептал он, покрывая мелкими поцелуями ее шею и лицо.

Подхватив ее на руки, он отнес Андреа в спальню, и уложил на постель, решая, что сейчас самое время все выяснить. Присев рядом, он уже хотел начать разговор, но увидев ее бледное лицо, испуганно прислонил руку.

- Позвать врача?

- Не нужно. Просто я так долго готовилась к нашей встрече, что слегка разволновалась, – поспешно сказала она, сев на постели – Ты хотел о чем-то поговорить?

- Да, но это подождет до вечера. Отдыхай – он поднялся и, бросив еще один взгляд, вышел за дверь, встречаясь с Мансуром.

- Правитель?

- Что здесь было, пока я отсутствовал? Почему мою невесту охраняют люди отца? Кто-то пытался пробраться во дворец? Лейла?