Со вздохом я присела на край постели. Взяла в руки лиса, тронула черный носик. Казалось, даже игрушка погрустнела. Я порывисто прижала Рени к сердцу.

«Дети не виноваты, что все так получилось», – с горечью мелькнула мысль.

Шмыгнув носом, я достала телефон. Не свой, а выданный Сергеем для образа гламурной женушки. Несколько взмахов пальцем по экрану – и включилась фронтальная камера. Вспомнилась Катрина на своих селфи в этой же комнате, и меня слегка передернуло. Но я нашла в себе силы улыбнуться, включая запись.

– Кирюша, Танюша, привет! – я сильнее прижала к себе игрушку, которая теперь тоже оказалась в кадре. – Так получилось… мне придется снова улететь. На Луну, помните? Без меня там не справятся… Нужно спасать лунных лисят, мы же не можем дать им погибнуть, правда? А вы ведите себя хорошо и слушайтесь папу. Он… он вас очень любит. Я буду по вам очень скучать!

Повисла неловкая пауза. Так и просилось закончить: «Я обязательно скоро вернусь!» Но совесть не позволила так жестоко обманывать малышей. Глаза заблестели от навернувшихся слез. Я быстро-быстро закончила видео и положила телефон в детской. Сергей и дети непременно найдут его, когда вернутся. Когда меня здесь уже не будет.

Я вернулась, чтобы бросить в сумку расческу, и в этот момент раздался звук открывающейся двери. Послышались детские голоса. Я похолодела.

– Мама! Мама! А папа купил нам мороженое! Клубничное! – радостно сообщила Таня, первая влетая ко мне в комнату.

– Мамочка, а зачем это? – Кирилл ткнул пальцем в сумку. – Ты же… ты не…

Малыш поднял на меня свои большие глазенки. В них застыл немой вопрос. Не исчезну ли я снова.

Я посмотрела на Сергея. Он зашел следом за детьми, перекрывая своей широкоплечей фигурой дверной проем. Едва взгляд упал на сумку с вещами, как лицо помрачнело. Я поежилась. Сразу вспомнились слова Макса, что я знать не знаю, какой Сергей опасный.

– Идите поиграйте в своей комнате, – ровным бесцветным голосом сказал он детям. – Мы скоро придем.

Его пальцы сжимались-разжимались. Было видно, что Сергей еле держится, чтобы не засадить кулаком по стене и не перепугать детей. К счастью, Кирилл и Таня ничего не заметили. Она порывисто обняла меня напоследок, а он захватил своего лиса. Взявшись за руки, они побежали к себе в комнату.

Сергей захлопнул за ними дверь. Громко. Выразительно.

Я вздрогнула, а он кивком указал на сумку.

– Что это такое? – ледяным пугающим тоном спросил Сергей.

Он принялся подходить ближе, и я попятилась, глядя на него, как завороженная. На потемневший взгляд. На посуровевшее лицо. На движения рук – то, как Сергей расстегнул манжеты рубашки, подкатывая рукава. Казалось, ему стало тесно от них, как дикому зверю.

– М-мои вещи, – я вжалась спиной в шкаф за спиной.

– Собралась сбежать, не попрощавшись? – Сергей наклонил голову набок.

– Я не потребую ни копейки, не переживай! Никто не узнает о нашей сделке, – я гордо вскинула подбородок. – Я все равно не нужна тебе!

Мы оказались так близко, что у меня перехватило дыхание от жара мужского тела, от чуть терпкого аромата одеколона. Я выставила ладони, собираясь оттолкнуть Сергея. Проскочить. Броситься прочь. Но он с легкостью перехватил мои руки, заводя над головой и прижимая к шкафу.

– Это не тебе решать. И не забывай, Рита, – зло сказал Сергей, удерживая мои запястья. – Судьба твоего брата – в моих руках. За то, что он натворил, я легко могу засадить его в тюрьму. Если хочешь, чтобы он остался на свободе, то сыграешь роль мамы для моих детей. Роль моей жены.

– Не смей трогать Макса! – я забилась в его руках. – Ты… ты сам оттолкнул меня! Тебе нужна только твоя Катенька!

На секунду Сергей ослабил хватку. Воспользовавшись моментом, я вырвалась и ударила его в грудь. Надеялась ускользнуть? Ха-ха. Сергей резко перехватил меня за плечи. Я начала вырываться, как дикая кошка, и он толкнул в сторону. Но не ожидал, что я неуклюже пошатнусь. Сама упаду спиной на мягкую кровать. Сергей накрыл меня своим телом, горячо и зло выдохнув в губы:

– Я докажу тебе, что это не так!

