— Возможно, их глушат, — сказал Максим. — Диктуй номера.

Когда он продиктовал, Максим вновь изобразил пальцами сонату Бетховена, и Ник понял, что на его глазах происходит удалённое подключение к телефону. К камере. К геолокации. К микрофону.

— Они все рядом… Недалеко друг от друга. Первый этаж. Есть сигнал, но слабый.

«Она должна была бежать, пока имелась возможность», — услышали они голос Тимура с некоторыми помехами и шуршанием, скорее всего, одежды.

«София…» — раздался далёкий женский голос, похожий на голос Белкиной. И сказал что-то неразборчивое.

А Максим тем временем, видимо, раздобыв координаты, включил картинку с камер наблюдения. Там правда была Белкина, рядом Тимур, Лаура Янквиц и та самая Гитлер. Они постояли, и о чём-то говорили, но микрофон в телефоне Тимура не тянул. Видимо, куда-то глубоко упрятан в карманы штанов. Затем впереди пошла та тётка-Гитлер, потом Лаура-Эмилия, а следом повернулись…

— У Тимура и Белкиной ошейники… — заметил Ник, — как-то… — Он прикусил язык, думая, как озвучить свои догадки.

— Я знаю, что это, — отозвался Максим. — Такие ошейники-взрыватели впервые использовались около десяти лет назад группой военных, укравших секреты ЦРУ. И после много подобного оружия наводнило чёрный рынок…

— О… почему-то я так и подумал.

— Так и подумал?

— Ну да, они же добровольно идут с ними, значит, их каким-то образом заставили, чем-то угрожают. А таких украшений ранее на них не было, значит, это либо следящее, либо контролирующее устройство. К тому же сам сказал, что Гитлер или её семья как-то связана с поставками «Нежности» и, значит, какая-то охрана и прибамбасы у них быть должны. Они точно не бедствуют, — выдал свои соображения Ник. — Хотя я подумал, что там внутри, например, штука с инъекцией «Нежности», дёрнешься — и перестаёшь быть магом…

— Ну да, логично… — согласился Максим.

— Вот София! — мимо камеры наконец прошла жена под ручку с каким-то мужиком арийской наружности. — На Софии ошейника нет. Видимо, ей не смогли надеть, но она идёт добровольно, значит, под угрозой смерти Тимура и её подруги. Тот мужик, с которым она шагает под руку. Думаю, он маг и обладает силой… Кхм. Слишком его морда выглядит самоуверенной.

Максим покивал и вернул кадр, сделав скрин и приблизив эту «арийскую морду».

— Его я тоже знаю. Сомнений быть не может. Это Ганс Хоффман по кличке «Маэстро», — одновременно Максим что-то кому-то, похоже, отправлял, так как фотка куда-то «улетела».

— Типа тоже агент, только у немцев? — предположил Ник, глядя на задёргавшегося папаню.

— Можно и так сказать, — Максим чуть поджал губы. — Он в списке смертников. На территории нашей Империи подлежит устранению. Вот только то, что он попался здесь, какое-то невероятное совпадение. Обычно мы успеваем только к разбору полётов. Или узнаём о его деятельности постфактум. Впрочем, он вообще-то больше работает по Европе, а здесь, видимо, из-за Адель Гитлер. Ходили слухи, что они как-то связаны. Я видел его лишь однажды и то мельком, но уверен, что это он. Имелись надежды, что Адель выведет на Хоффмана, но…

— Он силён? — перебил Ник. — Кстати, на записях его же не было, ну, в аэропорту?

— Это верно. Видимо, просочился по другим каналам, и они встретились уже в Москве. Считается, что да, очень силён. Однажды он убил целый отряд, который прибыл для его ликвидации. Правда, это были не наши. А штатовцы, — раздалась какая-то трель сообщений. Максим посмотрел в телефон, нахмурился и что-то проверил во внутреннем кармане. Ник заметил кобуру скрытого ношения. Похоже, что папаня даже на встречу с сыном пришёл с полным боекомплектом. — Это Хоффман. Пришло подтверждение.

Ник понял, что посланный запрос то ли подтвердили, то ли одобрили. А быстро.

— Куда они идут? К выходу? — предположил он. — Мы должны их перехватить!

— Я вызвал подкрепление…

— Да пока мы их дождёмся, они с моими уже из страны убегут, — возмутился Ник.

