Однажды ночью ее разбудил сон, наполненный грезами. Кто-то - или что-то - был с ней на лесной поляне, но никого не было. Она обшарила поляну, но незваный гость не оставил никаких следов.

Тем не менее, она ушла еще до рассвета. Крутой гребень укрывал поляну, и Ольва пошла по нему, поднимаясь вверх по склону. Острые камни впивались в подошвы, но от долгой ходьбы на ее человеческих ступнях выросли такие мозоли, что ноги не пострадали. Спрятавшись в подлеске, она оглянулась и увидела людей с собаками, обыскивающих лагерь.

После столь долгого пребывания в диком лесу, где компанию ей составляли только птицы, звери и Зверь, увидеть других смертных было для нее шоком. Они казались ей неуклюжими, громко и тяжело топали и ломились через лес. Она не видела ни знамен, ни знаков отличия, и на расстоянии не могла сказать о них ничего, кроме того, что они родом из Саммерсвелла. Это могли быть солдаты из Новых Провинций или из Некрада - или захватчики с юга, или отъявленные разбойники. Один из них нашел укрытую лощину, где она спала всего несколько часов назад, и она видела, как он опустился на колени и осмотрел землю. У них была пара гончих, и звери учуяли ее запах. Поспешно развернувшись, люди исчезли из виду, скрытые густой зеленью. Солнечный свет заиграл на начищенных доспехах, возвещая об их приближении.

Ольва спустилась по склону с противоположной стороны. Там лес был особенно густым, оплот древней растительности, густо заросший ползучими растениями, был почти непроходим. Не успела она добраться до этого укрытия, как услышала позади себя крики на склоне и лай собак. Где-то слева от нее среди листвы просвистела стрела. "Там!" - крикнул один из них. "Сюда!"

Она пробиралась сквозь небольшие просветы между древними деревьями, мох и грязь пачкали ее кожу. Собаки уже шли по пятам, и она вскарабкалась на одно из деревьев, чтобы спрятаться среди листвы. Ольва прижалась к стволу дерева, пока собаки рыскали среди его корней.

"Дикий, да?" - раздался крик снизу. "Ты хорошо его разглядел?"

"Определенно Дикий", - ответил другой. "Сюда!" Собаки были прямо под ней, стояли на задних лапах, пытаясь вскарабкаться за ней, прыгали и рычали. Она потянулась к силе земли, думая, что сможет успокоить псов, или направить их по ложному следу, или еще что-нибудь, но нити силы выскользнули из ее рук.

Капитан ее преследователей шагнул вперед. "Спускайся оттуда, девочка, и мы будем милосердны". Его спутники захихикали, пока он не заставил их замолчать, нахмурившись.

"Кому вы служите?" - спросила она в ответ.

"Заставьте собак замолчать", - приказал он одному из своих людей, и проводник оттащил животных от подножия дерева. Капитан повысил голос. "Мы люди графа Идмаера. Ты говоришь с малладейльским акцентом, это точно. Ты не из Диких. Кто ты? Спустись и покажись".

Ольва выглянула из-за веток. Внизу было по меньшей мере полдюжины вооруженных мужчин. Все они были измождены, потрепаны в боях. Капитана она узнала; он был одним из приближенных Эрдис. Она уже собиралась спуститься вниз, когда заметила еще одного члена их группы, мужчину постарше. Он тоже был одет в доспехи разного цвета, но его волосы были подстрижены в виде монашеской тонзуры, а на боку висела чаша грааля. Жрец Заступников.

Кем бы ни были эти люди, они служили ее врагам. Чаша грааля была тому подтверждением. На побережье в Стаффе был монастырь, она видела его на картах - эти люди могли быть оттуда, если она забрела дальше на восток, чем намеревалась.

"Спускайся, - снова позвал он, - лес Диких - не место для блужданий, и даже здесь полно врагов".

Она отпрянула назад, прижимаясь к стволу. Если бы она могла оставаться незамеченной, если бы они держали собак в намордниках, тогда, возможно, ей удалось бы переползти с ветки на ветку и скрыться. Она медленно поползла вдоль ветки, готовясь сделать шаг к следующему дереву. Деревья росли близко, словно усталые товарищи опирались друг на друга, и до безопасности оставалось совсем немного.

