— Никогда не вникал в эту тему, — инквизитор почесал заросший за время путешествия подбородок. — Но я не слышал, чтобы хоть раз достигали… Дна. Может, и нет его у нас.

Серые глаза невольно сменили фокус на Потолок.

— А может и есть… великий Пол.

Его лицо бледное, но не лишено красоты.

Разве что помыться и побриться надо. Крепко сбитое тело, не обладающее серьёзными дефектами. Никто бы и не сказал, что уважаемый инквизитор происходил не из особо уважаемой семьи. Конкретно, из отдалённой деревушки на самом юге империи, в лоне Ордена Веры — главного поставщика припасов всей империи.

Всё довольно просто — у Бездны может не быть дна… Может, потолок скрывает нечто иное выше…

Но вот стены у их мира были самыми настоящими. Их можно достигнуть.

Когда человечество выгрызало себе место, уничтожая орды Тьмы, именно на юге была найдена граница.

— А из-за того, что там ничего нет, следовательно… И безопасно можно обустроить надёжный тыл, — подытожил про себя Тес, в который раз прогоняя исторический экскурс в своей голове.

Его быстрый шаг довольно скоро приблизился к границам обжитых земель.

Это можно было заметить по насечкам на стволах деревьев.

Через два десятка минут первое хозяйство.

— Красота, — подметил Тес, наблюдая несколько рядов хрюкающих белых свинок.

Выведенные с помощью магии Света существа не только отличались ярким и не уходящим в полутона цветом, но и могли своим мясом помогать людям очищать себя от зла. Двойная польза. По крайней мере, в это все верили. Доказать обратное не было возможности. Законы империи запрещали эксперименты с Тьмой для любопытствующих.

Это прерогатива Ордена Жертвы.

Деревня оказалась вполне себе большой. Настолько, что её центральная часть была огорожена частоколом. Разве что вместо ворот было несколько сгруппированных повозок, что на время дня были отодвинуты в стороны. Хмыкнув на такую «защиту», инквизитор широким шагом продолжил идти вперёд, не обращая внимания на реакцию местных на его одежды.

Белое и золото — главные цвета империи. Считалось хорошей приметой красить свои дома в подобное, чтобы отгонять злых духов. Как помнил Тес со своего детства, экстракт сока яблока Света, что росло в специально выведенных для этого садах, давал возможность даже самым бедным людям потешить свою возможность оказаться в укрытии от монстров.

Понятное дело, что такая слабая краска держалась от силы месяц. А потом приходилось накладывать новые слои.

Люди побогаче пользовались решениями намного сложнее. И они уже по-настоящему могли защитить.

Тес замер у центральной площади. С одной стороны, его привлекал кабак. Там можно вкусно поесть, хоть он и провёл трапезу несколько часов назад. И выпить. Правила Света не запрещали алкоголь. Тем более, что тут он скорее сделан из всё тех же яблок, и возможности напиться почти не было. С другой, церковь. Широкое здание из красивого и ровного белого кирпича. Выглядело некоторой насмешкой над простыми домами жителей.

Ещё и широкий золотой круг над входом.

Из реального золота, а не покрытый краской.

Это правило для каждой церкви, обязательной к исполнению по заповедям первого Святого — Фанатика I.

— Как же я это не люблю, — Тес всё же свернул к церкви.

Надо сообщить о своём прибытии местному настоятелю. Зачастую обычному проповеднику, чья должность — это несбывшийся вариант будущего, о котором иногда думал Тес. Они отличались друг от друга. Были действительно верные делу люди, постоянно проводящие разговоры со своей паствой, знающие наизусть притчи.

А были…

— Свет требует… — раздался впереди глубокий голос с драматичными паузами. — Жертвы… Юная дева. Иначе… Благословение не сработает… Приходи, когда накопишь… Достаточную сумму…

— Да, святой отец, — покорно заявила крестьянка, которой только что отказали в очищении.

Тес знал, что этот ритуал очищения делался достаточно просто. Лишь нужно быть готовым к сжиганию собственной накопленной энергии Света, дабы снести наросшие на душе человека линии Тьмы. Другое дело, как это действо трактовали другие. Кто-то воспринимал себя обязанным с утра до вечера ходить с пустым запасом. Другие же, в пылу фанатизма, берегли до крайности. Третьи… На этом просто зарабатывали, создавая чёткую иерархию богатства в рамках паствы.