— Я один…

— С фигали ты один? — хмыкнул Ник. — Я учился по этой твоей технике, да и София не пальцем деланная…

— И всё же… — засомневался Максим.

— Получается, что Хоффмана надо отвлечь, Софии увернуться, а тебе его подстрелить, верно? — подошёл почти вплотную Ник. — Ты же хорошо стреляешь? С пяти метров попадёшь?

— На меткость не жалуюсь, но сила…

— Я уверен, что София сможет подставить его под удар, — отрезал Ник.

— Откуда такая уверенность?

— Я полностью уверен в своей жене, — сказал Ник. — И есть кое-что больше, чем уверенность, некоторые дополнительные так скажем, расширенные возможности магии, но ты должен будешь нас прикрыть.

— Расширенные возможности магии? — прищурился Максим.

— Которые могут стать нашим козырем, — прямо посмотрел на него Ник. Согласится? Или спасует? Должны же подполковникам выдавать какие-то полномочия пошире, чем у простых смертных? А тут ситуация с захватом заложников, да ещё этот «Маэстро», который силён и очень опасен.

— Хорошо, под мою ответственность, — кивнул Максим. — Но потом мы серьёзно поговорим про эти «возможности».

— Ладно, папа, поговорим, — Ник решил «дожать» личным, напомнив Максиму, что он вообще-то его сын и, если что, тонуть они будут вместе.

— И какой план? — чуть приподнял бровь Максим, но в целом на «папу» даже не дёрнулся.

— Выключаем камеры, чтобы ничего не попало на запись, и двигаем к ним наперерез, изображая отца и сына, которые идут по своим делам и разговаривают, подбираемся как можно ближе, там действуем по обстоятельствам.

— Принято, — Максим что-то понажимал, и камеры отключились. — Я запомнил дорогу.

В общем-то, первоначальный план вполне себе сработал. Ни Белкина, ни Тимур почти не дёрнулись, когда заметили их. Всё же сообразили, что лучше не мешать. А потом София план даже перевыполнила, не просто отвлекая этого Хоффмана или как-то затормозив его — она умудрилась его дезориентировать, причём обычным «люмосом». Ник бы даже не догадался шарахнуть люмосом в глаз, и понял, что наверняка получилась как световая граната. И через секунду с этим крутым неуловимым немцем было покончено. Папаня и правда метко стрелял.

Имелись некие мифические способы уклоняться и останавливать пули, но все они относились к разряду «при полной активации потока» и при условиях, что стреляют не в упор и чем-то мелкокалиберным. В общем, этот «Маэстро» такими волшебными навыками не овладел.

София травм не получила и на вид казалась цела. Одновременно с этими событиями Тимур попытался выбить из рук Гитлер взрыватель, а Лаура кинулась ему наперерез, защищая бывшую жену своего отца, с которой сговорилась. И у этой Курочкиной явно была сила.

— Стоять! Или они умрут! — закричала Адель Гитлер, показывая взрыватель, который она сжимала в руке. — Я нажму! Дайте мне уйти.

— На нас ошейники с взрывчаткой! Если она отойдёт или нажмёт, наши ошейники взорвутся! — закричала перепуганная Белкина, проясняя ситуацию и показывая на своё «украшение».

Ник посмотрел на Максима, и сконцентрировал поток, как ему показывала и рассказывала София.

— Мы готовы к переговорам, — сказал Максим, ослабляя бдительность и хватку Гитлер, которая чуть расслабилась. — Что вы хотите?

— Я…

— Акцио, взрыватель! — негромко приказал Ник, концентрируясь на куске металлопластика в чужой ладони.

Удивленный вскрик Гитлер прозвучал как музыка, а маленький пульт, который мог лишить Софии брата и подруги, перелетел в ладонь Ника.

— У меня!

В следующий миг Гитлер очень ловко скрутил Максим, который даже не дёрнулся на такой магический финт. София же подскочила к брату и одним ударом успокоила Лауру.

— Можно это поскорее снять? — спросила Белкина, показывая на ошейник, и засмеялась, кажется, в истерике. — А то… Мы же только подышать вышли, у нас ещё съёмки сегодня.

София тоже захихикала, обессиленно садясь прямо на пол.

— Не шевелись, — попросил Максим и подошёл к Нику, осматривая взрыватель. — Скоро прибудут сапёры.