Над головой было небо.

А потолок-то где? Облака уходили за горный хребет, который синел вдали, а справа солнце опускалось к полосе леса. По склону перед нами стелилась трава. Внизу изгибалась река, и возле неё виднелась дорога с несколькими повозками.

Вот чёрт. А я ведь до последнего ждал очередную пещеру побольше. Захотелось снять нагрудник и усесться прямо в траву. Только бы никто ближайшие полчаса ничего от меня не требовал.

Вы вошли на десятый этаж Лабиринта.

Обратный спуск на нижние этажи запрещён.

Я перечитал вторую строку. С условиями, значит. Привычного пути вниз больше нет, и при следующей доставке грузов придётся это учитывать. Сейчас за моей спиной выходила армия, впереди ждали замки, а возвращаться к раздетым чистильщикам я всё равно не собирался.

Лианор появился рядом и тоже остановился. Белка поднялась у него на плече, повернула голову к солнцу и защёлкала зубами.

— Здесь всё настоящее? — спросил эльф.

Сорвав травинку, я растёр её между пальцами. Ветер тянул ворот рубахи, а на склоне зомби уже раздвигали ряды, освобождая место следующей колонне.

— Для начала сойдёт. Пойдём, нас сейчас свои же щитами подвинут.

Мы отошли от перехода. Виктория направляла прибывающих вдоль дороги, Кристиан разворачивал полученную карту. За первой повозкой вытянулась следующая. Сверху на ящиках лежали связки сданных светлыми мечей.

За обработку этих клинков мне уже заплатили. На выручку я расширил цех, а теперь получил оружие обратно вместе с доспехами владельцев.

Осталось довезти трофеи до собственного замка…

Кто устроил пробку сразу после выхода на десятый этаж? Конечно, я.

Повозки с трофеями забили съезд к дороге, а пелена за спиной продолжала выпускать колонны. Места вокруг хватало, но все телеги пытались попасть на одну колею. Зомби напирали сзади, телеги упирались друг в друга, а возницы даже не ругались, потому что мёртвым лень.

Шлем мне больше не требовался, и я убрал его в наруч. Маска Щипача осталась на лице ещё с переговоров.

— Виктория, придержи колонны на склоне, — сказал я в медальон. — Пока разгружаю обоз, пусть к дороге не лезут.

Хотя зачем тут растаскивать телеги? Подойдя к головной повозке, я хлопнул ладонью по борту.

— Изыди.

Гора ящиков со связками мечей исчезла. Первая партия груза ушла в коридор мастерской. Перед следующей командой пришлось мысленно выбирать, куда сваливать остальное. В цех. Потом в кладовку. Потом на кухню, там пол крепкий. В жилую часть тоже влезет, я туда всё равно только спать прихожу. Разберу позже, сейчас важнее освободить дорогу.

Через десять минут я выгреб из обоза последнюю связку мечей. Отведя пустые повозки к обочине, чтобы позже загрузить новой добычей, возницы наконец освободили дорогу колоннам. Солнце уходило за лес, от реки тянуло прохладой, и после девяти этажей пещер всё это было почти неприлично хорошо.

Сверху хлопнули крылья. Разведчица-вампирша опустилась рядом и склонила голову.

— Милорд, вдоль реки постройки. Мельница и мост, за мостом посёлок с оградой. По дороге ездят искатели, повозки идут под охраной.

— К постройкам не приближаться. Наблюдать издали и на глаза не попадаться.

Она унеслась. Расклад простой: пока вход в Кланхол не найден, светить армию у чужих поселений незачем. Одна война у меня уже наклёвывалась, вторую без очереди брать не хотелось.

Собрав командиров у головной колонны, я дождался, пока Кристиан разложит на ящике трофейную схему. Виктория встала рядом, а рыцари застыли за спинами чёрной стеной.

— Задача простая. Ищем запечатанные входы и маяки Кланхолов.

— Маяки — это что? — спросила Виктория.

— Ворота к замкам гильдий. Тридцать три штуки на весь этаж, у каждого замка собственное измерение, порталы ко всем участникам, склады без дна и казна. Открываются раз в несколько лет, ближайший раз через пять недель. Один из них станет нашим, поэтому вход надо найти раньше конкурентов.

