Инквизитор приблизился к стойке регистратора, надеясь, что всё будет так, как они и задумывали.

— Добро пожаловать, — к нему вышла Лим. — Вы по делу Ордена Веры, уважаемый?

— Лим, это ты… Слава Свету, — облегчённо выдохнул Тес. — Пойдём за мной, нам надо…

— Вы по делу Ордена Веры? Предоставьте значок представителя, иначе я вызову стражу, — ровным голосом продолжила она.

— Лим, ты чего! Это же я, Тес!

— Кто?

Сердце, с таким трудом вернувшееся на место, ухнуло вниз одним движением. Ангел рядом облокотилась о стойку.

— Хм… Я не стирала им память. Чего это вдруг… — она коснулась ладонью затылка Лим. — А, понятно!

— Госпожа? — Тес сейчас был готов на что угодно, лишь бы всё вернулось в норму.

Пусть эта ангел хоть весь город с жителями сотрёт.

— После моей способности тут ещё поработали. Видимо побоялись, что исчезнет. Это нарушение постулатов. Как они смеют не доверять посланнице Света? — её тон опускался всё ниже и ниже. — Если бы не просьба Святого, уже бы… Так.

— Можете их обратить вспять?

— Могу, только это ничего не сделает, — она похлопала ладонь об ладонь, словно стряхивая пыль. — Её разум вычищен.

— В… Вы… ВЫ… Вы… — его голос сломался, и не получалось договорить. — Что?

— Я лишь наложила барьер, чтобы никто ни о чём не думал лишнем, — начала объяснять девушка беззаботно, после чего указала на равнодушно стоящую Лим. — А вот они сверху, видимо, ещё своих нелепых заклинаний наложили. Конечно, грубым инструментам не сравниться с иглой. Вот и сожгли всю личность. Хотя…

Она задумчиво покивала.

— Вдруг это и была цель?

Тес сам не понял, когда успел схватить ангела за тунику, приподнимая. Та удивилась, но не сопротивлялась.

За угрозу Эла его не восприняла вовсе.

— Ты чего?

— Верни. Мне. Мою. Подругу!

— Да как? — возмутилась девушка. — Я же сказала, сожгли ей мозг. Вообще. Всё, в ней нет ничего, чистый шаблон из действий.

— Мне плевать! Ты же ангел! Высшее существо Света! Посланница, даровавшая Святому знания! — его голос поднялся, переходя на крик. — Почему ты не можешь обратить заклинание Света?

— Я могу очень многое, — она попыталась отцепиться, из-за чего туника порвалась, высвобождая наружу покрытое блёстками-искрами тело. — Ну вот, моя туника… Эх.

В её голосе не было даже сожаления.

— Слушай меня, Тес. Ты хороший, поэтому тебе спущу это поведение. Но запомни, я могу обратить что угодно, нет у меня границ. Если тебе прямо так надо, на…

Щелчок пальцев и энергия белых искорок ушла от Лим к ней в руку.

— Только говорю я о том, что разум её бесповоротно повреждён. Механически. Свет уже тут не при чём. Понимаешь?

И лишь тогда до неё дошло.

— А… — золотые глаза перемещались между ним и Лим. — Я кажется поняла. Она тебе дорога, да? И этого не было в планах.

Существо Света шестого ранга прошла мимо него, перешагивая через тунику, оставшуюся на полу.

— Что я могу сказать. Все вы сольётесь в Свете через некоторое время. Там же найдете истинное единение.

— А после унисон наш направит новые души, — закончил за неё он одну из молитв. — Госпожа, могу я у вас кое-что спросить?

— Конечно, чего? — она легко к нему повернулась, не смущённая тем, что обнажена.

— Кто именно просил вас помочь с жителями?

Город спешно покидали нагруженные повозки с ценностями, которые недовольные хряки тянули за собой в сторону единственного коридора в обход армии Тьмы. Настоятель Еригон, вместо того чтобы быть в рядах первых, следил за тем, чтобы унесли как можно больше, до самого конца оставаясь возле города.

Внутрь уже не совался, опасаясь, что не успеет правильно рассчитать время.

— Давайте, братья, чем больше мы унесём, тем меньше достанется врагу, — нетерпеливо прикрикивал он на людей.

