— Ты не знаешь подробностей о планете? Но я думала в официальных документах…

— Нет. О планете ничего не сказано, только предположения. Когда я говорил об этом с Чеховым, я лишь сказал то, что говорят все… новой условной Земли, может быть, никогда не существовало. В официальных документах ничего не сказано, а я, уж поверь мне, прочитал их все.

Кейт в задумчивости провела пальцами по ключицам, едва касаясь кожи — она не отдавала себе отчёта в том, как это выглядит со стороны.

— Странно, тогда откуда же слухи?

— Мне бы знать, — ответил Гидеон.

Кейт поджала губы, снова поправила волосы.

— Извлекатель всё равно нужно уничтожить, — твёрдо заявила она, — даже если планеты нет. Это ведь цель «Пегаса»? Найти и уничтожить?

Гидеон покачал головой.

— Понятия не имею, какова их цель. Они идут вслепую так же, как и мы. Как команда попавшего в космическую бурю корабля, у которого отказало всё на свете, ходим, светим фонариком. Можно только продолжать путь и решать проблемы, попадающие в зону видимости, или сдаться. А остальное? Остальное просто принять. Нам придётся принять.

Кейт не ответила, и между ними на некоторое время повисла тишина, которую Гидеон и прервал.

— А по поводу моего возраста… — он вздохнул и тепло улыбнулся, — я скажу, конечно. Всё очень просто. Я поздний, слишком поздний ребёнок, и мать боялась, что меня ни во что не будут ставить в Совете, когда придётся занять её место. И была права. Когда она умерла, мне едва исполнилось шестнадцать, но я уже знал, что именно должен делать, как выглядеть. Шестнадцатилетний советник, можешь себе представить?

Кейт тихо усмехнулась.

— С трудом.

— Вот именно. Пришлось лететь на Ригель, просить их медиков сделать что-нибудь с моей внешностью, Лагости Аки предложил бороду. Так и хожу с тех пор и, кстати, тогда с ним и подружился. Он уже давно правил на тот момент, и я в первую встречу даже не знал, с кем говорю, а потом мне сказали, — он поднял голову и хотел положить руку вдоль спинки дивана, но нечаянно коснулся руки Кейт и вздрогнул. — Извини.

Она качнула головой.

— А как же школа? Школу заканчивают в двадцать…

— Да, — кивнул Гидеон, — но мать и это предусмотрела. Я хорошо учился, и мне без труда в начальной и средней школе помогли скостить по два года. В высшую школу я поступил в тринадцать, а уже будучи советником тайно доучивался на дому. Это были верные люди, таких я больше не встречал.

Их взгляды пересеклись. Полумрак помещения, далёкие звёзды за перекрытиями систем обороны в окне, спутники, технические крейсеры и мерное пиканье приборов. То, что они оба ещё не осознали и даже не думали признавать, уже случилось. Их одновременно потянуло друг к другу, Кейт прикрыла глаза, но, едва ощутив на губах его дыхание, отпрянула, вскочила на ноги и встала к нему спиной, скрестив руки на груди.

— Тебе пора идти.

Гидеон смотрел на её силуэт на фоне окна, казалось, целую вечность, хотя прошло всего несколько секунд, потом встал и пошёл к двери. Без споров и без вопросов. Они оба слишком хорошо всё понимали. Пискнул сигнал центрального компьютера, щёлкнул замок и дверь открылась.

— Гидеон!

Он обернулся с забивающимся сердцем. Кейт смотрела на него.

— Пообещай мне, что вернёшься, — она поймала его непонимающий взгляд и повторила. — Пообещай вернуться.

Гидеон сглотнул.

— Я вернусь. Обещаю, — не в силах больше находиться в одной комнате с ней, он переступил порог и скрылся в коридоре.

Дверь закрылась. Кейт шумно выдохнула и прижала ладони ко рту, а потом повернулась к окну и прислонилась к нему разгорячённым лбом.

