У меня вырвался тихий всхлип. Я зло, почти по-детски потерла глаза. Не хватало еще расплакаться перед этим мужчиной! Он же живет в своем шикарном мире, откуда ему знать, каково было выживать двум сиротам. И каково мне теперь, когда я снова почувствовала себя маленькой и одинокой. Ведь Макс исчез, а я абсолютно запуталась, привязавшись к чужим-своим детям. И к такому же чужому-своему мужу.

Сергей осторожно привлек к себе. Я подчинилась, как тряпичная кукла. А он принялся гладить по спине, по волосам. Так нежно, бережно, медленно… На секунду Сергей приник лицом к моей макушке, зарываясь носом.

– Ты больше не одна, – всего одна фраза, а мое сердце безумно заколотилось.

Глава 8

– Твоя мама была неправа. И любовь, и дружба – все того стоит. Даже, если люди потом уходят… или умирают.

На последних фразах Сергей взял мое лицо в ладони. Я замерла, как пугливый зверек. Но всего одно слово осколком полоснуло по сердцу. Захотелось согнуться, закричать, как от физической боли. Вместо этого я лишь прищурилась, как от холодного ветра, а уголки губ дернулись в слабой и болезненной улыбке.

– Умирают, как Катя? А ты так и не можешь ее отпустить? – прошептала я горько, со странным, пугающим меня саму смирением.

Сергей возразил не словами.

Вместо этого он резко подался вперед, прижимая меня к себе. Уже совсем не по-дружески. Пальцы зарылись мне в волосы, не давая отпрянуть. А горячие губы смяли мои в дерзком и порывистом поцелуе. Мгновенно ослабели ноги, и я почувствовала, что Сергей – единственная опора. Его крепкие руки, которые соскользнули на талию. Прижали ближе, почти вдавливая в сильное тело. Жадно и отчаянно.

Казалось, мы набросились друг на друга, как два изголодавшихся зверя. Изголодавшихся внутри, душой. Мы оба… Ведь я ответила. Так же страстно, показывая этим поцелуем, как сложно было держать себя в рамках все это время. Ведь каждую минуту тянуло к Сергею. К его улыбке и искоркам в синих глазах. Спокойному голосу и уверенным интонациям. К ощущению власти и одновременно покоя, что исходило от Сергея. Просто тянуло к моему мужу-понарошку.

Ведь я влюбилась. И захотела занять место Кати на самом деле.

В этом поцелуе время остановилось. Мы просто стояли высоко-высоко над городом, прижавшись друг к другу. От каждого касания губ по телу пробегал ток. Я сначала нерешительно подняла ладони, проведя по плечам Сергея. А потом обвила его шею, притягивая еще ближе. Он же придерживал за талию, в то же время одной рукой зарываясь в волосы. Казалось, боится отпустить. Но сам отпрянул первый.

Сергей застыл в шаге от меня. Мое лицо еще горело румянцем, губы разомкнулись, будто прося продолжения. А он тряхнул головой, отводя взгляд.

– Прости, – выдохнул Сергей, избегая смотреть мне в глаза. – Я не должен был. Немного сорвался.

Я мягко улыбнулась. Хотела сказать, что не за что извиняться и я ни капли не жалею! Но потом улыбка сползла с моих губ. Ведь лицо Сергея помрачнело. Он как раз-таки жалел.

– Сорвался, потому что я слишком на нее похожа? Да? – горько спросила я.

На пару секунд повисло тяжелое молчание. Я медленно кивнула, мол, понятно. Как будто Сергей уже ответил. Я направилась прочь. Он перехватил за локоть, разворачивая к себе.

– Рита, подожди! Я не отпускал тебя, – приказным тоном сообщил Сергей.

Я недовольно дернула рукой, но он не отпустил. Наоборот, сильнее сжал пальцы.

– А я – не твоя собственность. Я, вообще, тебе никто! – зло выпалила я в лицо. – Так, куколка с мордашкой твоей жены… Только знаешь, заменять Катю еще и в постели я не подписывалась!

Сергей резко разжал пальцы, словно обжегся. Он нахмурился, и глаза потемнели от гнева.

– Я хоть раз за все это время позволил себе что-то лишнее? Хоть раз тебя тронул? – возмущенно выпалил Сергей.

