Во дворе уже собрались слуги. Айрин вышла на крыльцо и увидела трёх всадников, остановившихся у ворот. Один из них — высокий, худощавый, в дорогом плаще, подбитом мехом, — спешился и направился к ней. Его лицо было знакомым, хотя Айрин не сразу вспомнила, откуда.

— Леди Айрин, — произнёс он, отвешивая лёгкий поклон. — Рад видеть вас в добром здравии.

И тут она узнала его: сир Роберт Вейн, один из королевских советников. Человек, который не раз бывал в доме её отца и всегда казался ей скользким, как угорь.

— Сир Роберт, — ответила она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Что привело вас в такую даль?

Он улыбнулся — вкрадчиво, фальшиво, — и Айрин почувствовала, как внутри всё холодеет.

— Его величество пожелал лично удостовериться, что его дорогая герцогиня... благополучно устроилась. — Он сделал паузу, оглядывая мрачные стены замка. — И, признаться, я вижу, что вы устроились... скромно.

Айрин выпрямилась, встречая его взгляд.

— Север — суровое место, сир Роберт. Но здесь есть своя красота.

— Несомненно. — Он улыбнулся ещё шире. — Однако позвольте спросить: где ваш супруг? Я ожидал, что он встретит посланца короля лично.

— Герцог объезжает деревни, — ответила Айрин, молясь, чтобы её голос звучал спокойно. — Вернётся к вечеру.

Роберт кивнул, но его глаза остались холодными и цепкими.

— Что ж, подождём. А пока, может быть, вы покажете мне ваш... дом? Король будет рад узнать, как живёт его подопечная.

Айрин стиснула зубы. «Подопечная». Словно она всё ещё была заложницей, а не герцогиней.

— Прошу, — сказала она, отступая в сторону. — Ирма проводит вас в большой зал. Там горит камин, и вам подадут горячего вина.

Роберт кивнул и прошёл мимо неё, окружённый своими людьми. Айрин проводила его взглядом, чувствуя, как внутри закипает тревога. Она знала: этот человек приехал не просто проверить. Он приехал найти повод.

И она боялась, что этот повод уже существует. Имя ему было — Тарин.

---

Лейф вернулся, когда уже стемнело.

Айрин ждала его у ворот, закутавшись в меховой плащ. Она не зашла в замок, хотя холод пробирал до костей: ей нужно было предупредить его до того, как он встретится с посланником.

Он спешился, увидел её, и его лицо потемнело.

— Что случилось?

— Королевский посланник, — ответила она тихо. — Сир Роберт Вейн. Он здесь.

Лейф замер. В его серых глазах мелькнуло что-то опасное, и Айрин снова увидела того человека, которого боялись при дворе.

— Когда он приехал?

— В полдень. Он спрашивал о вас. Я сказала, что вы в деревнях. — Она помолчала. — Он хочет видеть замок.

— И вы его пустили?

— Я не могла отказать посланцу короля. Это было бы подозрительно.

Лейф кивнул, хотя желваки на его скулах напряглись.

— Где он сейчас?

— В большом зале. Ирма угощает его вином и байками о северных призраках. — Айрин слабо улыбнулась. — Думаю, он уже пожалел о своём визите.

Лейф хмыкнул, но его взгляд остался тяжёлым.

— А Тарин?

— У меня в комнате. Бритта с ним.

Он выдохнул, и Айрин увидела, как расправились его плечи.

— Хорошо. — Он помолчал. — Я поговорю с Вейном. А вы идите к Тарину. Не выходите, пока я не приду.

Айрин кивнула, но не ушла.

— Лейф, — тихо позвала она.

Он обернулся.

— Будьте осторожны. Этот человек... он опасен. Я знаю его по столице. Он умеет находить слабые места.

Лейф посмотрел на неё долгим взглядом, и в нём было что-то, отчего у Айрин сжалось сердце.

— Я справлюсь, — ответил он. — Идите.

Она ушла, но тревога не отпускала. Поднимаясь по лестнице, она слышала, как в большом зале звучат голоса — низкий рокот Лейфа и вкрадчивый, слащавый тон Роберта. Слов не было слышно, но Айрин чувствовала: там, за каменными стенами, идёт не разговор, а поединок.

---

Она сидела у колыбели Тарина, когда дверь открылась.

Лейф вошёл, и по его лицу Айрин сразу поняла: что-то пошло не так.