Затем чья-то рука поймала ее за журавлиную ногу. Она упала, отскакивая от веток, и тяжело приземлилась на спину. Одна зазубренная ветка порезала ее при падении. Ольва лежала бездыханная и окровавленная, глядя на бледное лицо среди листвы. Один из солдат поднялся, чтобы схватить ее.

Капитан неторопливо двинулся вперед с мечом в руке, но не был настороже. Он предположил, что она беспомощна.

Это было не так.

Она уставилась на ветку, которая поранила ее, на ветку, испачканную ее кровью. Кровь взывала к крови. Все смертные были связаны между собой, включая это древнее дерево, прожившее сотни лет, и раненое животное, прожившее почти сорок, или меньше месяца.

Она закрыла глаза и протянула руку. Дерево затряслось. Солдат, карабкавшийся по нему, закричал, падая. С неба посыпались ветки и листья, обломок сухого дерева ударил капитана по плечу. Ольва вскочила, выхватила у него меч и изо всех сил замахнулась им. Она не была фехтовальщицей, и удар получился неуклюжим, но, когда он поднимался, меч попал ему в бок и глубоко вонзился. Он упал навзничь, и красный фонтан окрасил зеленые листья.

Остальные солдаты в ужасе отшатнулись. Остался только священник, и у него не было оружия. Он возвысил голос в молитве, призывая Заступников. Ольва бросилась вперед, чтобы сразить его, но он произнес слово силы прежде, чем она успела до него дотянуться. Заклинание священника заставило ее пошатнуться, и на мгновение она увидела в воздухе сияющее присутствие. Она попыталась подняться.

"Не бойтесь!" - вскричал священник и начал другой напев - хорошо знакомый Ольве. Это была молитва об изгнании нечистой силы. Она сама пела ее вместе с другими жителями деревни на празднике Святых Даров. Деревенский священник шептал ее над Майей, когда она умирала. Песнопение обладало силой. Нити силы земли растаяли, став недосягаемыми. Она в изнеможении упала на землю.

"Проклятая ведьма, - прорычал стражник, приставив нож к ее горлу.

"Подождите!" Капитан пошатываясь, шагнул вперед, прижимая руку к ране в боку. Он задыхался, когда говорил. "Я знаю ее. Она - Вдовствующая королева. Граф Идмаер захочет взять ее в плен".

Священник не спускал с нее глаз и каждую ночь повторял заклинания об изгнании нечистой силы. Ольва склонила голову и покорилась, но в глубине души ждала удобного случая. Она боялась, но этот страх был подобен глубоководному течению, а не океану, в котором можно утонуть. Она не была беспомощной. Настанет момент, когда сила земли возрастет, и она будет свободна. А пока она ела пищу своих похитителей и позволяла им вести ее на юг.

Она слушала их, собирая по кусочкам историю о своих пропавших месяцах из их разговоров у костра. Ее похитители были преданы Идмаеру, так называемому Чудо-рыцарю, среднему из трех сыновей Эрдис. Они говорили о нем как о графе, а не просто как о наследнике. Ольва проанализировала их слова в поисках любых подсказок о судьбе леди Эрдис или молодого Данвельда - и Новых Провинций. Они часто говорили и о Некраде, но никогда не упоминали ни о Некоронованном Короле, ни об Альфе, ни о Девятерых. Для них Некрад был олицетворением всех зол мира; разговор всегда возвращался к ужасам того места.

"Я каждое утро просыпаюсь, - ворчал один из мужчин, - и проверяю шею на наличие следов укусов. Вампиры, наверное, наблюдают за нами прямо сейчас. Чувствуют запах нашей крови".

"Заступники идут с нами", - сказал священник. "Не бойтесь."

"Судя по всему, вампиров осталось меньше двух десятков”, - сказал капитан Мерос. Ольва была уверена, что он был одним из рыцарей, сопровождавших Эрдис во время ее визита в Некрад. Он был многолетним ветераном и казался уравновешенным и храбрым. Ольву беспокоило, что такой человек теперь числится среди ее врагов. "Больше беспокойся о живых эльфах и чанах. Некрад работает над чанами днем и ночью. Я не видел такого дыма над городом за всю свою жизнь".