А ведь были еще лорды и священники, с которыми он встречался в Ардене, все богатые ублюдки, которые смотрели на него свысока. И рейнджеры, и Агила, и конюх, и все остальные, и прекрасная эльфийская принцесса Лаэрлин - все они сияли звездами на небосклоне гораздо выше жалкого Бора Бескорневого.

Но теперь у него был меч. И меч разрубил их всех. Он переступал через расчлененные тела, пробираясь сквозь запекшуюся кровь. Теперь он был хозяином Жизни и Смерти, непобедимым героем и безжалостным чудовищем одновременно. Он превратился в титана, шагающего по земле. Одним прыжком пересек реку. Одним ударом разбил Авос. Разрушил стены Илавентура. Колледж Чародейства в Краунленде сгорел, и он разрушил шпили святого Аршота.

Он разрушал мир и не дрогнул. Сила опьяняла. Каждое убийство питало меч. Он был мстительным зверем, ненасытным и непобедимым, а прорвавшаяся пустота в его душе превратилась в пасть, способную проглотить все творение.

Что сказал монах? Если хочешь получить прощение, заслужи его.

В голове Бора всплыл образ коронованной фигуры, а в руке затрепетал меч. Это мог быть настоящий Ламмергейр или Эрлкинг, но мечу было все равно, кого рубить, и Бору тоже.

"Боже мой, - сказал сэр Руэл, - где ты это нашел?"

Бор в замешательстве огляделся. Он снова стоял на краю пруда. Разрушитель Чар уже не находился в его руке, а был воткнут прямо в ствол большой ивы.

"Это тот самый гребаный Разрушитель Чар", - воскликнула Магга. "Я видела его в Некраде много лет назад. Этот меч ни с чем не перепутаешь".

Бор слабо кивнул. "Пес привел меня сюда", - ответил он, хотя от усилия говорить у него изо рта потекла слюна. "Меч хочет, чтобы я его использовал". Его сердце все еще колотилось быстрее, чем у несущейся галопом лошади; куда бы ни посмотрел, он ожидал увидеть груды трупов и океан крови. Он поднес руку к горлу, но не мог нащупать ошейник из плюща. Это, по крайней мере, было реальным. Он прислонился к дереву, пытаясь отделить видение от реальности.

"Смотрите, что он нашел, - выдохнул он.

Сэр Руэл взглянул на собаку, но его внимание было приковано к легендарному мечу. "Необычное животное", - пробормотал он. "Это ведь не то, которое ты усыновил?"

"Думаю, да", - ответил Бор.

"Чудеса за чудесами", - воскликнул Руэл. Он процитировал себя. "Из останков врага Ламмергейр извлек свою кровавую долю".

"Ты говоришь обо мне, как о кусочке костного мозга", - подал голос меч.

Сэр Руэл отпрыгнул назад. "Оно говорит!"

"Оно говорит. Владетель, кто эти люди?"

Когда Бор не ответил, Магга ткнула его острием копья. "Кажется, он к тебе обращается".

"Это сэр Руэл из Эвесленда и Магга Бескорневая". Бор кашлянул. "Мои друзья".

Глаз демона повернулся и уставился на сэра Руэла. "Сэр Руэл? Из Эвесленда? Тот поэт?"

Руэл неуверенно поклонился. "Вы слышали обо мне?"

"Грязнейшее из оружий, выкованное для грязнейших целей? Железный скрип черного клинка? Зловещий шип? Ничтожные вирши! Привлеки меня, владетель. У меня есть записи".

Сэр Руэл сглотнул. "Бор, мой мальчик, я думаю, нам, возможно, стоит немного обсудить это, э-э, открытие".

Они отошли на небольшое расстояние. Собака, подавленная, последовала за ними.

Несмотря на то, что он держал меч всего несколько мгновений, Бор скучал по клинку в своей руке. Мир был полон опасных чар. В любой момент ветви могут согнуться, когда над головой пронесется невидимый Заступник, или проскачет какой-нибудь рыцарь-убийца. Наверняка за Разрушителем Чар охотились и другие. Они находились в самом центре войны, зажатые между отступающим Илавентуром и наступающим Эвеслендом. Без меча он чувствовал себя слабым.

"Ну что ж, - сказал сэр Руэл. "Это действительно поворот судьбы".

"Это удача", - ответил Бор. "Меч Ламмергейра в моей руке. В наших руках". Почему они не поддерживают его?

