Но разум, тренированный годами, берёт своё.

– Серёж… не могу, – я с тихим вздохом приподнимаюсь, опираясь на локоть и глядя на его волевое лицо в полумраке. – Дома Лиза. Она, конечно, взрослая, но… я так не могу. Да и мне утром на работу. Нужно быть в форме.

Сергей тяжело вздыхает, в его глазах мелькает тень разочарования, но он понимающе кивает. Не давит.

– Ладно, – он целует меня в лоб. – Я отвезу тебя.

Я поднимаюсь, одеваюсь, чувствуя, как каждая клеточка тела приятно ноет после его объятий. Мы выходим в прихожую. Дэн снова рядом, но теперь он с упрёком смотрит на хозяина, провожая взглядом.

Когда через полчаса машина останавливается у моего подъезда, Сергей берёт мою руку, целует ладонь.

– Я позвоню завтра, – говорит он, глядя мне прямо в глаза. – Или ты мне позвони.

– Позвони, – улыбаюсь я, выходя в прохладную ночь.

Я поднимаюсь на свой этаж, осторожно открываю дверь и захожу как вор. Дома темно и тихо – Лиза спит. Откуда-то неслышно появляется Багира, подозрительно обнюхивая меня. Я подхожу, беру её на руки, прижимаю к себе:

– Нет, я тебе не изменяла. Просто познакомилась с красивым псом. Не ревнуй.

На душе удивительно легко. Кажется, впервые за тридцать лет я по-настоящему счастлива.

Будильник на телефоне зазвонил в семь, но я открыл глаза ещё до него. Посмотрел на пустую половину кровати, которая всё ещё хранила едва уловимый шлейф её парфюма, и понял, что улыбаюсь как пацан. Ну надо же! Тридцать лет упорной взаимной ненависти, а стоило один раз нормально поговорить, отключив гордость, и всё изменилось за одну ночь.

Дэн, заметив, что хозяин проснулся, тут же вскочил со своего коврика, подошёл к кровати и положил морду. Он преданно смотрел на меня своими чёрными глазами и повиливал хвостом.

– Что, брат, одобрил мой выбор? – я почесал ему за ухом. – То-то же. Сам в шоке. Ладно, пошли гулять.

На улице сыро, туман молоком висит над деревьями в парке у дома, но прохладный воздух бодрит. Мы с Дэном делаем привычный круг, возвращаемся, и я, быстро приняв душ и наскоро перекусив, собираюсь на работу.

В офис я приезжаю на полчаса раньше обычного. Леночка, моя секретарша, уже на месте – сидит, пьет чай и перебирает какие-то папки. При моём появлении она по привычке вжимает голову в плечи и подтягивается в кресле, ожидая утреннего разноса.

– Доброе утро, Лена, – спокойно говорю я, проходя мимо её стола. – Кофе мне, пожалуйста, сделай. Обычный американо, без сахара. И пригласи начальника юридического отдела, пусть занесёт документы по аренде нового помещения для кондитерского цеха.

Девушка моргает, округлив глаза, и тихо выдавливает:

– Д-доброе утро, Сергей Юрьевич. Сейчас всё сделаю.

Я захожу в кабинет и сажусь за стол. Открываю ноутбук, но мысли вообще не про работу. Перед глазами стоит Ирина. То, как она зябко куталась в пальто на веранде ресторана, как испугалась моего Дэна в прихожей, и то, как она смотрела на меня в полумраке спальни – мягкая, ранимая, настоящая. Моя Ириша. Мы потеряли кучу времени, но сейчас у меня ощущение, что теперь всё будет правильно.

Около двенадцати на пороге материализуется Забродин. Как всегда, без предупреждения. Харизматичный, подтянутый, в дорогом сером костюме, но взгляд у него уж очень хитрый. Алексей проходит через кабинет, падает в кожаное кресло напротив меня и закидывает ногу на ногу.

– Ну и ну, Кузнецов, – качает он головой, ухмыляясь. – Я сейчас в коридоре встретил начальника юротдела. Парень идёт, крестится. Говорит, шеф подписал договор аренды за две минуты, не придрался ни к одной запятой и даже не спросил, почему у нас коммуналка выросла на три процента. Ты мне скажешь, наконец, что происходит? У тебя такой вид, будто ты выиграл тендер на обслуживание всего министерства.

– Лёша, не парь мне мозг, – я усмехаюсь, закрывая крышку ноутбука. – Всё нормально. Договор составлен грамотно, зачем мне к нему цепляться?