Он был худощав, даже слишком, похожий со стороны на скелет, одетый в балахон с вышитыми из золота линиями. На шее символ власти Ордена Веры — главы всего отделения в Локна. В его руках находились большие потоки ресурсов, как выходящие из области в сторону центральных территорий Империи Света, так и возвращающиеся ценностями обратно.

Его появление во время проповедей вызывало благоговение жителей, что всегда падали ниц.

От его слов зависело будущее многих, включая местную аристократию.

Никто не смел спорить, ведь его устами глаголет сам Свет.

Для остальных был и другой барьер — четвертый ранг Света, что являлось абсолютным потолком для местных.

— Хорошо, что Тьма не прибыла сюда, и я успею забрать всё.

Это была его последняя мысль перед тем, как грудь пронзил насквозь посох, похожий на щупальце.

Крик так и не смог вырваться из тела умирающего. Спустя ещё одну секунду Тес с мерзким хлюпаньем вытащил посох, разглядывая текущую по его поверхности кровь. Прямо ему на руку. Из-за маски невозможно было прочитать выражение его лица, но одно было понятно — в нём не было никакого удовлетворения. Лишь слабое чувство справедливости.

С одной стороны, это был уважаемый маг, настоятель целого города. С другой — тот, кто совершил непростительные действия ради того, чтобы сохранить накопленное богатство и власть. Поэтому Тесу опять вспомнился толстяк из деревни.

— Босс, скоро спадёт заклинание, что наложила пернатая, — напомнил ему осторожно Ловядь.

— Да, я помню, спасибо, — сухо ответил инквизитор, наклоняясь над телом.

Так и не найдя в себе ни одной причины даже касаться трупа, Тес выпрямился и пошёл прочь от места преступления. Конкретно — западнее, за пределы уходящего к горизонту каравана. Там равнодушно стояла Лим. Девушка следовала за ним, практически ничего не говоря, соглашаясь на любые требования ведущего. Когда он сказал подождать его, в ней не появилось и малейшей искорки воли к движению прочь. Так бы и стояла до своей смерти, если бы Тес не вернулся.

— Нам пора, идём, — мягко произнёс инквизитор, приближаясь в упор.

— Хорошо, — ответила она, поднимая на него взгляд. — Куда?

— Прочь отсюда.

Никаких жалоб на усталость, которые изобиловали с её стороны во время их пути сюда. Только от этого внутри ведущего пробуждались целые водовороты самой глубокой тоски, что лишь можно вообразить. В это время Ловядь, который уже бывал внутри её разума, формировал новые Чертоги, на этот раз с целью изучения всех закоулков памяти.

Чтобы по итогу сообщить неутешительные новости.

— Босс, там пусто. Совсем. Никаких воспоминаний, лишь базовые инстинкты. Пить, есть, спать, слушаться… И далее…

— Скажи, можно ли вернуть утраченное? — прямо спросил его Тес.

— Эх… — бес почесал в затылке. — Да хрен его знает. Я не был бы так уверен, как та пернатая. Может, Свет и не в состоянии, но другие силы… А мир у нас большой, если что, могут вполне.

— А если без абстрактных надежд?

— Ну… — демон протянул это уже с другой ноткой. — Если сделаешь меня сильнее, можем попробовать провернуть тот же трюк со сделкой, что и в прошлый раз.

— Использовать случайность Хаоса, чтобы вернуть воспоминания?

— Вернуть вряд ли выйдет, — сразу отказался от такой мысли Ловядь. — Но скопировать их, воссоздать… Вполне. Да, это уже точно будет не та самая Лим… Но этот вопрос оставь умникам, босс. Главное, что она будет знать тебя, как знала.

Руки Теса задрожали, а ладони сжались в кулаки до побеления костяшек.

— Я никогда их за это не прощу. Но это лучшее, что мы можем придумать. Клянусь, я сделаю тебя сильнейшим среди твоего народа, Ловядь. Клянусь своим именем и всей душой.

— Ты такими клятвами не бросайся, — собеседник уселся на пол его Чертогов Разума. — Здорово, я только за. Но с твоим везением, босс, мы разве что нарвёмся на ещё одно побоище между существами шестого ранга и станем бесславным пятном.