"Мой сын - не оружие!" - крикнула она, вложив в эти слова всю свою силу. В иллюзии это был вызывающий рев. Снаружи это был шепот, но шепот, который Дервин услышал. Она видела, как он поднимается. Он двигался с ледяной медлительностью за пределами тюрьмы своих мыслей, но он двигался.

"Нет, - возразил Блейз в иллюзии, - он король".

Но в реальном мире она увидела, как он отвел взгляд.

И она воспользовалась своим шансом.

По любым меркам это было грубое заклинание. Дубина из грубой магии. Конечно, в ней была сила - она черпала энергию из вихря силы земли, который струился через Некрад, и, когда тот хлынул через нее, она почувствовала порчу, о которой предупреждал Лат. Это была не сила земли лесов и холмов, не сила земли полей и перелесков дома – это была сила земли, очищенная и преобразованная, усовершенствованная так, чтобы могла служить чуждым желаниям древних эльфов. Но это была сила, и она владела ею.

Блейз не ожидал нападения. У волшебника была сотня контрзаклинаний; в своей башне он мог сделать себя неприступным - если бы было время. В этот момент он был уязвим.

Это было заклинание проклятия, парализующее. Колени Блейза подогнулись, и он рухнул, дрожа всем телом, его посох со стуком упал на землю. Он попытался заговорить, но его лицо застыло, мышцы не поддавались воле. Вокруг башни замерцали его чары, символы, которые он держал в своем сознании, были временно нарушены. Заклинания, наложенные магом на Некрад, сбились.

Иллюзия исчезла. Ольва пошатываясь, шагнула вперед.

Дервин смотрел на нее в замешательстве и удивлении.

"Мама!" Он крепко обнял ее – теперь он был таким сильным – и схватил за плечи. "Куда ты пропала? Что случилось?"

Она посмотрела на него снизу вверх – он вырос за время ее отсутствия – и ей отчаянно захотелось просто обнять его на мгновение, чтобы убедиться, что она снова нашла его. Но времени не было.

"Мы должны идти!" Она потянула его к двери.

Он стоял на своем, не желая уходить. "Что ты сделала с Блейзом?"

"Я... я ударила его. Он... он околдовал тебя. Использовал тебя как сосуд для..." Она не решалась произнести это имя, вдруг оно вызовет в памяти Дервина этот ужасный призрак.

"Для лорда Боуна", - сказал Дервин. "Я знаю".

Слова поразили ее с такой же силой, как любое заклинание.

"Я знаю о нем. Блейз рассказал мне о его намерениях. Я не помню, что говорю, когда он здесь, но Блейз говорит мне, что то, чему я его учу, очень важно. Без него мы не смогли бы так быстро восстановить Некрад. Без него мы бы никогда не разбудили Каменных драконов". Он отпустил ее и опустил руку. “У Блейза есть его магия, у Альфа - его меч. Вот что я могу сделать. Я выдержу. Вот как я служу".

Позади себя она услышала, как Блейз зашевелился и что-то пробормотал. Но она не могла отвести взгляд.

"Он использует тебя! Он назвал тебя сосудом - для Лорда Боуна! Темного Лорда! Это неправильно, и ты это знаешь! Если бы Альф был здесь, он бы положил этому конец!"

"Его здесь нет, мама. А даже если бы и был, он поклялся подчиняться мне - и это мое решение. Как уйдет Некрад, так уйдут и эти земли, и те, кто в них живет. Я не позволю, чтобы это попало в недостойные руки. Я не знаю, достоин ли я, но принимаю вызов. Я остаюсь здесь".

Ольва заговорила не задумываясь, слова вырывались из нее от горя и ярости.

"Пейр! Он убил Бессимера! Он убил твоего отца!"

Это было видно по тому, как он держался, а может, по тому, как тусклый свет освещал его глаза. Перед ней стоял уже не только Дервин. Он взял со стола Блейза тяжелый алхимический прибор и поднял его, как боевой молот. Затем пересек комнату.

"Это правда, Блейз?"

Все еще не в силах говорить, волшебник кивнул.

"Ты убил моего отца - за это?"

"Да", - задыхался Блейз. "Убил. Но я подозревал, что Другой может выскользнуть".

