– Мне жаль, но ничего нового я сообщить не могу. Вы не сможете иметь детей, – мой врач-гинеколог опустилась на стул, перебирая распечатки анализов.

– Что?! – пискнула я.

Хотя мне уже сказали одеваться, я застыла. Прямо на кресле в весьма неудобной позе. И только потом заставила себя зашевелиться, слезая и натягивая белье. В горле пересохло. Сердце билось, как сумасшедшее. Я поправила платье, наконец выдавив:

– Как это?.. Я ведь пила все таблетки. И питание изменила, и даже… Вы же обещали, что все будет хорошо!

Голос предательски задрожал. Эта последняя фраза прозвучала по-детски. Я схватила сумочку, нервно перебирая ручку-цепочку пальцами. Мои ровные каштановые волосы чуть растрепались, и пару прядей выбились из низкого хвоста, схваченного резинкой-спиралькой. Ластовчук – мой врач – нахмурилась, глядя на меня в упор.

– Особенность Вашего организма, это пора принять. Курс лечения завершен. Вы можете поехать в Израиль, в Швейцарию, в Германию – хоть на Марс. Но поверьте, там Вам скажут ровно то же самое.

Ластовчук ни с кем не нянчилась, зато считалась одной из лучших специалистов в городе. И ее слова стали приговором. Перед глазами поплыло от слез.

– Можно же что-то сделать, – пролепетала я.

– Можно, – решительно кивнула Ластовчук. – Собаку завести. Или замуж выйти и детдомовского взять. Что толку, вообще, сопли на кулак наматывать, если мужа нет? Выше нос! И не с таким живут!

Я поплелась прочь из кабинета, с трудом сдерживая истерический смех. Откуда же он возьмется, этот муж, если я не смогу в будущем подарить ему наследника?! Какой дурак захочет на мне жениться?

Мой бывший жених как раз и послал меня далеко и надолго, когда увидел распечатки анализов. За неделю до свадьбы он узнал, что у нас не получится идиллической картинки: «Мама, папа, я – счастливая семья». Подумал, я знала заранее о том, что не могу иметь детей, и молчала, загнав его в ловушку с нашим будущим браком. Решил, что обманывала всю помолвку. Не поверил ни моим мольбам, ни моим оправданиям. Конечно, свадьба не состоялась.

После этого я разучилась верить мужчинам. Зато теперь твердо знала другое: никому такая, как я, не нужна. Я – бракованная. Бесплодная уродина.

– Девушка, все в порядке? – спросила проходящая мимо женщина в годах.

Я неуверенно кивнула, смерив ее мутным взглядом. А потом вышла из клиники. Нет, не в порядке!

Обернувшись, чтобы посмотреть на женщину, я немного отвлеклась, топчась на пороге клиники. И пропустила момент, как возле этого самого порога затормозило шикарное авто с открытым верхом. Из него вышел мужчина, сосредоточенно уткнувшийся в папку с документами. Может, новый врач? Я скользнула заинтересованным взглядом по его подкаченной фигуре. Мужчина направился в мою сторону, все так же не отрывая глаз от бумаг. Но моя беспечность, как всегда, сыграла мне во вред. Я не успела отойти от вращающейся двери. А мужчина не заметил, что на его пути стоит хрупкая девушка, и резко толкнул меня плечом. Какого черта я утром надела каблуки?! Я пошатнулась, хватаясь за незнакомца, чтобы не упасть. Документы рассыпались по ступенькам.

– Простите, пожалуйста! – пролепетала я, опускаясь на корточки, присаживаясь рядом с мужчиной, чтобы помочь собрать рассыпавшиеся бумаги.

Он лишь недовольно нахмурился в ответ и поднял глаза. Красивые, между прочим, глаза! Я никогда не видела такого цвета. Глубокого, синего, как полночное небо. Хотя… при взгляде на меня глаза мужчины расширились от удивления и потемнели.

– Катя? – шепнул он, едва шевеля губами, глядя на меня так, будто увидел призрака.

Я поежилась, отодвигаясь дальше. Мало ли, что может прийти в голову незнакомцу! Еще набросится…

– Нет, Вы ошиблись, меня зовут Рита… – с достоинством ответила я, но мужчина лишь покачал головой, словно не веря мне.

– Катрина… – повторил незнакомец.

