Работа затянулась на несколько часов. Я перемерила больше десяти комплектов, стояла перед объективом, поворачивалась, улыбалась, смотрела в камеру. Я уже не чувствовала страха — только азарт и удовольствие от того, что вижу себя в новой одежде, которая сидит на мне идеально. Отдельно снимали на видео, чтобы можно было посмотреть, как одежда выглядит в движении.

К концу съёмки я чувствовала усталость, но приятную — такую, когда знаешь, что сделала что-то важное. А главное — я счастлива вернуться в команду. Тут я дышу. Я переоделась в свою одежду и уже собиралась уходить, как вдруг услышала за спиной знакомый голос.

— Ну что, поздравляю с подписанием контракта. Ты выглядела потрясающе во время съёмки.

Я обернулась. На пороге стоял Максим. Он был в тёмной рубашке, с лёгкой небритостью и той же насмешливой улыбкой, которую я уже успела запомнить. Он не подходил ко мне, стоял чуть расслабленно, и в его глазах читалось что-то тёплое и личное.

— Спасибо, — сказала я, а сердце начинает биться быстрее, гораздо быстрее. — Условия отличные. Я очень рада.

— Я тоже рад, — сказал Максим, и вдруг его голос стал чуть мягче. — Но знаешь, я заметил кое-что. Ты мне так и не позвонила.

Я опешила.

— Как не позвонила? У тебя же есть моя страница, и ты видел меня на тренинге. Ты мог бы сам позвонить. У всех есть мой номер. А зачем мне звонить?

Максим усмехнулся и покачал головой.

— Я хочу, чтобы ты дала мне свой номер. Сама. Не через Алину, не через общую страницу. Я хочу, чтобы ты его дала. Как женщина мужчине. Я тебе свою визитку при первой встрече вручил, даже обидно, что ты её даже не посмотрела.

И вот щёки снова заливает краска. Я растерянно улыбнулась и полезла в сумку за телефоном. И почему с ним всегда так?

— Ну, если ты так настаиваешь, — сказала я, протягивая ему раскрытое приложение с контактами.

Он быстро вбил номер, отправил себе вызов и вернул мне телефон.

— Теперь и у меня есть твой номер, — сказал он, улыбнувшись. — И, кстати, если ты не против, я могу подвезти тебя домой. У меня машина внизу.

Я замялась на секунду. В голове пронеслось: «Ты только что подписала контракт с ним, ты ещё не разведена, это неправильно». Но внутри меня что-то подсказывало, что я хочу согласиться. Максим всегда вёл себя в рамках приличия, и теперь нам надо работать вместе.

— Да, — сказала я и улыбнулась. — Да, я согласна. Подвезёшь меня домой?

Мы вышли из офиса вместе.

Глава 29

Глава 29

Максим везёт меня домой. Город проплывал за окнами его машины — уютного тёмно-серого седана с кожаным салоном и приятным запахом хвои, который я уже научилась ассоциировать с ним. В салоне играла тихая музыка, солнце клонилось к закату, окрашивая улицы в золотистые тона. Я сидела на переднем сиденье, чувствуя, как напряжение растёт с каждой минутой. Я не знала, о чём говорить, но молчать было тоже неловко. Я смотрела в окно и краем глаза замечала, как Максим иногда поглядывает на меня с лёгкой, почти незаметной улыбкой.

Мы подъехали к дому Кристины. Максим заглушил двигатель, но не торопился открывать дверь. Он повернулся ко мне, и в его глазах было что-то серьёзное, даже уязвимое, что я не ожидала увидеть.

— Аня, — сказал он тихо, — я хочу пригласить тебя на свидание.

Я почувствовала, как сердце пропустило удар. Я повернулась к нему и на мгновение замерла, не зная, что ответить. В голове проносились мысли: он мой начальник, я только что подписала контракт, я старше него, я ещё не разведена, это неправильно.

— Максим, — сказала я, стараясь говорить ровно, — я не могу. Ты теперь мой работодатель. Это непрофессионально. Если что-то пойдёт не так, я могу потерять эту работу. А она мне нужна. Мне нужна эта возможность. И потом... я старше тебя. Наверное, лет на десять. Ты молодой, успешный, а у меня за плечами неудачный брак, кот и чемодан воспоминаний. Это не те отношения, которые тебе нужны.

