- Невестка? – голос шейха был слабым, и сейчас она с уверенностью могла сказать, что он не притворялся.

- Как вы себя чувствуете?

- Мне нравилось, когда ты называла меня папа - он слегка улыбнулся, но улыбка вышла кривой и он закашлялся.

- Как вы себя чувствуете? – спросила Андреа, улыбаясь в ответ – Неужели так быстро хотите сдаться?

Он хмыкнул и похлопал по постели, прося Андреа присесть поближе. Исполнив его просьбу, он взял ее за руку и, устремив в нее свой взгляд, прошептал.

- Не сдаться, тороплюсь к Ясамин.

Ее глаза наполнились слезами, и она закусила губу, что не расплакаться, качая головой из стороны в сторону.

- Запрещаю! Я еще не вышла замуж за вашего сына, хотя теперь сомневаюсь, что он возьмет меня, наверняка подумал, что это я вас довела! – прошептала она, и он хмыкнул, похлопав по ее руке.

- Тогда самое время дать ответ на мой вопрос.

- Обещаю – спустя время ответила она, слезая с кровати и смотря в окно, не замечая, как сразу преобразился шейх, слыша это - Но как вы и сказали, только после вашей смерти, поэтому сделаю все, чтобы вы были живы, как можно дольше! – улыбнулась она, смотря, как лучатся радостью, глаза старика.

- Ну и славно, полежали, и хватит! - услышав его бодрый голос, Андреа слегка опешила и едва не упала со стула, когда шейх поднялся с кровати, проследовав к столу – Иман привез хорошие новости, я в третий раз стану дедом!

- Вы?! Вы?! – недоумение Андреа, быстро сменилось злостью и гневом, и она едва держала себя в руках, чтобы действительно не прикончить шейха.

Переиграл и уничтожил.

Кажется, так происходит в игре.

Хитрый лис.

Его глаза светились лукавством и он, повернувшись к ней, протянул ей бокал с вином, приглашая в кресло.

- Прости, но на войне все средства хороши. К тому же, как я и сказал, ты копия Ясамин! – улыбка тронула уголки губ – Знаю, что поступил плохо, но это была единственная возможность, вытянуть из тебя обещание.

- Считаете, что я сдержу его, после этого? Кто еще знает, что вы здоров? – злилась она и шейх, слегка потупил взор, будто ему и в самом деле стыдно.

- Врач, Иман, Ильман, охрана… - перечислял он, и она покрывалась румянцем с каждым произнесенным словом.

- Все!!! – крикнула она – Все знали!

- Не совсем, Рания не знала – пытался оправдаться он, сложив руки за спину.

- Смеялись надо мной, да? Знали, как я себя буду чувствовать и все равно промолчали? А если бы меня казнили? – кричала она, подходя ближе, и он покачал головой.

- Ну, такого бы я не позволил, к тому же Ильман, слишком любит тебя, чтобы допустить подобное.

- Это должно меня успокоить? Или я должна упасть ниц и молиться на вашего сына? – ее злость набирала обороты и шейх, присел в кресло, поднимая руку и останавливая ее речь.

- Прости дочка, виноват.

- Да пошли вы все к черту!

Выскочив за дверь, она оттолкнула Мансура и бросилась вон из дворца, пытаясь спрятаться от всех. От своего унижения и стыда. Господи, разве можно таким шутить? Ильман псих, если позволил такое. Она бежала, чувствуя, как задыхается и, слыша тяжелые шаги за собой. Стараясь скрыться в лабиринте живой изгороди, она убегала все дальше и дальше, надеясь, что ее преследователи оставят ее в покое, и она сможет побыть одна.

- Андреа?! – крикнул Ильман, и она побежала еще быстрее, ненавидя его еще сильнее в этот момент – Андреа вернись!

- Ага, бегу волосы назад! – шипела она, пока петляла по дорожке, прячась от него.

Выбежав с другой стороны на подъездную дорожку, почти у самых ворот, она увидела машину Ильмана, и в мгновение ока, приняла решение, забравшись в нее и, тихонько закрыв дверь.

Спустя мгновение, за ней вылетел Ильман, с сумасшедшим взглядом и, крича что-то охране, озирался по сторонам. Она сползла с заднего сиденья и сжалась в клубок, боясь, что если он заглянет сюда, ей несдобровать. Спустя время гул голосов стих и она успокоилась. И лишь когда дверь машины открылась, она испуганно вскинулась, но дверь тут же закрылась, и водитель тронулся с места.

