— Заходите, — я посторонился. — Чаю?

— Спасибо, не стоит, — вежливо отозвался травник, переступая порог. Он остановился, немного помялся на месте и наконец не выдержал: — Эйден… А как Стражник?

— Пойдёмте, сами всё увидите, — произнёс я, закрывая дверь.

Едва мы вышли во двор, как Крейн принялся взволнованно искать своё бывшее растение. Осматриваясь по сторонам, он на долю секунды задержал взгляд на Крохе в тени колодца и вскользь скользнул по Люмину, дремавшему возле колокольчиков, но, несмотря на их изменившийся вид, не произнёс ни слова.

Я приподнял бровь и невольно задумался. Ни удивления, ни расспросов, ни малейшей заминки… Возможно, он совершенно не разбирается в зверях и не считает нужным притворяться, что они ему интересны.

В следующий миг Теодор посмотрел на стену лавки, и всё остальное для него перестало существовать. Ахнув, травник сорвался с места и тут же споткнулся, но, не обращая на это внимание, бросился вперёд. Сначала обошёл кованую решётку слева, затем справа, после чего отступил на три шага назад, чтобы охватить взглядом всю картину. Через несколько секунд Крейн вновь приблизился и, присев на корточки, принялся изучать основание ствола.

— Какая толщина! — травник поднял на меня ошалевшие глаза. — Эйден, вы видите?

— Ага, — отозвался я.

— Это невероятно! — Крейн резко вскочил. — Он прижился! Первый за долгие годы!

Мужчина бережно провёл ладонью вдоль плети, не касаясь её, а затем повернулся ко мне и уже гораздо спокойнее добавил:

— Я рад, что не ошибся в вас, Эйден.

Я улыбнулся и открыл рот, чтобы ответь, но в этот момент Теодор развернулся и, вновь окинув грядки взглядом, застыл. Я проследил за его взором и понял, что травник заметил радужный куст.

Вытаращив глаза, Крейн медленно двинулся к растению, опустился на одно колено и протянул слегка дрожащую руку. Коснувшись кончиком указательного пальца спелой ягоды, он замер на мгновение и тут же отдёрнул ладонь.

— Эйден, — произнёс травник, не оборачиваясь. — Скажите мне, пожалуйста, у кого вы приобрели радужный куст?

— А это имеет какое-то значение? — уклончиво ответил я.

Он медленно повернулся и посмотрел на меня растерянными глазами.

— Понимаете, столь редкое растение перед оплатой добытчикам обычно несут на проверку в гильдию — кем бы ни был покупатель, простым ли обывателем или владельцем лавки.

Травник поднялся и отряхнул испачканную штанину.

— Так вот, радужный куст последний раз доставляли в столицу… — Теодор сжал губы, — два года назад, если мне не изменяет память. Но поверьте, если бы сейчас хоть один добытчик сумел вынести из Леса подобный экземпляр, об этом гудел бы весь город!

Я помолчал, подбирая формулировку, и произнёс:

— Скажем так… мне повезло наткнуться на него в Лесу.

— Повезло, — повторил Крейн и покачал головой. — Эйден просто так это растение не отыскать, оно растёт исключительно в «Шёпоте высокотравья». А уж пройти мимо обитающих там травоядных… — он невесело усмехнулся. — Почти невозможно. Я лично знал двоих, кто пытался, но… оба не вернулись.

— Сочувствую, — тихо отозвался я.

Теодор несколько секунд смотрел в мои глаза, а затем махнул рукой.

— Впрочем, это не моё дело. У каждого мастера есть право на свои секреты. Если бы я требовал ответа на каждый вопрос, мы бы с вами до сих пор стояли у сонного куста, — он улыбнулся. — Поэтому я просто поздравляю вас от чистого сердца. Насколько мне известно, радужных кустов во всей столице всего несколько десятков. Никто не продаёт их ягоды, плоды используют только внутри знатных семей и руководства гильдий. Грубо говоря — товар для своих.

Я приподнял брови.

— В связи с чем позвольте дать вам совет, — Крейн шагнул ближе и понизил голос. — Не распространяйтесь о его наличии.

Я перевёл взгляд на переливающиеся ягоды.

— Понял. Спасибо за предупреждение, буду иметь в виду.

— Вот и славно, — травник заметно расслабился, к нему тут же вернулись прежняя улыбчивость и любопытство.