— Что? — спросила она, вскакивая.

Он закрыл за собой дверь, привалился к ней спиной и закрыл глаза.

— Он знает о Тарине.

Айрин почувствовала, как пол уходит из-под ног.

— Откуда?

— Деревенские. Кто-то проболтался. Или шпион. — Лейф открыл глаза, и в них была усталость пополам с яростью. — Он не сказал прямо, но дал понять: король интересуется подкидышем.

— Что ему нужно?

Лейф прошёл к камину, опустился на стул, не снимая плаща.

— Он предложил сделку. Король готов... проявить милосердие. Забрать мальчика в столицу, воспитать при дворе. Разумеется, из лучших побуждений.

Айрин похолодела.

— Забрать Тарина?

— Да. Взамен он снимет надзор с вашей семьи. И вернёт мне часть привилегий, которых я лишился. — Лейф горько усмехнулся. — Щедрое предложение, не находите?

— Вы не согласитесь, — сказала Айрин, и это прозвучало не как вопрос, а как утверждение.

Он поднял на неё глаза.

— Вы так уверены?

— Да. Потому что вы не отдадите его. — Она подошла ближе, останавливаясь перед ним. — Я знаю вас достаточно, чтобы это понять.

Лейф смотрел на неё, и в его лице было столько всего, что Айрин не могла разобрать. Гнев, боль, страх, надежда — всё смешалось в один тугой узел.

— А если он будет угрожать? — спросил он тихо. — Если поставит ультиматум?

— Тогда мы будем бороться.

— Мы?

Айрин кивнула, и в её голосе была сталь.

— Мы. Я не отдам Тарина. И вы не отдадите. Значит, мы вместе.

Лейф медленно поднялся. Он возвышался над ней, огромный, тёмный, как сама северная ночь, но в его глазах больше не было холода.

— Вы понимаете, что говорите? — спросил он. — Вы понимаете, что это может значить?

— Понимаю, — ответила она, не отводя взгляда. — Это значит, что мы больше не чужие друг другу.

Он шагнул к ней, сокращая расстояние, и Айрин почувствовала, как воздух между ними сгущается. Она видела, как вздымается его грудь, как напряжены его скулы, как в его глазах мечется что-то дикое, необузданное.

— Айрин, — произнёс он, и её имя в его устах прозвучало как молитва. — Я...

Он не договорил. Вместо этого он поднял руку и осторожно, невероятно осторожно коснулся её щеки. Его пальцы были грубыми, но прикосновение — нежным, почти благоговейным, как будто она была драгоценностью, которую он боялся разбить.

— Вы изменили всё, — прошептал он. — Вы и этот мальчик. Вы ворвались в мою жизнь и перевернули её, и я... я не знаю, что с этим делать.

Айрин накрыла его ладонь своей.

— Просто будьте рядом, — сказала она. — Для начала — просто будьте рядом.

Он смотрел на неё, и в его глазах было столько боли, что у неё перехватило дыхание. Потом, медленно, словно преодолевая невидимое сопротивление, он наклонился и прижался лбом к её лбу.

— Я буду, — выдохнул он. — Клянусь, я буду.

Они стояли так долго, слушая, как ветер поёт за окнами, и в их молчании было больше слов, чем в любых признаниях. А где-то в колыбели тихо сопел Тарин, не знавший, что его судьба только что была решена — и решена в его пользу.

---

Утром сир Роберт уехал, так и не получив ответа.

Лейф проводил его до ворот с каменным лицом и не проронил ни слова. Только когда всадники скрылись за поворотом, он развернулся и пошёл обратно в замок. Айрин ждала его на крыльце, и он, проходя мимо, коротко сказал:

— Он вернётся. С новыми условиями.

— Мы будем готовы, — ответила она.

Лейф остановился и посмотрел на неё.

— Вы боитесь?

Она покачала головой.

— Нет. Пока вы рядом — нет.

Он кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на гордость.

— Тогда идите к Тарину. А я займусь делами. — Он помолчал. — Нам нужно готовиться к зиме. И к тому, что последует за ней.

Айрин улыбнулась.

— Это вы про короля?

— Это я про всё, — ответил он и улыбнулся ей в ответ — не насмешливо, не горько, а по-настоящему, открыто. — Но да, и про него тоже.

Она смотрела, как он уходит — высокий, сильный, решительный, — и чувствовала, что в её сердце расцветает то, чему она долго не могла дать имя.