— Как, — прошептала она, оставляя запотевшее облачко на стекле, — как я могла влюбиться⁈

Тело Лара в летящем сквозь экзо-пространство шаттле обратилось туманом, стабилизатор выпал из разлетевшейся в клочья одежды и покатился по полу, сверкнул огоньком, щёлкнул и втянул туман в себя, а потом снова выпустил. Лар-флёрсарин в чёрном плаще материализовался на полу, рубины глаз вспыхнули под капюшоном, а потом он снова принял человеческую форму. В этот момент шаттл слегка тряхнуло — слегка для шаттла, но не для Лара, который ещё не успел ни открыть глаза, ни сориентироваться в пространстве. Его подбросило, приложило о стену, о ряд кресел и снова кинуло на пол. Выругавшись, Лар встал на четвереньки, так и не открыв глаза, использовал силу, чтобы снять боль, наощупь нашёл сиденья, забрался на них, выпрямился и только тогда, глубоко вздохнув, осмотрелся. С минуту он осознавал, что произошло, и где он: вспомнил Марго, их поцелуй и её последние слова, — а потом склонил голову и… рассмеялся. Горько, отчаянно, почти истерично.

— Чёрт возьми! — Лар потёр ладонями лицо. — Зараза! — он ещё какое-то время сидел, пялился в одну точку, потом тряхнул головой и вздохнул. — Компьютер, где мы?

— Мы находимся в стадии прыжка к заданной точке.

— Прекрасно, — Лар закатил глаза, — и где эта точка? Куда мы летим?

— На Регу, планету-тюрьму.

— Куда⁈ — Лар вскочил на ноги, но тут же свалился на пол от внезапно сильного головокружения. — Да нихрена подобного! Компьютер, отменить точку выхода, задать другие координаты.

— Недоступно.

Лар выругался самыми откровенными словами, которые знал, и схватил стабилизатор.

— Ну ладно!

Он обратился другим собой, и туман пополз по шаттлу, заполнил всё пространство вокруг, и наступила тишина. Сначала ничего не происходило, но вот панель управления мигнула, корабль дёрнуло в сторону, закрутило и выкинуло из прыжка — Лар вернулся в образ человека и спрятал стабилизатор. Теперь он был готов и к тряске, и к вращению: спокойно дождался пока шаттл перестанет мотать и снова обратился к компьютеру.

— Компьютер, оцени состояние шаттла.

— Удовлетворительное. Полёт к заданной точке невозможен, задача отменена, Варп-двигатель перегрелся. Время ожидания восстановления двое межгалактических суток. Точек высадки, ремонта или любого взаимодействия с объектами и членами Конфедерации в секторе не обнаружено.

— Удовлетворительное? — хохотнул Лар. — Интересно, что же тогда для тебя плохо? — он махнул рукой. — Ну пусть будет удовлетворительное, это хотя бы можно решить.

Лар снова осмотрел шаттл, поковырялся в панели управления, потом сел на пол в позу лотоса, закрыл глаза. Ему пришла идея исследовать причину тех провалов в памяти и убийств, следовавших за ними — он точно не делал это сам, но кто и что заставляло его так поступать? Впрочем, наказание за отказ следовать к цели миссии, было вполне рабочей теорией. Очень справедливой рабочей теорией. Он пошёл против воли брата, и вот! Женщина, которую он полюбил, предала его. Кто-то сделал всё, чтобы ригелианцы и люди отвернулись от него. Он вспомнил брата, а затем слова матери и её лицо… её светлое лицо в тот день, когда она толкнула его в гущу врагов у дальней орбиты Реги. Только теперь Лар понял, что в тот момент, она вовсе не предала его, не обрекла на бесцельное существование на планете-тюрьме, а спасла. Спасла.

Это осознание молнией ударило его в грудь и принесло новую мысль.

Марго поступила так же. Точно так же. Значит, не всё ещё потеряно, всё ещё может быть — нужно вернуться, найти её и помочь. Слова матери о пути вовсе не значили, что выбранный путь будет лёгким — когда добиваешься того, чего хочешь, всегда появляются препятствия, которые придётся преодолеть. Преодолеть или сдаться.

— Компьютер, — Лар открыл глаза. — Как только будет возможно отправляемся к координатам КРИ «Новая Земля». Галактика Млечный Путь, Солнечная Система, третья планета от солнца.

— Координаты определены…

— Ну что, друг мой? В добрый путь, — Лагости Аки двумя руками пожал руку Гидеона.

Тот уже стоял в форме и защитном костюме, у сердца мерцал медальон защиты от аур-эсинада, как и у всех, кто собрался в это опасное путешествие. Помимо патронов из этого же вещества, ригелианцы создали для них балончики с газом и небольшие ножи, загрузили служебные отсеки ящиками с вакциной для пострадавших и для них самих. Гидеон поправил ворот защитного костюма и кивнул.