— Алиса, я хотел бы вам показать кое-что, что мне удалось сегодня приобрести в книжной лавке, — покончив с мороженым, Эрик потянулся за книгой, завернутой в большой пакет, — мне кажется, вам будет интересно.

— Ого! — вырвалось у девушки, когда она увидела обложку, — Вот это редкость! Отец написал немало книг, но это были, в основном, научные труды по истории или практическому применению магии, многие из них в соавторстве с самим Великим Кувалдыком! Но это — его самая первая работа и его первое большое путешествие! Он, тогда, был совсем молод, столько лет прошло!

Алиса осторожно открыла книгу, и первая страница встретила читателей традиционным предисловием:

«Многии щитают, что Глимбмур — место унылае и мерскае, и гаварят, что ни в жисть туды ни паедут. Эта оне зря! Крысоты Севера неописуемы и Глимбмуром лиж наченаютца. Эта кныга роскажет и вам и о крысоте и об ыстореи ентих мест! Есле паймете!

Для ельфоф: остроухие, прочитаете книгу, приезжайте в гости! Не пожалеете!

Ыскренне ваш, Корстен Лепёха»

«Уважаемые читатели, эта книга — не только популярно рассказывает об интереснейших местах Гоблинского Севера, но и претендует научную точность в вопросах истории освоения сих замечательных земель. Вы узнаете о том, как заселялся Глимбмур, как были открыты Моррркломаны, почему в Келдгвике не так холодно, как должно быть, и как Мохнатый Шнобель получил свое имя. Не останутся забыты и многочисленные магические святыни, самой выдающейся из которых по праву можно назвать Полюс Магии, называемый эльфами Фонтаном Маны.

В добрый путь! Дроммель Ветрогляд»

— Большая часть папиных книг написана на гоблинском изводе, а не на традиционном эльфийском языке! — отметила девушка, перелистнув страницу, где её и Эрика взорам открылась чудесная фотография светящейся серебром стволов Корабельной Рощи возле Глимберрана и начало повествования, удивившее Фойгта несвойственной гоблинам идеальной орфографией.

— Гоблинском? Я думал, что на Альмарне почти все говорят на едином, эльфийском языке.

— Ах, Эрик! Вы думали, что мы, гоблины, просто не умеем в орфографию? — с укоризной ответила она.

— Простите мое невежество, но я так и полагал. И, боюсь, большинство людей думают также, — у Эрика в голове витало единственное слово — «СТЫД».

— Нет, мы не страдаем врожденной поголовной дисграфией, дорогой мистер Фойгт. Много сотен лет назад, в начале Орочьих Войн, наш народ, несмотря на кровную близость к оркам, выбрал сторону Добра, отказался от Темной Магии, а в знак поддержки союза наши шаманы выучили верхнеэльфийский язык. Со временем язык магии и науки распространился на весь наш народ, но гоблинам свойственна тяга к упрощению, а не усложнению, как у эльфов, вот со временем наша орфография и изменилась — мы стали писать проще, некоторые слова и обороты остались из нашего общего с орками древнего языка, некоторые — изменились в эльфийском, по мере того, как он становился всеобщим, в то время как мы продолжали использовать их синонимы из более традиционного верхнеэльфийского. Так и сформировался современный гоблинский язык.

— Вы меня смутили, милая Алиса, воистину — век живи, век учись, — после краткого «ликбеза» Эрик чувствовал себя немного неловко, — мне, наверное, стоит отправится в школу на курс истории — я столь многого не знаю об этом мире!

— Учиться вам теперь куда больше века светит, мой друг, — попыталась немного подбодрить его девушка, — Великий Кувалдык делает зомби качественно! Вы теперь по долголетию будете как эльф!

— И пойдете в эльфийскую школу! — хихикая добавила она, — А лучше в Академию, у вас там уже есть знакомый заведующий кафедрой!

От девичьего смеха смущение Эрика прошло, они с Алисой немного полистали книгу, разглядывая иллюстрации, но дальнейшее изучение решили отложить до вечера, чтобы продолжить это дело вместе с эльфийскими друзьями.

