Первым моим приказом после возвращения стало указание десятнику найти пару поросят и собак. Разрешил ему купить животных в деревнях. Главное условие — это отличное здоровье у животных.

Отдохнув и приведя себя в себя в порядок после длительного рейда, я отправился в башню к Светочу с духовными камнями.

В душе́прочно засела уверенность, что с помощью новых трофеев у меня получится разительно повысить своё могущество, и реальность меня не обманула. Камней с раков хватило, чтобы построить до трёх обычных объектов или один редкий. В качестве последнего я выбрал Обсидиановую башню, в которой можно было нанимать магов. От Адепта магии до Мастера магии. Первый по силе был слабее меня. Второй значительно превосходил. До рождения следующего магистра придётся ждать несколько месяцев. Или около месяца, если бросить всю энергию Светоча только в Башню. Но один маг в поле не воин. Именно сейчас мне требуется толпа средне-слабых подчинённых.

— Как же просто было раньше, — вздохнул я вслух, подразумевая свою увлечённость компьютерными играми. В стратегиях, особенно не связанных с экономикой или ужесточённых временными рамками я считал себя докой. Проходил одну и ту же игру раз за разом за разные стороны, проверяя все возможности. Самым шиком для меня было, когда слабыми отрядами побеждал сильных врагов. В этом мне помогали слабые стороны вражеских юнитов, местность и окружающие предметы. Например, ставить лучников из ополчения на холмы, которые увеличивали дальность и убойную силу. Или располагать отряды лёгких латников в лесах, где удар вражеской кавалерии в разы снижался. А если игрушка имела пошаговую механику, то дополнительно к урону уменьшалось и количество ходов за сессию. И подобных моментов у меня было много.

Но тогда я мог позволить себе рисковать. Удалять испорченные кампании, сохраняясь и перезагружаясь, отдавая на заклания отряд за отрядом, героя за героем, ища ту единственную тактику, которая могла подарить мне интересную победу. Сейчас такое я не мог позволить. Солью́ресурсы на ошибочное здание и могу потерять всё. Вообще — всё! Включая свою жизнь. Не стоит также забывать про моих неизвестных недругов, которые сослали меня в этот край. А ведь кристалл Светоча стоит невообразимо много, и вдруг его банально решили списать только ради того, чтобы расправиться со мной!

«Или нет? — с сомнением подумал я и дальше предположил. — А вдруг кто-то решил рискнуть и начать развивать этот край? Кто-то, кто не смог урвать себе кусок в обжитых и богатых губерниях, не имея авторитета и силы, но имея вес здесь? И этот некто решил подыграть моим недругам, но на собственном поле? А может я до сих пор жив только благодаря чужим стараниям, благодаря помощи этого неизвестного? Хм… или просто пока до меня не дошли руки недругов?».

В какой-то момент у меня от дум и предположений начала болеть голова.

— К чёрту. Всё потом, — резко произнёс я. — А сейчас дело.

В итоге я остановился на очередной большой Хижине охотника и на двух Егерских заставах. Маги магами, но сейчас будет полезнее насытить огромную территорию опытными разведчиками, чем иметь под рукой нескольких магов.

В этот раз мне досталась небольшая семья. Охотник со старшим сыном, дочь и его жена.

— Будь здрав, барин, — слегка поклонился мне глава семейства, стянув шапку с головы. При этом держался он с достоинством. Позади него в одном шаге встали члены семейства.

— Здравствуй. Как кличут, охотник? — ответил я на приветствие.

— Потап Ковалёв, барин. Жинка моя Марфа, — он указал рукой на высокую крепкую женщину, сильно похожую внешне на советскую актрису Нонну Мордюкову, сыгравшую роль властной и сильной женщины в фильме про войну. — Не хуже меня выслеживает зверя и стреляет. В четырёх стенах не сидит, вместе со мной в лесу всегда. Дочка Акулина, моя мастерица, весь дом на ней держится. И старший мой Иван, тоже неплохой охотник.

По факту я получил точно таких же трёх лесовиков, как и в первой хижине. Только один из охотников оказался женского пола.