Я не успела ничего ответить: он закрыл мне рот поцелуем. Горячим, страстным, почти наказывающим. Ладони Сергея с нажимом скользнули по моему телу. Он не позволял лишнего, но даже через одежду эти касания сводили с ума. Заставляли выгибаться навстречу, комкая пальцами его рубашку.

Я слышала о том, как предает тело. Но меня сейчас предавало и сердце. Ведь оно так отчаянно и глупо заходилось рядом с Сергеем. И хотелось, чтобы этот поцелуй никогда не заканчивался.

В дверь постучали. Тяжело дыша, мы с трудом оторвались друг от друга. Переглянулись, и у обоих мелькнула легкая улыбка. Чуть смущенная. А из-за двери донесся детский голосок:

– Мама! Папа! Ну, вы скоро?

Глава 9

С того момента все изменилось. Я по-прежнему проводила все время с детьми, а Сергей часто пропадал на работе. Но когда он был дома, между нами словно потрескивали маленькие молнии. Случайные взгляды, мимолетные прикосновения – и нас пробивало током. Мы отдергивали руки, отворачивались, тушевались, как влюбленные подростки. Хотя по глазам было видно, что каждый хочет наброситься и целовать до умопомрачения.

Я все-таки договорилась с Сергеем, чтобы домработница приходила пореже. Зачем чужие люди в доме так часто? Так что очередным вечером я готовила салат, перемешивая в большой миске хрустящие огурцы и ароматные помидоры. Таня крутилась рядом, подавая мне то веточку петрушки, то пакетик сушеного базилика. Кирилл притащил в гостиную конструктор и теперь строил маленький город на ковре.

Я поглядывала на это с улыбкой, а где-то на фоне болтал телевизор. Ведущая вещала, что в деревне такой-то был обнаружен молодой человек с огнестрельным ранением, который чудом не погиб от кровопотери где-то у дороги. Но здесь, рядом с детьми, на сердце становилось так тепло и уютно, что я не слушала. Пока не перешли к деталям:

– Стараниями врачей парню спасли жизнь, но никаких документов при нем не обнаружено. Только брелок с ключами с именем «Макс»…

Мои пальцы ослабели, и ложка со звоном выскользнула прямо в заправленный маслом салат. По спине пробежал холодок, по телу – мелкая дрожь. Я медленно, словно борясь с дурнотой, подняла взгляд.

На экране телевизора мелькали кадры какой-то глухой деревни: покосившиеся заборчики, дома с синими деревянными рамами, бугристая грунтовая дорога… Потом показали врача, который невнятно мямлил про то, что парень – счастливчик, но в себя пока не приходил. А после… камера сфокусировалась на том самом брелоке.

Я сама подарила его Максу. За это время синяя кожа потерлась и покрылась царапинками, а одна из металлических заклепок отвалилась. Так что брелок я узнала бы где угодно.

– Макс… – выдохнула я одними губами.

Его лицо не показали. Мол, злоумышленники еще не найдены, могут начать охоту. Но мне хватило одного брелока. Я пошатнулась, лихорадочно вцепляясь пальцами в край стола. До побелевших костяшек.

– Мама, мамочка, тебе нехорошо? – Таня дернула меня за край платья.

– Нет-нет, малышка, – я наклонилась, легонько поцеловав ее в макушку. – Так, вспомнила кое-что. Мне нужно съездить к одному дяде в больницу.

– А чем он болеет? Он простудился, потому что ел много мороженого? – Таня подняла голову, наивно заглядывая мне в лицо.

– Нет, он просто сильно поранился, но обязательно скоро поправится! – я взъерошила ее мягкую челку. – Нужно только отвезти ему мандаринок. Ты же знаешь, сколько в них витаминов!

Таня кивнула и убежала к Кириллу. Они вместе уселись на пушистом белом ковре, строя домики из цветных деталей.

Я зашла в комнату Сергея, перед этим деликатно стукнув костяшками пальцев по двери. Он сидел в кресле-мешке с ноутбуком, но при виде меня сразу отставил гаджет в сторону. На экране остались открыты какие-то таблицы – похоже, по работе.

– Мне нужно уехать, – я неловко переплела пальцы, будто отпрашиваясь у начальника. – Совсем ненадолго. Я скоро вернусь, дети ничего и не заметят, обещаю.