Об этом книга молитв тоже молчала.

— Сегодня… Поздно… Приходи… Позже… — лысеющий мужичок, чей голос слышался умирающей птицей, повернулся к вошедшему и замер, широко открыв глаза.

— Свет никогда не может быть поздним, — холодно произнёс Тес. — Каждый, кто в лоне Его, всегда может получить помощь от верных воинов. Будь то проповедники, инквизиторы или паладины. Пятая заповедь гласит, что каждый, кто вознаграждён благословением быть проводником белого Света, обязан всегда отвечать на срочную просьбу о помощи.

— Воистину… — взгляд мужика поскучнел, когда эффект удивления прошёл. — Но это… Не предмет… Спора… Между Орденом Веры… И Орденом Наказания, инквизитор.

— Конечно, мы все сражаемся с общим врагом, — Тес даже не стал пытаться. — Тем более, что враг этот был совершенно неподалёку.

— Ох… Да… Совсем недавно… Мне одна исповедовалась, что видела ночью змею… Чего только боязливые не увидят в тишине… Окружающего леса… Не берите в голову…

— Я сам. Лично. Убил. Аколита Тьмы. В двух часах от деревни, — отчеканил каждое слово Тес. — Запишите это, проповедник. Если не верите моим словам, можем провести полную процедуру опознания произошедшего. Пещера наверняка до сих пор наполнена остаточным фиолетовым дымком.

Мужик, если и испытал эмоции, то не показал. Его ряса отличалась от одежды Теса. Несмотря на постоянные путешествия, инквизитор поддерживал чистоту. А вот непомерное пузо проповедника едва не прорывалось через до предела натянутые, пожелтевшие от постоянного использования в качестве тряпки для рук после еды элементы одежды.

— Благая весть, брат по Свету… Давай же составим отчёт… — он медленно отошёл в сторону своей каморки, которая находилась при большом зале церкви. — Так…

Он вытащил на свет пергамент, отрезая небольшую полоску, на которой уже была аккуратно выведена форма заявки.

— Имя…

— Тес.

— Должность…

— Младший инквизитор, — после этой фразы проповедник ещё сильнее поскучнел, теряя остатки трепета.

— Понятно… Значит… Сегодня… Десятое мая… Тысяча четыреста двадцать первого года от восхождения первого Святого. Когда произошёл бой, брат?

— Примерно пять часов назад.

— Кто там был? Только… Аколит?

— Аколит был последним, кого поразил мой клинок. До этого, — голос Теса не менялся. — Была змея Тьмы средних размеров и два рогача, причём уже вставшие во второй ранг, по моей личной оценке. Они не успели до конца эволюционировать, поэтому мне удалось от них быстро избавиться до того, как они поняли, как убить меня.

Магия, да и монстры… И вообще, что угодно, согласно книге молитв, оценивалось по простой схеме шести рангов.

Чем выше ранг, тем больше свойств у объекта.

А если говорить про мага, то это его общая смертоносность для врага и достижение, зависящее от таланта и врождённых особенностей. Без них шансов даже при большом труде достигнуть вершин… Мало.

Если не сказать, что их просто нет.

Тес знал, что точно шестого ранга достигало всего три человека за всю историю империи.

И все три были Святыми.

Пятые… Скорее всего, главы орденов и исключительные герои прошлого.

Четвёртые — командиры подразделений и целые хозяева регионов.

Третьи — начальники кластеров городов и деревень вокруг них.

Второй — типичный для обывателя ранг старшего инквизитора.

И первый — самый слабый, коим и обладал Тес. И, скорее всего, проповедник напротив него.

— Мы равны друг перед другом, хоть и юридически я выше из-за принадлежности к Ордену Наказаний. Однако… — взгляд инквизитора потяжелел. — Судя по всему, местный старший вообще не следит за порядком. Разжирели местные боровы. Понятно, почему у них под носом появилась такая «живность». Если бы не мы, бродячие воины — тут уже все бы сдохли. А их души стали кормом для чудовищ, никогда не достигая Света, которому молились.