– Да ладно! – Алексей подаётся вперёд. – Не цепляться? Ты? Человек, который за лишний пробел в актах готов расстрелять на месте? Сергей, колись. Ты вчера отвёз Ленскую на ужин на «Старую мельницу». Я знаю, мне звонил хозяин, сказал, вы сидели на закрытой веранде. И что было?

– О как! Ты слежку за мной утроил? – притворно возмущаюсь я, понимая, что скрывать от партнёра и лучшего друга бессмысленно. Всё равно ведь выведает. – Всё нормально, Лёш. Поужинали вкусной рыбкой на углях, поболтали. Кстати, рыбу и тебе рекомендую. Там её отменно готовят.

– Ты тему не переводи. Это что, всё? – Алексей недоверчиво прищуривается. – А почему тогда у тебя глаза горят так, будто тебе снова двадцать четыре года и ты только что сдал диплом?

– Забродин, иди к чёрту, – без злости говорю я, чувствуя, как лицо само расплывается в улыбке. – Займись делами. У нас в «Элизиуме» на выходные банкет большой, проверь, всё ли там готово.

– Ладно, ладно, ухожу, – смеётся он, поднимаясь с кресла. – Рад за тебя, Серёга. Серьёзно, очень рад. Ты всё время только о выручке и думал, а сейчас на человека стал похож. Ладно, побежал я.

Когда за ним закрывается дверь, я достаю телефон и нажимаю кнопку быстрого вызова. Ирину я туда внёс уже давно. Чувствую, как сердце начинает биться быстрее. Как подросток, ей богу!

– Сергей? – раздаётся в трубке её строгий, деловой голос. Но я-то слышу в нём лёгкую, едва заметную тёплую нотку.

– Привет, Ириш, – говорю я тихо, откидываясь на спинку кресла. – Не отвлекаю?

– Отвлекаешь, вообще-то. У меня тут отчёты из районных филиалов, сижу, сверяю цифры.

– Ну, извини, – улыбаюсь я. – Просто хотел узнать, как ты. Нормально выспалась? На работу не опоздала?

– Всё хорошо, Серёж. Приехала вовремя, кофе дома выпить успела. Лиза, кстати, ушла в университет подозрительно весёлая, всё утро мне про какие-то свадебные каталоги рассказывала. Вы с Максимом её там не перегрузили планами?

– Да нет, Максим сам на седьмом небе. Ладно, Ириша, не буду тебя отвлекать от твоих важных государственных дел. Просто хотел услышать твой голос.

В трубке возникает короткая пауза, а потом она тихо и мягко говорит:

– Спасибо, Серёж. И мне приятно слышать твой голос. Созвонимся вечером.

Я кладу телефон на стол и чувствую, что готов горы свернуть. Весь оставшийся день пролетает на одном дыхании. Я решаю кучу вопросов, подписываю бумаги, провожу встречи с поставщиками, и всё это – без единого крика, спокойно и на подъёме. Подчинённые смотрят на меня с подозрением, но мне всё равно. Имею право быть счастливым.

Около шести вечера я заканчиваю все дела, заезжаю в супермаркет, покупаю хороший сыр, вино, кое-что к ужину. Думаю, приеду домой, приготовлю что-нибудь, наберу Ирину, приглашу её снова. Ну, или сам к ней напрошусь – надо же с Лизой поближе познакомиться в домашней обстановке, да и с кошкой её подружиться, раз уж Дэн вчера Ирину принял.

Пока хожу по гипермаркету, слышу рингтон Максима, который настойчиво звенит в кармане пальто. Перезвоню из дома, решаю я, поговорим обстоятельно и спокойно.

Подъезжаю к своему дому, паркую машину, беру пакеты с продуктами и поднимаюсь на лифте на свой этаж. Открываю дверь, захожу в прихожую и понимаю, что в квартире как-то странно тихо. Дэн не вылетает меня встречать с привычным радостным порыкиванием, как делает всегда. Я ставлю пакеты на пол.

– Дэн, ты где? – зову я пса.

Из гостиной доносятся неторопливые шаги. Но выходит не только собака. Из комнаты, плавно покачивая бёдрами, появляется женщина в элегантном трикотажном костюме кремового цвета и с идеальным макияжем. В руках она держит бокал с моим коллекционным вином.

Наталья. Моя бывшая жена.

Дэн осторожно идёт следом за ней, но держится на расстоянии, уши прижаты, голова опущена – пёс явно чувствует себя не в своей тарелке на собственной территории.

Я замираю на месте со связкой ключей в руке.