Было видно, что каждое слово дается ему с трудом. И меня покоробило то, что второй раз меня называют не моим именем! Еще и таким… странным. Катрина. Откуда это имя? Оно казалось мне знакомым! Как у моей любимой блогерши в социальной сети!

Я подскочила на ноги, прижимая к себе стопку бумаг, которую успела собрать, и быстро протянула ему. Мужчина автоматически выставил руки, принимая документы. Наши пальцы коснулись друг друга. Дыхание перехватило, а незнакомец сделал шаг ко мне, уже взяв себя в руки, собираясь что-то спросить. Но… мой телефон в кармане завибрировал, заставляя меня вздрогнуть.

– Прошу прощения! – нервно дернулась я и отошла в сторону. Даже не оглянулась назад, на застывшего на месте незнакомца с такими манящими синими глазами.

Я выхватила телефон из сумочки. Макс. Ну, конечно, мой младший братец-балбес, куда же без него! Стоило встретить синеглазого принца, как братишка тут как тут и все портит! Я выдохнула, тряхнув головой. Палец махнул по экрану, принимая звонок. Меня тут же оглушило шумом машины и детским плачем.

– Рита! Ты мне нужна! Срочно! – завопил в динамик брат.

– Что случилось? Что ты натворил?! – я вжала телефон в ухо, отходя подальше от людей и машин.

– Я знаю, что ты возле больницы! Руки в ноги – и за угол! Быстро! – скомандовал Макс.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Что-о-о?! – мои глаза стали по пять копеек.

Тело среагировало само, на инстинкте, и каблуки моих туфелек быстро-быстро застучали по тротуару. Стоило завернуть за угол, как в глаза бросилась машина брата. И он собственной персоной. Макс вылетел, как угорелый, бросаясь ко мне. Его пальцы с силой сомкнулись на моем локте, чуть не оставляя синяки.

– Быстрее! Нет времени объяснять! Нужно сматываться! – Макс сдернул меня с места, потащив к машине.

Он распахнул дверцу, толкая меня на заднее сиденье.

– Макс, какого черта?! – возмутилась было я.

В этот момент меня обхватили маленькие ручонки. Ко мне прижался мальчишка в джинсовом комбинезоне и полосатой футболке. Малыш поднял заплаканное личико с россыпью веснушек на носу.

– Мамочка! – тоненько всхлипнул мальчик. – Ты пришла! Без тебя... без тебя плохо!

Глава 1

«Это что за новости?! У моего брата-балбеса сын незаконнорожденный нарисовался или что? Волосы, вон, один в один, как у нас, с рыжиной на солнце», – мелькнула шальная мысль.

Я ошарашенно посмотрела на него. Сердце сжималось от того, как он смотрел. Прямо в душу большими синими глазенками. Очень похожими на глаза незнакомца, который так невежливо толкнул меня на входе и не извинился!

– Малыш, я не… – осторожно начала я, потянувшись к его волосам. Но не успела сказать: «Не твоя мама».

Машина взревела. Макс вжал газ в пол, срываясь с места. Нас мотнуло так, что я испуганно прижала ребенка к себе. Он захныкал, вцепляясь в меня изо всех сил.

– Что происходит, Макс?! – закричала я.

– Держись крепче и не отвлекай! Я пытаюсь спасти наши… шкуры! – оглянувшись на ребенка, поправился Макс.

Я глянула на него в зеркальце заднего вида. Его волосы, такие же каштановые, как и у меня, растрепались. Расширенные зрачки лихорадочно заблестели, а под глазами залегли тени – совсем нетипично для моего братишки с богатырским сном и прожорливостью. Макс стиснул руль до побелевших костяшек. А потом вывернул его, чудом не врезавшись в микроавтобус.

Мы помчались прочь от многоэтажек, мимо двориков окраины, покосившихся заборчиков частного сектора… Мимо нас пролетала улица за улицей.

«Мы что… бежим из города?!» – пронеслось в голове.

Вскоре машина и правда уже неслась по дороге между деревьями. Нас трясло и подбрасывало, как на аттракционе. Малыш плакал, утыкаясь в меня от страха. «Мама, мамочка», – то и дело слышался тонкий голосок.

– Тише, тише, все будет хорошо… – зашептала я, поглаживая по волосам.