"Лорд Боун?" Паладин шагнул вперед и толкнул волшебника к стене. "Ты вернул Врага? Ты позволил ему свободно разгуливать в этом теле? Неужели твоя жажда власти настолько неутолима, что ты готов пойти на сделку с подобным существом?"

Дрожащими пальцами Блейз использовал свой посох как опору и встал. Он заговорил онемевшими губами.

"Не ради власти, - пробормотал он. "Ради тебя".

Краем глаза Ольва увидела в окне дредвормов, на которых сидели эльфы-рыцари. Рыцари Ужаса окружили Башню Плача.

"Без Пейра - без тебя - мы сбились с пути. Я потерял всякую ясность. Блуждаю в тумане. Альфрик был прав. Ты нужен нам". Он указал на окно, и глаза его расширились, когда он тоже увидел дредвормов. "Я создал... королевство. Создал армию. Чтобы ты мудро распорядился ею, как я и предполагал. Однажды я сказал Альфрику, что... нет ничего полезнее для мира, чем моя работа здесь". Волшебник взял Пейра за руку. "Эта работа вернула тебя".

Пейр опустил оружие. "Нет", - медленно произнес он. "Даже если бы этот дар не был испорчен в корне - я отдал свою жизнь, чтобы выполнить задание. Я сделал все, что мог, и теперь это должны сделать другие. Я помог Дервину вернуться из Серых Земель, ибо он умер несправедливо, но моя смерть была достойной. И уж конечно, я не стану цепляться за жизнь, если это означает, что лорд Боун продолжает существовать в любом виде". Паладин покачал головой. "Блейз, сними заклинание".

"Нет!" - прошипел Блейз.

"А Дервину это не повредит?" - спросила Ольва.

"Он должен рискнуть".

"Подумай, черт бы тебя побрал!" - прорычал волшебник. "Без присутствия Боуна мы уступим Некрад Эрлкингу. Чего мы тогда добьемся? Мы будем уничтожены и забыты. Борьба не закончилась с выполнением задания, Пейр. Ты все растратишь! Умоляю тебя, передумай!"

"Ты тоже, - сказал Пейр, - должен рискнуть. Разрушь заклятие, Блейз. Отправь Боуна обратно в бездну".

Но разбилось окно, а не заклинание. Дредвормы бились о стекло, пока оно не разлетелось вдребезги: черный ихор и осколки хрусталя разлетелись по комнате. Дервин - или Пейр - среагировал мгновенно, пихнув Ольву и Блейза за тяжелый стол. Снаружи на балкон высадились рыцари ужаса, воины эльфов-колдунов в зачарованных доспехах и с серебряными клинками.

Их вела Скеррис. Ее ужасная красота и величие были восстановлены. Она больше не носила рваные остатки некогда великолепных нарядов, ее доспехи и амулеты больше не были испещрены пустыми гнездами для магических камней. Как переделали боевую машину Некрада, так же переделали ее судьбу и силу. Шла богиня, возрожденный ужас древнего мира.

Она заговорила не через исчезнувшего оленя. Она заговорила своим собственным голосом.

"Мне хорошо известна сила смертных, - воскликнула она, - я достаточно часто испытывала ее на себе. Бесконечно изобретательны их умы и ловки их руки. Сто лет назад к нам пришел ребенок, и мы забавлялись тем, что учили его магии - и он стал королем". Она произнесла на энхедраи - заклинание вызова.

С этими словами лицо Дервина изменилось, как будто его кожа стала прозрачной, и стало видно череп под ней. Он ударил Блейза сзади алхимической ретортой. Из черепа волшебника брызнула кровь, и он был мгновенно повержен. Блейз рухнул на землю рядом с Ольвой.

Дервин - или существо в теле Дервина – повернулось к Скеррис.

"Это вы, милорд?" - спросила Скеррис. "Вы вернулись к нам?"

Дервин провел рукой по лицу, пощипывая кожу. "Да. Я обременен бесполезными вещами, но скоро избавлюсь от них” Его голос был похож на скрежет могильных плит. "Мне потребуется время, чтобы восстановить свою силу, но теперь, когда больше не нужно прятаться в тени души этого крестьянина, мое восстановление будет быстрым. Уже сейчас я наношу удар по своему врагу. Мое оружие приближается к сердцу дерева. Скоро все долги будут оплачены".