— А конкуренты в курсе, что он станет нашим? — Кристиан оторвался от схемы.

— Узнают в день открытия. Сюрпризы полезны для сердца. Заодно собираем всё полезное: монстров, кровь, руду и любое бесхозное добро, на которое Система не показывает владельца.

— А если владелец мёртв? — уточнила Виктория.

— Тогда это наследство. Наследство мы забираем. Кристиан, Виктория, рыцари, вы идёте вдоль реки к лесу. Патрик с Матерью двинутся к хребту, туда, где разведка не нашла ни одной крыши.

Пелена дрогнула, и на склон последней выбралась Матерь. Патрик стоял у неё на крышке, так что теперь мы снова оказались на одном этаже и медальоны заработали.

Вести Матерь мимо посёлков я не собирался. Эта дурища жуёт всё подряд, а на мельницу она облизывалась уже сейчас, с другого конца долины.

— Повелитель, Матерь спрашивает про лес, — отозвался в медальоне Патрик. — Можно ли есть деревья.

— Деревья можно. Всё, что с крышей или с хозяином, нельзя.

— Она согласна.

На прощание Матерь всё-таки попыталась прихватить придорожный камень с высеченной стрелкой. Патрик стукнул посохом, и камень вернулся на место, разве что стрелка теперь показывала чуть выше горизонта.

Остался ученик. Я отправил Лианору приглашение в гильдию. Перед ним вспыхнуло окно. Он прочитал сообщение, покосился на меня и без лишних вопросов нажал кнопку подтверждения.

Искатель Лианор фон Чернолист принят в гильдию «Сковородка». Гильдейский чат доступен.

— Поздравляю со вступлением. Теперь я могу открыть портал в то место, где ты находишься. Так что находись в местах поинтереснее.

— Постараюсь, наставник.

Для полного комплекта ему не хватало сопровождения посолиднее. Я потянул за мысленную связь, и воздух рядом уплотнился сразу в три волчьи головы. Цербер вывалился из ниоткуда, встряхнулся и обнюхал эльфа с двух сторон, а третьей головой на всякий случай проверил ближайшую повозку.

Белка высунулась из-за воротника Лианора, оценила пасти, в которых поместилась бы вместе с хозяином, и провалилась обратно за пазуху. Оттуда сухо щёлкнуло. Возражение принято к сведению.

— Это Цербер. Побудет при тебе. Слушаться будет, потому что я так велел, и уйдёт по первому моему зову. Командовать можешь, воспитывать не пробуй.

— А кормить его чем? — Лианор задрал голову, выбирая, с какой из голов разговаривать.

— Тем же, чем Матерь, только порции меньше. Возьмёшь учебную роту зомби и пойдёшь с восточным отрядом вампиров. Рота твоя, приказы твои, ошибки тоже твои.

Оглядев роту, Лианор задержал взгляд на первых рядах и чуть прищурился. Пусть набивает командирские шишки там, где цена ошибки измеряется чужими костями.

Дождавшись, пока отряды тронутся, я поднял Эгиду на десять метров над пригорком. Выше Эгида не поднималась, но хватило и так. Река уходила петлями к лесу, за лесом поднимались тонкие дымки, и хребет на горизонте синел до того далеко, что пешком туда идти неделю. Пять недель до открытия Кланхолов. Вход нужно найти заранее и изучить район вокруг, а не вламываться в последний день с толпой скелетов наперевес.

Ладно. Разведка пошла, обоз пристроен. Опустившись на траву, я шагнул в мастерскую.

И чуть не остался под завалом.

Я открыл дверь, шагнул через порог и тут же подхватил поползший на меня верхний ящик. За ним посыпались шлемы. Кирпич сам выскочил в ладонь, и я подпёр им кучу, прижав её плечом. Один шлем всё-таки укатился в глубь коридора и обо что-то звякнул.

— Он ещё и вернулся! — донеслось с кухни.

Сиси вышла навстречу, вытирая руки полотенцем, и полотенце в её руках выглядело угрожающе. За её спиной виднелась плита, заваленная связками мечей, на разделочном столе лежали чьи-то поножи, а из кухонного шкафа торчал наплечник.

— На плите оружие. В шкафу доспехи. В твою спальню я даже не зашла, потому что в дверь что-то упёрлось изнутри. Где мне готовить? На щите?