Изрядно провоняв за два часа бензином, Эрик и Меларос решили направить свои стопы в госпиталь, пообщаться с единственным свидетелем событий, произошедших на борту «Шамана Пузоглазки» — по сообщению врачей, девушка уже пришла в себя и может принять посетителей.

— Прошу, проходите в палату номер одиннадцать, сэр Меларос, — расплылась в подобострастной улыбке медсестра на ресепшн, — добро пожаловать, мистер Фойгт!

— Эрион, ты не представляешь, как меня бесят эти приторные улыбки, до сих не могу привыкнуть. Мы, конечно, довольно высокомерный народ, по мнению многих, но не до такой же степени? — уже потом тихо произнес Меларос. Он почти всегда называл друга этой эльфийской формой имени. Оно напоминало ему о витязе давних эпох — Эрейниона Гил-Гэлада, самого спокойного и доброжелательного из владык древности.

— Дорогой друг, при всем уважении, до людей в этой дисциплине вам далеко. И при этом они куда разнообразнее вас, эльфов!

Эльф задумался, да так крепко, что молчал до самой палаты. От размышлений его отвлек вежливый стук Эрика и тихое «входите» из-за двери.

— Разрешите представиться, Эрик Фойгт, глава Управления авиационной безопасности Альмарны, а это Меларос, официальный представитель Альвентальской Короны при Управлении, — Эрик как всегда вежливо и неторопливо обозначил себя и коллегу.

Лежавшая на кровати изрядно забинтованная, но все же весьма миловидная девица попыталась кивком головы изобразить поклон, что получилось не очень успешно, тоже представилась:

— Алиса. Алиса Ветрогляд, я дочь почтенного Дроммеля Ветрогляда, представителя Ликерийского Шаманата в Альмарнском Совете Магов, — к счастью для Эрика это ему ничего не говорило, Меларос же, выглядел ошарашенным…

— Алиса, простите мое любопытство, но вы ведь не гоблин? — как ни странно, но этот вопрос вылетел из уст герра Фойгта…

— Да, господин Фойгт, я не гоблин. Я приемная дочь почтенного Дроммеля, меня удочерили, когда мне было пятнадцать лет, мои родители рано погибли…и тоже в авиакатастрофе. Может быть вы слышали, почтовый самолет «Почтмейстер фон Губвиг» столкнулся с фестралом, хотя, много лет прошло…

— Алиса, я помню эту катастрофу, я расследовал её, но простите, это же было в шестьдесят втором году? Вы ведь и не эльфийка?

— Пожалуй, не совсем, — загадочно улыбнулась Алиса, — я понимаю, что не очень похожа на картинку из «Эльвен Иллюстрейтед», но я и не человек, в вашем понимании этого слова. Но вы ведь не ради этого пришли, ваши вопросы куда серьезнее. И не просто так здесь почтенный Меларос. И тем более неспроста к нам сейчас присоединиться леди Эваниэль, верно?

— Эваниэль? — наконец подал голос все ещё удивленный эльф. Распахнувшаяся дверь была ему ответом.

— Да, Эваниэль, мой милый. Леди Винтона попросила меня присоединиться к вам и вашей квиэли, — грациозно вплыла в палату супруга Мелароса.

— Леди Эваниэль, я очень рада с вами познакомиться, — промолвила забинтованная девушка.

— Я была бы счастлива, чтобы наше знакомство произошло при других обстоятельствах, дорогая Алиса, и все же очень рада встрече.

— Я вас почувствовала, значит, вы тоже квиэль?

— Все верно, моя дорогая Алиса, и как вы понимаете, здесь я по долгу службы.

— Эви, мы же просто расследуем авиационное происшествие, не так ли? — Меларос закончил округлять в глазах нули, но до конца в себя ещё не пришел…

— Алиса, вы меня запутали, да и Мелароса, кажется тоже, — вмешался Эрик, — да и леди Эваниэль ясности не добавляет. Что вообще происходит? И леди Винтона, это же верховный маг Академии, верно?

— Мельдо Эрион, — начала Эваниэль, — у нас проблемы. Большие проблемы. Это касается того, что было на борту «Пузоглазки» и если мы ЭТО не обнаружим, ещё не известно, чем оно нам грозит…

— Леди Эваниэль, — соблюдая официоз обратился Эрик, — для меня это что-то новое. Что значит квиэль? Насколько я знаю староэльфийский, это значит “несущая покой”.

