- Ну, еще не закончился срок. Думаю, они захотят продлить его… - она зажмурилась от того, что говорила такую явную ложь и, скривив губы, продолжила – Но возможно, меня ненадолго отпустят, через пару месяцев.

- Отлично, ты как раз успеешь к нашему с мамой юбилею, – он запел ее песню, и Андреа рассмеялась, подпевая ему – Ты помнишь? Твоя любимая, только под нее мы могли уложить тебя спать, – он смеялся, а Андреа, вдруг почувствовала слезы – Ты была маленьким дьяволенком, но я так любил тебя, что готов был петь ее дни и ночи напролет!

- Прости меня пап…

- За что? У тебя точно все хорошо, малышка? Может нам прилететь? – тут же озабоченным голосом заговорил отец, и Андреа поспешила его убедить в том, что с ней все прекрасно.

- Я просто соскучилась, не волнуйся, скоро мы увидимся.

- Хорошо, ладно мне пора. Кстати, через пару дней благотворительный ужин, еще один скучный вечер среди старых пердунов – проговорил он и Андреа улыбнулась.

- Пап, ты тоже старый!

- Я еще ого-го, твоя мама так считает!

- Кто я такая чтобы с ней спорить? – улыбнулась Андреа и, попрощавшись с ним, повернулась к водоему – Нет, кажется надо уговорить шейха поставить здесь стулья, как считаете?

Пожав плечами, она разговаривала с Ясамин, и иногда смеялась, отвечая себе в голове, представляя, каким бы был ее ответ. Никто не беспокоил ее и не смотрел странно, во дворце все знали, что члены семьи разговаривают со статуей.

После прогулки в саду, Андреа попросила Ранию рассказать ей о том, что происходит во дворце, когда правитель отсутствует, поэтому была удивлена, что все было как обычно, работа не прекращалась ни на миг. Садовники все также ухаживали за садом, повара варили обеды, охранники охраняли.

Все как обычно, только для Андреа все это казалось таким блеклым, что ее поглощала тоска, которая вдруг внезапно развилась в острое желание находиться в комнате, точнее просто бесцельно лежать на постели.

Рания слегка недоумевала, думая, что это всего лишь очередной каприз, но когда это повторилось на следующий день и на другой, она забила тревогу, отправляя Мансура к шейху Рашид Аль-Нахиму.

Очередная процессия вплыла в комнату Андреа и она, повернув голову, увидела шейха и Ранию, улыбнувшись им, но когда увидела семенящего за ними врача, тут же подскочила.

- Что случилось? – спросила она, поправляя волосы и одергивая одежду.

- Решил тебя проверить дочка, ты два дня не выходишь из комнаты, и мы с Ранией забили тревогу – пожал плечами шейх.

- Со мной все в порядке, – махнула Андреа и, указав рукой на кресло, попросила Ранию принести им чай – Как ваше здоровье папа? Ильман звонил?

- Пока нет, у него сегодня какой-то благотворительный ужин, после него позвонит и сообщит когда приедет.

- Хорошо, – улыбнулась Андреа, чувствуя себя не в своей тарелке, под изучающими взглядами врача и шейха – В чем дело?

- Дочка, как ты себя чувствуешь?

- Я же сказала все хорошо, – проговорила Андреа, смиряя врача злым взглядом, потому как он разглядывал ее тело – Пощупать не хотите? – невинно спросила Андреа, метая глазами молнии, и врач испуганно вздрогнул, а шейх громко рассмеялся.

- Дочка, он всего лишь врач и это его работа осматривать пациента, иначе как он выдаст заключение?

- Я. Здорова.

- Раз так, позволь пригласить тебя на прогулку, свежий воздух полезен для… - он замолчал, видя, как кивает врач и протягивая руку для Андреа.

- Для кого?

- Для тебя, разумеется, ведь ты моя самая дорогая гостья – улыбнулся он тепло, и она кивнула, выходя из комнаты.

Врач остановил Ранию у дверей и что-то стал у нее спрашивать, пока та удивленно и в тоже время радостно ему рассказывала. Пожав плечами, они продолжили свой путь, и пришли к водоему.

- Не хочешь съездить куда-нибудь, отдохнуть? – спросил он у нее, но она, уставившись в пруд, гоняла рукой листья, качая головой.

