Меларос грустно отложил великолепный «Холланд и Холланд» и перевел взгляд на стенд, указанный Гримплином. Его привлек отделанный гномьими мастерами карабин «Марлин» под одноименный патрон.

— Смотри, какая красивая винтовка, мельдо Эрион!

— Меларос, друг мой, практичность наше все! Смотри, «Винчестер 70», классическая модель. Мощный и распространенный патрон.

— Но выглядит уж очень скромно.

— Меларос, ты неподражаем! Я уверен, что у уважаемого Гримплина найдется что-то эксклюзивное для тебя.

— О да! — вмешался владелец магазина, — Я сейчас принесу, только вчера привезли из Цугундера, ещё не успел выставить.

Но через минуту Гримпи вернулся поникший, хотя и с большой коробкой в руках.

— Простите, господа, Гримпи Молоточек ошибся. Это не «Винчестер», это тоже «Марлин» — но более мощный — калибра «.450». И «Винчестер» у меня только один — стенде. Но «Марлинов» у меня два! Второй я только собирался отправить на отделку.

— Гримпи, — Меларос не выдержал, — нам нужно четыре ружья. Четыре. Раз господин Фойгт сказал одинаковых, значит одинаковых.

— Но ни у кого в Ленасмальте не будет четыре одинаковых крупнокалиберных карабина, бороду даю на отсечение! Но я ради постоянного клиента, я пойду против себя! Я, сегодня же, найду вам ещё два «Марлина».

— Сегодня же, или я куплю их в Фарадей-сити!

Теребя бороду и что-то бухтя под нос, Гримплин ушел обзванивать заклятых друзей — конкурентов-оружейников из гномьей диаспоры. Учитывая любовь гномов поговорить на отвлеченные темы, ушло на это у него долгих два часа, который друзьям пришлось потратить на доскональное изучение ассортимента лавки, обернувшееся для одного из них практически знакомством с историей огнестрельного оружия. Но ушли они не впустую — гном нашел-таки два «Марлина 336», причем, как и хотел Эрик, в нетронутом местными мастерами варианте. Попутно он получил сонм информации разной полезности. Среди прочего Гримпи узнал, что Тургаин Секира хвастался, что послезавтра ведет Ярдену Рельсболт в ресторан — это вызвало у невезучего любовника большое расстройство и повлекло новый приступ ворчания.

Но Меларос знал верный способ поднять настроение бедняге Гримплину — он напомнил, что ещё желает десяток крупнокалиберных револьверов, и даже согласился на версию с резной отделкой ствола и вишневыми или палисандровыми щечками. То были классические «Смит-энд-Вессон 29» под патрон «.44 Магнум». В качестве бонуса Гримпи предложил сделать гравировку — друзья решили три «палисандровых» револьвера украсить именными надписями и подарить трем девушкам-участницам экспедиции, а семь «вишневых» — «зачислить в штат» «Милой Эльзы».

Дальше настроение гнома только улучшалось — его клиенты приобрели чехлы для ружей, кобуры для револьверов и наборы для ухода за оружием, потом Эрик вспомнил, что стоит ещё запастись сигнальными ракетами. Ну, а когда гному пришлось таскать коробки с патронами — от радости он даже на какое-то время забыл неудачу с Ярденой и начал бубнить под нос какую-то веселую мелодию.

— Друг мой эльфийский, — завел разговор Эрик, пока гном, пыхтя носил тяжелые коробки, — а ты не знаешь, как прекрасная Эланор относится к оружию?

— Мммм…это же механическая штуковина, — с трудом пробравшись через густые волосы, почесал затылок эльф, — а она любит все механическое!

— Господин Гримплин! А найдется ли у вас ещё один «палисандровый» «Смит-Вессон» — решился Эрик.

— Нет, господин Фойгт, «палисандровых» у меня только три, но есть кое-что особенное — такой всего один! У него отделка из изумительного березового капа! Сам Грундель из Цугундера работал над ним. В комплекте подарочная шкатулка из той же березы, набор для ухода и кобура.

— Господин Гримплин, я восхищен! — только и смог вымолвить Эрик, когда гном вынес ему револьвер, и лишь тихо добавил, — Мне нужна гравировка. Имя — Эланор.

— Ваша любимая девушка? Судя по имени — эльфийка?!!

— Да!!! — с придыханием ответил суровый следователь.