Только сейчас, когда услышал слова охотника, нахвалившего свою дочь, сообразил, что поспешил с наймом Фроськи. Аглая, жена Трофима или кто-то из дочерей охотников могли бы спокойно обихаживать меня. Я бы и плату в серебряный рубль в неделю не пожалел. А то всё же слегка стесняет меня посторонняя женщина с двумя немаленькими детьми в одном доме.

Заставы поставил с разных концов холма у самого подножия. Одну неподалёку от охотничьих домиков, вторую на противоположном склоне. Каждая застава выглядела, как внушительный блиндаж времен Великой Отечественной или очень большая полуземлянка с плоской крышей, покрытой толстым слоем дёрна. Под ним в несколько слоев были уложены пласты березовой бересты, потом шли бревенчатые перекрытия. Окошки походили на бойницы. Узкие и вытянутые по горизонтали. Внутри было очень просторно несмотря на девять кроватей, печь из речных камней с дымоходом, выведенным наружу, и длинного узкого стола.

Каждая застава комплектовалась девятью егерями. Восемь рядовых солдат и капрал. Форма одежды почти точная копия стрелецкой местных вояк. То есть длинный кафтан до колен из шерстяного сукна с обшлагами, стоячим воротником и несколькими рядами петлиц на груди, под ним нечто среднее между курткой и камзолом, просторные штаны до щиколотки и шапка карпус. Карпус — это что-то среднее между ушанкой, будёновкой и даже с натяжкой треуголкой. Никаких ботинок и лаптей не было. Только сапоги с мягкими голенищами из тонкой кожи и тонкой подошвой из более прочной кожи. У каждого в комплекте шёл длинный плащ с капюшоном и возможность пристёгивать полы. И практически классическая шинель. Форма имела только два цвета. Основной был зелёный. Мелкие детали, ремни и петлицы с хлястиками были коричневые.

Оружие было намного интереснее. Каждый егерь имел на вооружении малокалиберный кремневый мушкет. Общая длина оружия была около метра и тридцати пяти сантиметров. При этом на длину ствола приходилось не меньше девяноста пяти сантиметров. А вот калибр имел всего двенадцать миллиметров, что на фоне стандартного огнестрельного оружия считалось очень уж маленьким. Зато егерское оружие превосходило по точности стандартное армейское и даже охотничье. Длинный ствол позволял пороху полностью сгореть во время движения пули внутри него и придавал ей большую скорость. Наверное, максимально доступную зарядам на чёрном порохе. Небольшой прямой кинжал и изогнутый тесак дополняли вооружение егеря.

Итого у меня стало ровно восемнадцать бойцов регулярной армии. Если ещё столько же призвать в строй, то можно строить офицерскую избу с лейтенантом и ставить того командиром над ними. Плюс есть иррегуляры в лице охотников, которых можно было называть так вполне. Они у меня не вели праздную жизнь, занимаясь только своими делами, а тратили часть времени на патрулирование окрестных лесов и разведку.

ГЛАВА 12

На середине пути к дому меня перехватил Трофим.

— Барин, позволь обратиться.

— Говори, — кивнул я ему.

— Сыновья кое-что интересное нашли в лесу пока нас не было дома…

Охотники не просто занимались поставкой дичи в моё растущее поселение. В первую очередь они вели разведку местности, как я уже как-то упоминал. И вчера они нашли следы нескольких человек. И не просто следы, а тщательно замаскированные, дополнительно обработанные так называемой кайенской смесью (в этом мире она носила иное название). Группа примерно из трёх человек крутилась только в окрестностях моего холма.

Трофимовские сыновья нашли три дерева, из крон которых неизвестные следили за моим поселением. Навскидку они появились здесь три или четыре дня назад.

— Людишки непростые, барин, — от себя добавил Трофим. — Табачок в ядрёной смеси так хорош, что хоть самому царю в трубку забивай. Не наш огородный самосад.

— Спасибо, Трофим. Благодарю за службу, — я вытащил из кармана серебряную монету и протянул её мужику. — Твоим сыновьям за службу.