Максим выслушал меня внимательно, не перебивая. Когда я закончила, он чуть наклонил голову и улыбнулся — той самой тёплой, чуть насмешливой улыбкой, которая уже стала мне знакомой.

— Ань, — сказал он, — я слышал все твои причины. Но ни одна из них меня не разубедила. Ни то, что я твой начальник. Ни то, что ты старше, кстати всего пару лет. Ни то, что ты была замужем. Я не ищу девушку по возрасту или по статусу. Я ищу ту, с которой мне интересно. И ты — эта женщина.

Он замолчал на мгновение, и его голос стал мягче.

— Я не знаю, как сложится. Я не знаю, что будет через месяц или год. Но я точно знаю, что хочу попробовать. И если ты боишься потерять работу — я обещаю, что наша личная жизнь никак не пересечётся с рабочими отношениями. Ты будешь всё так же работать, я буду руководителем. А вечерами — просто мужчина и женщина. Если у нас что-то не сложится, контракт останется в силе, я не буду его разрывать. Это не ультиматум, это предложение. И я всё равно буду добиваться тебя, даже если ты скажешь «нет» прямо сейчас.

Я смотрела на него и чувствовала, как слова оседают внутри, согревая что-то, что я считала замёрзшим. Мне хотелось сказать «да», но я боялась. Боялась ошибиться, боялась снова поверить, боялась, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Ты слишком уверен в себе, — сказала я с лёгкой усмешкой, чтобы скрыть волнение.

— А ты слишком красива, чтобы отказываться от жизни, — ответил он, и в его глазах мелькнул тот самый огонь.

Я на мгновение задумалась, а потом улыбнулась.

— Я подумаю, — сказала я.

И вышла из машины. Но когда я шла к дому, я чувствовала на себе его взгляд и знала, что это не последний раз, когда он делает это предложение. Уж слишком он уверен.

После ужина я помогла Галине Ивановне убрать со стола, а потом мы все вместе сели в гостиной пить чай. Я рассказывала о своей первой съёмке — как снимали мерки, как подбирали одежду, как я стояла перед камерой и улыбалась, хотя внутри всё дрожало. Я старалась говорить легко, с юмором, но Галина Ивановна смотрела на меня с такой гордостью, что у меня щипало в глазах.

— Я так рада за тебя, дочка, — сказала свекровь, которая уже давно стала мне как мама. — Ты прямо расцвела. И глаза горят, и голос другой.

— Это всё тренинг, — ответила я, улыбаясь. — Я там научилась смотреть на себя по-другому. Теперь я знаю, что могу.

Пётр Семёнович кивнул, отпивая чай.

— Работа нравится? Коллектив нормальный? Начальство не давит?

Я на мгновение задержалась с ответом, вспоминая, как Максим смотрел на меня в машине и какое предложение он мне сделал, но тут же взяла себя в руки.

— Всё отлично, — ответила я. — Условия хорошие, люди приятные. Я даже не ожидала, что будет так легко.

Я ни словом не обмолвилась о том, что руководитель бренда пригласил меня на свидание. Об этом я ещё не была готова говорить даже Кристине. Это было слишком новым, слишком хрупким, чтобы выносить на свет.

Вдруг телефон в моём кармане завибрировал. Я взглянула на экран — и внутри всё сжалось. Олег. Я хотела сбросить, но поняла, что так будет только хуже. Он не отстанет, пока не выскажется.

— Извините, — сказала я, поднимаясь. — Я отвечу на улице.

Я вышла на улицу, остановилась у окна и нажала кнопку ответа.

— Аня! — голос Олега был взвинченным, почти истеричным. — Ты что себе позволяешь? Ты что, с ума сошла? Завела социальные сети, выкладываешь фотографии — ты что, хочешь, чтобы все мои партнёры видели мою жену в таком виде?

Я спокойно перевела дыхание, понимая, что его крик больше не вызывает во мне страха. Только раздражение.

— Олег, — сказала я ровным голосом, — я не твоя жена. Мы разводимся.

— Это неважно! — заорал он. — Ты носишь мою фамилию, ты пока ещё моя жена! А ты выкладываешь в интернет фотографии, где ты в купальнике, с голыми сиськами в бассейне! Ты меня позоришь! Что подумают мои деловые партнёры? Что я женился на проститутке?