Да, на трамвае было бы быстрее, но даже такси не облегчило бы ношу двух друзей. На добрую сотню килограмм потянули одни только патроны. Да и вряд ли кэбмен согласился бы везти их с таким специфическим грузом. Благодаря тихоходности «Скаммелля», за те два часа пока Эрик и Меларос ездили к Гирваину и Кургиниусу за «Марлинами», Гримплин успел сделать гравировку на всех четырёх револьверах. До того, как заняться торговлей, Ворчун Гримпи слыл подающим надежды резчиком по металлу, был неплох в каллиграфии и инкрустации. Вечером друзья застали оружейника в приподнятом настроении — слух о том, что Ярдена согласилась на свидание с Тургаином оказался пустым хвастовством последнего, и узнав это он рискнул попробовать пригласить гномочку ещё раз и она дала согласие! Гримпи просто приплясывал от счастья.

В «кают-компании» «Конни» припозднившихся эльфа и зомби ждали не только Эви, Ани и Алиса, но и новости, большие новости — самолет к утру будет готов, он уже покрашен, осталось дождаться, когда высохнет лак. Аниэль, несмотря на усталость, словно светилась изнутри — по её словам, удалось сделать что-то особенное и при этом соблюсти требования к заметности спасательного воздушного судна. С последними покупками подготовка к экспедиции по большому счету завершилась — завтра начнутся тренировочные полеты.

(9-11 августа 1985 года)

«Безобразная Эльза» и в самом деле превратилась в «Милую» — огненно-рыжую трехмоторную милашку. Аниэль, курировавшая малярные работы, конечно не удержалась. «Эльза» была не просто оранжевой, как велел «начальник экспедиции», она была вся в рыжих кудряшках, исключая угольно-черный «козырек» перед кабиной и небольшую часть носа под ним, которую сделали белой и стилизовали под хитрую анимешную мордочку. На хвостовых балках самолета уже был выведен новый бортовой номер — «A-E138» — Меларос не постеснялся подобрать наиболее подходящий по его мнению. Эрик хоть был сердит за несоблюдение инструкций, но результат ему понравился и на безопасность эта вольность все же не должна была повлиять. Будь он Меларосом, он, пожалуй, бы поворчал по этому поводу, но Фойгт был все же самим собою и ворчание не состоялось. У самого же эльфа внешний вид самолета вызывал восторг, его не стесняли рамки опыта и правил.

«Милая Эльза» покачивалась на волнах Алениайрэ, блестя на солнце. На часах было девять утра, Фурдин, с наисерьезнейшим видом, нацепив солнечные очки, с заплетенной в три косы бородой и лихо повязанной банданой стоял на причале, будто пытался определиться, кто он — морской волк, небесный ас или ковбой Марльборо, красуясь перед Аниэль и Алисой. Эрик, Меларос, Эваниэль и Келтонир, одетые в летную форму эльфийских гражданских авиалиний (разве что Фойгт вместо знаков «Эвани-Эйр», носил знаки отличия Управления авиационной безопасности), вместе с Гнурдином и Кваином осматривали воздушное судно перед первым учебным вылетом. Происходило это уже не возле причала в морском порту, а в гавани для гидросамолетов возле ленасмальтского аэропорта, в его мастерских в течении трех дней выполнялись регламентные работы и происходило внешнее преображение летающей лодки.

После осмотра команда заняла места на борту. Первым стажировался Эрик, как восстанавливающий навыки, а не обучающийся гидросамолетным премудростям с нуля. Он занял левое кресло, правое — Фурдин, Кваин устроился на привычном для себя месте бортинженера. Меларос примостился на резервном, четвертом месте, Келтониру же досталось развлекать девушек в салоне. И вот волнительный момент — Кваин включает стартеры двигателей, один за другим, машину сотрясает дрожь — и вот уже моторы рычат на холостых оборотах. Летчик Фойгт осматривает приборы, вспоминая дни своей молодости, нежно, но уверенно трогает штурвал. Зомби обычно практически бесстрастны и им тяжело даются сильные переживания, но сейчас в душе Эрика творилось нечто невообразимое. Пожалуй, столь яркие чувства он испытывал только рядом с прекрасной Эланор. По его телу разливалось тепло, не опасное, а мягкое и приятное, с прогревом гидросистем самолета, прогревалась и его собственная, даря ощущение силы и уверенности. Перед его взором словно кадры черно-белого кино проносились немногие приятные воспоминания из прошлой жизни, перемежающиеся с краткими мгновениями реальности. Из этого состояния его вывел голос Кваина.