Она сидела тихо, боясь выдать себя, и лишь когда по ее подсчетам они отъехали далеко, слегка высунула голову. Иман отбивал ритм пальцами, под музыку, льющуюся из динамика, и слегка подпевая. Андреа села выше со стороны водительского сиденья, чтобы он не сразу увидел ее, и тихонько выдохнула, блаженно вытягивая ноги, которые затекли от долго сиденья в скрученном положении.

- Какого черта? – ругнулся Иман и, повернув голову, резко затормозил, замечая Андреа, которая сидела, махая ему и нервно улыбаясь.

- До посольства не подбросишь?

Милая улыбка на ее лице резко пропала, когда поняла, что он собирается развернуть машину.

- Прошу Иман, я не хочу возвращаться. Он обманул меня!

- Выбирай: или возвращаемся, или станешь моей женой! – бросил он грозно, явно злясь, что она обманом сбежала из дворца.

Андреа же поняла, что это ее шанс и пусть в тот раз, было много сопутствующих помех, сейчас машина стояла на месте, и она поняла, что сумеет отвлечь его внимание, кивнув и, согласившись на второй вариант.

Стоило ему набрать небольшую скорость, Андреа открыла дверь и выпрыгнула на обочину, крутясь как белка в колесе, слетая в кювет и чувствуя, как песок засыпается в ее волосы, нос, рот.

Встав в полный рост, она побежала вперед, явно не надеясь сбежать, но видимо Богу просто надоело, что она каждый раз испытывает судьбу и, обернувшись в очередной раз, увидела, как Иман что-то крича ей вслед, бежит назад к машине.

- Свобода девочки!

Спустя два часа хождений по пустыне, она уже была не в таком восторге, не говоря уже о девочках, которые просились на свободу, зажатые в тесном белье, моля о горячей ванне. Она упала на песок, пытаясь немного прийти в себя, потому что только недавно перестала бежать, боясь, что Иман поехал за охраной.

И не сразу поняла, что заблудилась, хотя она итак не знала куда бежать, просто пыталась вырваться на свободу, даже не думая о том, что кто-то может пострадать из-за этого. Сейчас, когда она почувствовала холод, ее побег уже не казался таким уж необходимым, а когда в воздухе раздался странный вой, она застыла, всматриваясь в темноту.

- Кажется, меня съедят койоты, и никому до этого нет дела! Как же я ненавижу тебя шейх! Будь ты трижды проклят! – тут же зажав рот, она обернулась, смотря, не привлекла ли кого-то своим возгласом.

Никого, не увидев, подтянула ноги и опустила ниже платье, пытаясь хоть немного согреться. Когда стало казаться, что эта ночь никогда не кончится, она опустилась на песок и закрыла глаза, плача и кляня судьбу.

Проснулась она от яркого солнца, что слепило глаза. Подняв руку к лицу и сделав козырек, она всмотрелась вдаль, вокруг тишина и ни души. Тело ломило от жесткой «лежанки» из песка, отряхнувшись, она побрела куда, как ей казалось, она и бежала изначально.

Через три часа от жары, пересохло во рту и, сняв с себя платье, она расстелила его и присела под единственным засохшим кустом, которое она смогла найти. Проснулась она, чувствуя, как тело горит и, вскочив, поняла, что уснула под палящим солнцем. С трудом нацепив платье назад, она шла и с каждым стоном издавала крепкие ругательства, сбиваясь с шага и всматриваясь вперед.

- Чертовы миражи! – кричала она, когда ей казалось что поблизости озеро и стоит пройти несколько шагов, она упадет в него прямо в одежде.

Через несколько часов ее сил осталось только на то, чтобы не отключиться где-нибудь и всматриваться вдаль, ища хоть какой-то намек на присутствие человека. Помня о том, что совсем недавно она побывала в караване бандитов, молила Бога, чтобы с ней такого больше не повторилось.

От жары и сухого ветра ее губы потрескались, волосы, которые она лелеяла и напитывала маслами стали жесткими и грязными, не говоря о том, что больше она не благоухала как роза.

Проведя еще одну ночь под открытым небом, и сотрясаясь от холода, обхватив себя за плечи, Андреа просила Бога, чтобы ее нашел Ильман. На следующее утро, она почувствовала ветер, он был обжигающий, сухой, но через пару часов стал сильным, швыряя песок ей под ноги и закладывая уши.