Когда Эрик и Алисы вышли из кафе, на часах было уже начало пятого. План на сегодняшний день был почти выполнен — остался только один пункт: собрать «аптечку первой помощи». И предусмотреть в ней нужно было очень и очень многое — и опасности северного климата, и возможных обитателей дикой природы, и расовые различия.

Фармацевт, экзотическая латиноамериканка Эуника с гладкими как шёлк длинными черными волосами, изрядно набегалась по всей аптеке, собирая заказ. Впрочем, девушка была довольна — двое странных клиентов одной покупкой сделали ей трехдневную выручку! Алиса умудрилась даже успеть завести с Эуникой знакомство и выяснить, что она родом из Бразилии (о которой Алиса знала только из Атласа, по которому почтенный Дроммель учил девушку географии родины её предков), пыталась устроиться в Штатах, но не сложилось и вот она теперь вот уже три года, как работает в аптеке и мечтает продолжить учебу, чтобы стать врачом: эльфийская медицина отлично помогает представителям других рас при травмах, но бессильна перед вирусными инфекциями, к которым, как и к почти всем прочим, практически невосприимчивы эльфы. А вот от инфекций бактериальных на Альмарне есть отличное средство — растение по имени Амиллар Скучный, экстракт которой — мощный антибиотик: из этой неказистой травки делают порошки и мази, которые одинаково эффективно помогают представителям всех рас.

Покупки еле поместились в четыре больших пакета — их было проблемой даже просто дотащить до офиса, не говоря уже о том, что перед полетом все это нужно было бы как следует упаковать. Черноглазая Эуника и тут пришла на помощь, она позвонила своей подруге Алёне, работающей в магазинчике, торгующем всяческими необычными вещами с Земли — «Земные артефакты Арти», и вскоре дюжий гоблин пригнал тележку с четырьмя темно-зелеными металлическими ящиками с красным крестом на крышке, куда медицинские припасы отлично поместились.

За окном уже стемнело и зажглись желто-оранжевые фонари, когда девушки защелкнули замок на последнем ящике. К этому моменту нетерпеливый таксист уже минут десять нарезал круги по торговому залу, он был недоволен настолько, что даже забывал строить глазки коллегам Эуники, двум рыженьким сестрам-ирландкам.

Ящики отлично поместились в бывшем лондонском «Кэбе» рядом с водителем, который, как только занял привычное место за рулем, сразу перестал нервничать. Они ехали быстро, но без единого нарушения правил, таксист, несмотря, на юный возраст, вел машину уверенно, словно был с ней единым целым. Парень за рулем очень старался походить на эльфа — гладко выбритый, со стрижкой по эльфийской моде (то есть безо всякой стрижки, с волосами до середины спины — явно растил лет пять!), в белом костюме, расшитом серебром, но у него не очень получалось, пока он не садился за руль — не столько черты лица и уши, сколько манеры выдавали человека.

Вернувшиеся полутора часами ранее, Эви с супругом заждались друзей и были очень рады их появлению — даже Меларос, которому пришлось помогать носить ящики с «аптечкой».

За ужином Эрик завел разговор, который ему очень хотелось оттянуть как можно дольше, потому что отношение друга к вопросу было ему хорошо известно.

— Леди Эви, я надеюсь, ты меня поддержишь, в том, что я сейчас скажу. Меларос, друг, я знаю, что тебе это не по душе, но нам нужно купить оружие. И я говорю не о паре-тройке ружей с транквилизаторами.

— Но что нам может грозить, мельдо Эрион, кроме пары медведей и несчастного скарифаса?

— Может Меларос, может. Во-первых, я не против успокоительного ружья, но я считаю, что нам нужна хорошая винтовка или штуцер для подстраховки и по пистолету каждому. А во-вторых, мы сами не знаем, что нам там может встретиться. Стоп, что еще за скарифас?! И почему несчастный?

— Ну да, скарифас, такая большая-большая шестилапая киса. Говорят, их, правда всё реже и реже встречают.

— А несчастный, — добавила Эви, шутливо глядя на Мелароса — потому что пузико ему некому погладить, вот он и такой злющий!

— Этого уже немало, так что, друзья, я, как руководитель экспедиции, настаиваю на приобретении оружия. Я себе потом не прощу, если кто-то из вас пострадает.