— Квиэли, как их называют люди — эмпаты, а гоблины зовут няшами, как считают в Академии, это надрасовая группа. Вот только среди её представителей нет мужчин. Как правило, квиэли не считаются общепризнанными красавицами, но, кто бы их ни увидел, находят их чрезвычайно миловидными и уютными. Это своего рода магия, но непроизвольная. Их воспринимают добрыми и благородными созданиями, и, обычно они именно такие. И верные тем, кого уважают. Поэтому, иногда, и берут на себя непосильную ношу, Алиса. И лишь немногие видят их такими, какие они есть, милый Меларос, как ты, например.

— Но ты же эльфийка? А Алиса явно человеческое дитя.

— А моя сестра Кермина тоже квиэль, но по рождению — гоблинша. Она меня почувствовала, и спасла из-под обломков, — вмешалась Алиса, — так вот, Кермину считают красивой даже люди, хотя вы знаете, как они обычно о гоблинах отзываются. Я не слышала, пожалуй, только о квиэлях, рожденных у орков, но там, уж простите, ничего доброго не рождается. Правда и у гномов они чрезвычайная редкость — возможно потому, что гномы просто очень не любят, когда их называют “милыми”.

— Мельдо Эрион, попробую вам объяснить, — снова взяла слово Эваниэль, — иногда на Альмарне рождаются девушки со особенными магическими способностями. Да, магия и так присуща некоторым обитателям этого мира, но способности квиэлей иные. Мы редко можем сотворить что-то осязаемое, тем более совершенно бестолковы в боевой или экспериментальной магии. Но мы чувствуем друг друга, очень хорошо понимаем собеседника — мы идеальные дипломаты этого мира. Не все из нас выбирают этот путь, далеко не все, но, если ваш друг или спутник жизни — квиэль, вы можете быть уверены в ней больше, чем в самом себе. Правда, не всегда ваше с ней мнение о том, что для вас лучше, совпадает.

— Сколько же всего нового узнаю я практически каждый день моей жизни здесь! Какие ещё сюрпризы несет нам Альмарна?

— Фантом. — хором воскликнули девушки.

— «Шаман Пузоглазка» должна была доставить фантома по имени Полюс в магическую академию Генсаля, но, очевидно, что-то пошло не так и теперь наша общая, обратите внимание, задача — разобраться с этим и я уверена, что мой дорогой супруг и уважаемый герр Фойгт, не откажут нам в помощи в поисках Полюса и доставке его в Генсальскую Башню.

— Разве я могу вам отказать, тем более, когда интересы Управления совпадают с интересами леди Винтоны, ну, а Меларос согласен по умолчанию, я полагаю, — эльф, все ещё растерянно, покивал головой.

Два дня спустя, врачи поддались на уговоры и выписали юную леди Ветрогляд, впрочем, оставив на её теле изрядную часть бинтов и повязок. В тот же день, «Конни», взяв двух пассажиров вылетела в Аленваль…

(1–3 августа 1985 года)

«Фонтом — ивление бестилеснае, всигда превязаное к аднаму месту, или придмету. Вроде призрока, но если призрок был жевым пока ни здох, то фонтом не жыл никагда. Абычна он — параждение ельфоф!» — гласил «Ностоясчий учебнег гоблинской магии великаго Пигведрамга», по словам Алисы, очень грамотная книга, но, по мнению Эрика, крайне трудная для восприятия из-за довольно грубого академического языка почтенного мага и норм орфографии, к которым Эрик до сих пор еще до конца не привык.

Эльфийский же вариант, описанный в научном труде леди Элизиэль оказался куда как понятнее, не смотря на больший объем повествования — книга, отпечатанная в типографии в самом Генсале, насчитывала более тысячи страниц, пусть и изрядно разбавленных иллюстрациями.

«Цель настоящего исследования — редкое явление, получившее название «фантом», одновременно завораживающее и пугающее, ужасно опасное и удивительно спасительное. Бестелесный дух, дух места или предмета, ставший сильнее своего вместилища, результат одушевления близких и дорогих сердцу вещей — таков фантом. Мы дали жизнь многим из них, а в этом исследовании — постараемся узнать, как с ними взаимодействовать».