"Удача и судьба - очень разные вещи". Лицо Руэла посерело. "Если я чему-то и научился из рассказов Девяти, так это держаться подальше от деяний, которые вдохновили меня на эти рассказы. Истории о чудовищах достаточно приятны за бокалом вина, но у меня нет желания в них участвовать. Никто из нас не герой. В лучшем случае персонажи второго плана, мой мальчик".

"Это чепуха. Мы не часть кровавой истории. Все дело в удаче и мастерстве, вот что создает судьбу". Бор потер шею. "Удача, умение и ублюдки, которые не дают тебе покоя. Я умею владеть мечом, но мне не везло, и я не получал ничего, кроме презрения. Теперь удача повернулась ко мне". Я заслужил это, подумал он. Он никогда не верил в истории о справедливости или в то, что Заступники могут вознаградить достойных в этой или следующей жизни. Но этот меч компенсировал бы все его страдания.

"Но не удача привела тебя к мечу. Это была та... предполагаемая собака. И как вообще меч оказался в этом болоте? Судя по всему, Ламмергейр погиб в Ардене, а мы покинули Арден несколько месяцев назад. Бор, ты должен понимать, что здесь действуют другие силы, и я сомневаюсь, что им есть до нас дело".

"К черту другие силы. Это Разрушитель Чар!" Меч, разрушающий силы. Меч, который низвергает лордов”. Бор заставил себя вздохнуть. "Что бы ты сделал?" - спросил он.

"По правде говоря, я бы положил эту проклятую штуку туда, где ее нашел. Я пережил последнюю войну, мой мальчик, благодаря тому что сидел в тюрьме. Люди получше меня отправились в Некрад вместе с Девятью, и погибли. Гораздо лучше, чем удача или умение, не подвергаться опасности вообще".

Бор перевел взгляд с Руэла на Маггу и обратно. Они были его друзьями, а друзья должны радоваться удачам друг друга. Теперь удача улыбнулась Бору, а они сопротивлялись. Зависть или страх отравляли их? "Это ответ труса".

"Есть разница между храбростью и безумием героев. Выбрать более скромный путь - не трусость".

"В Некраде, - сказала Магга, - мы разбирали завалы в поисках волшебных камней, талисманов и прочего. За них можно было получить хорошую цену, если повезет. Если бы я нашла там оружие вроде Разрушителя Чар..." Она усмехнулась, показав сломанные зубы. "Но самое сложное было продать найденное. Нужно было найти подходящего покупателя".

"Именно!" - воскликнул Руэл. "Мы должны смотреть на это как на возможность! Мы сидим здесь, в центре гражданской войны, и у нас в руках, возможно, самое мощное оружие из когда-либо созданных. Рынок сбыта, если бы он вообще существовал!"

"Конечно, - продолжала Магга, - еще одна хитрость состояла в том, чтобы не дать перерезать себе горло. Я помню один случай, много-много лет назад. Мы пробрались в Санкцию и стали копать, а один парень, темноволосый парень из Эллса, нашел ту арфу, серебряную и яркую, и ох - какую музыку она издавала. Как будто звезды поют. Мы знали, что за нее дадут хорошую цену, и так оно и вышло. Я хорошо поела в тот вечер, скажу вам. А вот мальчишка из Эллса попробовал только мое копье".

"Очаровательно", - фыркнул Руэл. "Но показательно. Мы должны быть осторожны - такое сокровище привлечет нежелательный интерес со стороны многих сторон. Думаю, учитывая наши нынешние обстоятельства, будет лучше, если мы возобновим знакомство с рейнджерами. В Эвесленде или в Краунленде есть богатые лорды, которые заплатили бы разумную цену за это сокровище и смогли бы обеспечить нашу безопасность".

"Магия, - вздохнула Магга, словно про себя, - не для таких, как мы".

"Мы не вернемся к гребаным рейнджерам!" - выругался Бор. "К черту их. Мы больше не обязаны никому служить".

"Если тебе так хочется, мы можем обратиться к другой стороне. Я знаком с лордом Брачаном из Илавентура - человеком жестоким и скупым, но даже скупец может пожертвовать монетой, когда на него давят, а сейчас он, безусловно, находится в затруднительном положении. Может, посвятим себя делу... Я полагаю, справедливость - это их боевой клич?" Руэл прищелкнул языком. "Мне придется отречься от "Правды о Ламмергейре", но это не страшно. Это не самая лучшая моя работа".