Он заложил руки за спину и принялся изучать мои грядки: оглядел сочники, кровавый куст, восковой смолокорень, дошёл до стены лаборатории и вдруг замер.

— Эйден, — произнёс Крейн, слегка наклонив голову. — А что это у вас там за побег?

— Где? — я искренне не понял, о чём речь.

— Вон, за углом, — он указал рукой. — Вы решили дерево посадить? Место, честно говоря, неудачное — слишком много тени.

Я проследил за его жестом, и по моей спине пробежали мурашки. Из клочка земли, который Элиан по требованию Адрии поливал каждый день, пробился тонкий побег высотой в две ладони. На его гладком серовато-зелёном стебле даже развернулась пара крошечных вытянутых листьев, слегка загнутых по краям.

— Любопытно, — пробормотал Теодор. — Форма листа очень необычная, не припомню такой. Что вы посадили?

Я активировал восприятие: вокруг стебля расплылось… чёрное пятно.

Вокруг стебля расплылось чёрное пятно с неровными краями, разросшееся в некоторых местах до трёх ладоней. Оно не клубилось, подобно дымке, и не поднималось в воздух, а лежало на земле, будто тень от маленького облака.

Сердце бешено заколотилось. У меня во дворе черная мана⁈

— Эйден? — озадаченно окликнул Крейн. — Вы побледнели. Что-то случилось?

Я перевёл на него взгляд и в тот же миг заметил Люмина. Обойдя лабораторию со стороны забора, ушастый выскочил из-за спины травника и устремился к побегу.

— Стой! — рявкнул я.

Зайцелоп посмотрел на меня с искренним недоумением, будто спрашивая, чего это я разорался средь бела дня, и уселся на чёрное пятно, вскинув мордочку. Нет, только не это! Я бросился к растению, не сводя взгляда с этой зловещей лужицы и панически боясь увидеть, как к питомцу потянутся тёмные нити. Одновременно с этим в моей голове выстраивался план: схватить ушастого в охапку, унести к колодцу, а после вернуться, чтобы вырвать эту дрянь с корнем и сжечь!

Однако чернота лишь обтекала лапы зайцелопа, его брюхо и кончик хвоста, не проникая внутрь. Магические каналы под шерстью светились голубым сиянием, без малейшего намёка на тёмные сгустки у стенок.

Всё же, стоило мне оказался рядом, я схватил ушастого и поднял. Люмин возмущённо задрыгал лапами, ткнул меня рожком в ключицу и прислал через нить образ: он восседает на золотом троне, но тут появляюсь я, наглый двуногий, и бесцеремонно стаскиваю монарха с законного места.

— Потерпишь, — пробормотал я и, развернувшись к свету, принялся осматривать зайцелопа.

Дёсны розовые, дыхание ровное, нос — влажный и холодный, а в белках глаз и на коже под шерстью — ни единой чёрной паутинки. Ни малейшего следа заражения! Ничего не понимаю.

Я медленно выдохнул и перевёл взгляд на побег. В тот же миг перед глазами развернулось системное сообщение:

[Обнаружено растение: Дейлор]

[Свойства: Источает ауру чужеродной энергии. Радиус и сила её воздействия увеличиваются по мере роста дерева]

Что за чертовщина?..

В этот момент справа послышались шаги, и раздался голос Теодора:

— Что случилось?

Рассказывать травнику о чужеродной мане я не собираюсь. Нужно придумать, как поубедительнее оправдать недавний крик.

— Всё в порядке, — я перевёл на него взгляд. — Просто испугался, что этот балбес съест росток.

Люмин, будто уловив смысл моих слов, дёрнул ухом и возмущённо повернул мордочку. Едва заметно вскинув бровь, Крейн несколько секунд рассматривал моё лицо, а после перевёл взгляд на ушастого.

— Понимаю… — после затянувшейся паузы протянул он. — Так что это всё-таки за побег?

Я опустил Люмина на землю подальше от растения. Зайцелоп тут же демонстративно уселся к нам спиной, плотно прижал уши к голове и сердито забарабанил задней лапой по земле.

— Честно? Понятия не имею, — я пожал плечами. — Нашёл в Лесу семечко, ради интереса ткнул в землю, а оно взяло и проросло. Я никогда прежде не видел таких семян, так что лучше близко не подходить — кто знает, ядовитое растение или нет.