- Папа, а что Иман, всегда приезжает один? – перевела она тему, и он пожал плечами.

- Да. Слишком опасно возить с собой пятнадцать жен – он усмехнулся и Андреа, вскочив на ноги, вдруг радостно улыбнулась.

- А как давно вы видели своих внуков?

Ильман ибн Рашид Аль-Нахим неторопливо поднимался по ступеням шикарного и дорого ресторана, который наверняка очень бы понравился Андреа. Качнув головой и прогоняя мысли о ней, уже в тысячный раз за это время, он кивнул швейцару, открывшему дверь, и прошел внутрь.

Джонатан Бартли, ныне живой герцог Уэльский, не только мультимиллионер, владеющий необходимым ему куском земли, но и дальний родственник самого короля Англии с многочисленными титулами, сегодня здесь устраивал благотворительный ужин для сирот. Его порядком достала такая жизнь, где необходимо общаться с высокомерными юнцами, неспособными сделать что-то большее, чем просто трата фамильного состояния на выпивку, наркотики и шлюх.

Последнее особенно злило, потому что разукрашенные глупые дурочки, велись на них, теряя честь и достоинство с такими ничтожествами. Он не сомневался, что скоро познакомится с очередным таким представителем «золотой молодежи», впервые жалея, что он старше Имана. Если бы Иман был правителем, ему бы не пришлось присутствовать здесь сейчас, и он мог бы всю жизнь пожить в пустыне как кочевник. Он и Андреа.

Усмехнувшись оттого, что он все еще думает о ней, когда она наверняка уже и имя его забыла, он взял с подноса бокал с шампанским и уставился на распорядителя сегодняшнего вечера, присаживаясь за стол, где у него в компании присутствовали еще три человека. Не обращая внимания на таблички, он не сразу увидел фамилию, а когда увидел, сердце подскочило в груди и стало тяжело дышать.

- Простите, кажется, мы слегка задержались! – голос принадлежал даме, и был знаком ему, поднявшись с места и боясь обернуться, он заметил, как ей отодвигает стул мужчина и присел назад.

- Простите меня, я слегка задумался – извинился Ильман и, пожав руку, мужчине, увидел отца Андреа.

Когда он достал досье на нее, мать он не запомнил, а вот отца изучил, придя к выводу, что это человек с которым ему не хотелось бы портить отношения. И судя по тому, каким взглядом он прошивает его уже минуты две, сейчас что-то будет.

- Ильман ибн Рашид Аль-Нахим – представился он и лишь брови синьоры Санторо дали понять, что она впечатлена этим.

- Селеста Санторо, а это мой муж… - мило улыбаясь, сказала она, но голос супруга прервал ее.

- Скажите мне, как долго вы еще собираетесь держать мою дочь у себя? Странная какая-то практика получается, дочь не может навестить родных? – бросил он с укором и Ильман непонимающе уставился на него.

Не успев ничего ответить ему, их прервал последний человек, который должен был присутствовать за их столиком.

Джонатан Бартли.

- Прошу простить, настойчивые дамы не отпускали меня, – он улыбнулся обворожительной улыбкой и Селеста, махнула на него рукой, смеясь - Сегодня с нами новый человек?

- Ильман ибн Рашид аль-Нахим - представился шейх и брови герцога, взметнулись вверх.

- Как интересно, неужели так хотите помочь сиротам? – улыбался он и шейх нахмурился

- Простите?

- Ну, не каждому по зубам заплатить несколько сотен тысяч долларов, чтобы посидеть рядом со мной, только если он ни мизантроп, или альтруист, так кто вы, Ильман ибн Рашид Аль-Нахим?

- Человек, которому необходима земля в Англии – ответил он, впиваясь в него взглядом и ловя его удивленный.

- Зачем?

- Хочу выкупить ее и построить там несколько университетов для детей не только своей страны, но и вашей.

- Давайте начистоту, о каком клочке идет речь? Полагаю, что мы не в акрах будем считать – посмеиваясь, Джонатан был полностью поглощён шейхом и его предложением, не обращая внимания на ведущего.

- Хочу Уэльс и Шотландию, для начала.

Молчание, повисшее за столом, заставило его хмыкнуть и улыбнуться, пригубив шампанского, тогда как его соседи по столу, просто остолбенели.