«Потому что я тебе и не нужна. А я влюбилась, как дура. Прекрасно знала же, что у всего есть срок годности. У этого недоромана – ровно один поцелуй», – с горечью подумала я и направилась прочь.

Оставаться рядом с Сергеем стало слишком опасно для моего разбитого сердца. А значит, пора уходить. Лучше первой, чем когда он сам решит меня вышвырнуть.

Когда Рита ушла, Сергей устало провел ладонями по лицу. Он облокотился о перила, глядя вдаль пустым взглядом. В голове было только одно: мягкие податливые губы Риты и то, как она плавилась в сладком поцелуе.

– Я не должен увлекаться ею, – сдавленно прорычал Сергей.

В сердцах он хлопнул ладонью по металлическому краю перил. Перед глазами стояло лицо Риты. То, как она смотрела напоследок. Еле-еле держалась, чтобы не заплакать. И понятия не имела, в чем проблема на самом деле.

Сергей никогда не любил Катю до потери пульса. Они друг другу «подходили», вот и все. Молодые, красивые, богатые, с успешными родителями. Постоянно пересекались на каких-нибудь светских вечерах. И немного увлеклись друг другом. Катю устраивал бизнесмен с большим кошельком и – бонусом – адекватным характером. Сергея – красивая блогерша, которая умела вести себя в обществе и не позорить глупыми выходками.

А дальше – все, как у людей. Свадьба, медовый месяц на юге Франции, две полоски на тесте… С первых дней, казалось, Сергей сильнее привязался к детям. А Катя все чаще норовила ускользнуть из дома. Ей больше не хотелось ни семьи, ни карьеры – ничего. А увлечения – будь то йога или игра на укулеле – не захватывали дольше, чем на пару месяцев.

Катя потерялась, как типичная богатая куколка. Но каждый раз, когда она приходила домой, дети тянули к ней ручонки. И сердце Сергея оттаивало. Он почти любил Катю просто за то, что ее любят дети. Почти.

Когда она погибла, Сергей винил себя. Может, если бы он любил ее по-настоящему, ничего бы не случилось? В тот день сам подбросил бы Катю до салона или, вообще, у них был бы романтический ужин. Но теперь от ее машины остался обгоревший остов, а тело опознали только с помощью ДНК. Ева помогла с дополнительной экспертизой, чтобы точно убедиться, что нет никакой ошибки. Что Катя погибла в аварии, которую подстроил Егор Давыдов.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Иногда по ночам Сергей представлял лицо злейшего конкурента, высказывая ему: «Ты угрожал мне, Давыдов, а я не верил, что ты способен что-то сделать. И теперь Катя мертва. Но я еще доберусь до тебя. Выведу на чистую воду. Как только ты увидишь Риту, то снова начнешь охоту, приняв ее за Катю. И тогда… тогда я сделаю все, чтобы ты оказался за решеткой».

Сергей все просчитал. Кроме одного. Того, что его потянет к этой девушке, такой уютной, простой и домашней. Совсем не похожей на холеных светских львиц. Он закрывал глаза, а в голове стоял образ, как Рита замешивает блинчики, и на щеке остается крохотное пятнышко муки, которое так и хочется стереть кончиком пальца.

«Нельзя, нельзя увлекаться ею! – мысленно приказал себе Сергей, со злостью потерев виски, словно пытаясь избавиться от наваждения. – Нельзя привязываться к той, которую сам ставлю под удар. Она же просто наживка! Приманка, чтобы поймать Давыдова на горячем и чтобы он не смог навредить уже детям. Ведь Катя не была его главной целью. Ему нужно разрушить всю мою жизнь, уничтожить и растоптать меня. И если Давыдова не остановить, следующий удар будет по малышам. Я должен защитить Кирилла и Таню. Любой ценой! А значит, никаких чувств».

Сергей резко развернулся, быстрым шагом возвращаясь в здание. Нужно поторопить Игоря. Фото «счастливой семьи» должны быть готовы как можно скорее. И засветиться, где только можно.

Взяв такси, я приехала обратно в квартиру Сергея. Схватив сумку из шкафа, я начала бросать туда те немногие вещи, которые взяла из дома. Новые купленные шмотки забирать не собиралась. Ни к чему мне чужие подачки! И… ни к чему эти воспоминания.

Взгляд упал на мягкую игрушку-лиса. Он валялся на кровати, возле подушки. Кирилл пришел сюда с ним поиграть, да так и оставил.