Девушка сочувственно пожала плечами, отвернулась к подругам, и я осталась стоять с неприятным осадком. Если это очень важный тест, а я не в курсе, и теперь, когда речь зашла о результатах, я чувствовала себя белой вороной.

Группа начала медленно двигаться обратно к базе — по лесной дорожке, через утренний воздух, пахнущий хвоей и влажной землёй. Я шла чуть позади всех, перебирая в голове возможные последствия. Что скажет Орлова, когда узнает, что у меня нет теста? Неужели это повлияет на моё участие? А вдруг меня просто исключат? Но я надеюсь, что мне разрешат пройти его. А вдруг это как раз проверка на внимательность. В любом случае буду просить его пройти.

Я так задумалась, что не заметила, как рядом со мной оказался Максим. Он шёл легко, руки в карманах куртки, и смотрел вперёд, но явно ждал начала разговора.

— Ты молодец, — сказал он тихо, чтобы не привлекать внимания остальных. — Я видел, как ты проходила. Особенно на третьем уровне, когда чуть не упала. Ты удержалась. Это было смело.

— Спасибо, — ответила я, чувствуя, что не могу улыбнуться в ответ. Я всё ещё была погружена в свои мысли о тесте. — Я только что узнала, что все проходили какой-то тест до поездки. А я не проходила. Возможно, забыла или не заметила. Это важно? Меня могут исключить?

Максим остановился на мгновение, потом пошёл дальше, чуть замедлив шаг, чтобы идти с ней в ногу.

— Это не важно, — сказал он спокойно. — И одновременно важно. Всё, что здесь происходит, — это тест. Каждое задание, каждый шаг, каждый твой выбор. Важно и то, что ты думаешь, и то, что ты делаешь. И иногда то, что кажется неважным, на поверку оказывается самым главным. И наоборот. Например, то, что ты сейчас переживаешь из-за этого теста, — это тоже часть процесса. Ты волнуешься, значит, тебе не всё равно. Это тоже результат.

— Я ничего не поняла, — призналась я, проведя рукой по волосам. — То есть это важно или нет? Мне нужно его пройти?

— Если хочешь — пройдёшь, — пожал плечами Максим. — Но знаешь, есть один тест, который я даю всем, кто приходит ко мне работать. Он один. И он на честность. Мне не нужны тесты с сайта. Мне нужен человек, который не боится быть собой. Ты можешь не заполнять ту анкету, а ответить мне на один вопрос. Честно.

Я подняла на него глаза. Он смотрел на меня с лёгкой, загадочной улыбкой, и в его взгляде не было насмешки — только искренний интерес.

— Так и быть, — сказала я, хотя внутри колотилось всё. — Спрашивай.

Максим остановился, взял меня за плечи, разворачивая к себе, чтобы я смотрела ему в глаза. Он был выше меня, и я чувствовала себя неуютно под его внимательным взглядом.

— Хорошо. Если работа будет твоей, ты мне будешь врать?

Я задумалась. Смотрела на него, видела серьёзность в его глазах, и в голове проносились ответы. Сказать «нет» было бы легко и, скорее всего, правильно. Но я не могла так просто соврать. Ну не во всех же моментах я буду честной. Иногда людям приходится умалчивать или уходить от ответа. А иногда не хочется обидеть.

— Смотря в чём, — ответила я. — Если тебе надо будет подбодрить тебя, если ты будешь сомневаться в себе, и я увижу, что тебе нужна поддержка, — я скажу то, что ты хочешь услышать. Даже если это будет неправда. Это не злая ложь. Это просто чтобы ты не упал духом. А если речь о чём-то серьёзном — я скажу правду. Но постараюсь аккуратно, — отвечаю я, заметив только в конце, что тоже перешла на «ты».

Максим смотрел на меня, не отрываясь, и я чувствовала, как он оценивает каждое слово. И вот надо вроде отвести взгляд, но не могу.

— Хорошо, — сказал он. — А если тебе не понравится одежда, которую ты должна будешь носить? Скажешь дизайнеру, что она ужасна, зная, что ранишь его чувства?

Я нахмурилась. Мне кажется, дизайнеру не должен прислушиваться к советам, тем более к моим. Хотя бред о удобстве и красоте.

— Это сложно, — ответила я. — Если я просто модель на съёмке и меня наняли, чтобы я носила вещь, то это не моё дело. Моя работа — показать её, а не оценивать. Но если меня спросят честно — я скажу правду. Аккуратно, но честно. Но если одежда будет мне неудобна, если она будет давить, сковывать движение или просто будет некомфортной, я скажу об этом. Возможно, даже грубо. Но если это первый день работы — я промолчу. Сделаю вид, что всё в порядке. А если работа долгосрочная и я хорошо знакома, и правда интересно моё мнение — скажу.

Максим слушал очень внимательно. Не перебивал, не усмехался, просто смотрел в глаза, слова повисали в утреннем воздухе. Я закончила и затаила дыхание.

Он смотрел на меня ещё несколько секунд, а потом начал смеяться. Громко, открыто, запрокинув голову. Я растерялась. Я сейчас опростоволосилась? Кошмар, ну вот кто меня за язык тянул.

— Что? — спросила я, чувствуя, как краска заливает щёки. — Я что-то не так сказала?

Максим перестал смеяться, но улыбка всё ещё играла на его губах. Он покачал головой.

— Ну вот, видишь, — сказал он. — Ты только что прошла тест. Это и был он. Вопросы про правду, про честность, про то, как ты будешь поступать в неоднозначных ситуациях. Ты ответила. И ответила честно. Ты не пыталась угодить мне, не подстраивалась под правильный ответ. Ты сказала то, что думаешь. Значит, я знаю, чего от тебя ждать.

Я почувствовала, как внутри отпускает. Я и не заметила, как задержала дыхание.

— И я прошла? — спросила, не скрывая надежды.

Максим пожал плечами и улыбнулся.

— А это я тебе не скажу, — ответил он. — Мы же не хотим, чтобы ты зазнавалась, правда? — он кивнул в сторону уходящей группы. — Пойдём, догоним их. А то подумают, что я к тебе пристаю.

Я усмехнулась, чувствуя, как напряжение уходит.

— Шутка смешная, — сказала с лёгкой иронией. Настроение на удивление поднялось выше.

Максим повернулся ко мне, в его глазах блеснули смешинки, но голос стал чуть серьёзнее:

— В каждой шутке только доля шутки, Анна. Иди, догоняй. Я рядом.

Мы пошли по дорожке, и я почувствовала, как рядом с ним дышится легче. Не знаю, что будет дальше, но впервые за долгое время я была готова принять даже неизвестность.

Глава 19

Глава 19

После обеда в главном холле воцарилась деловая суета. Студентки, уже переодевшиеся в более нарядные вещи, сновали туда-сюда, поправляли волосы и нервно посматривали на фотографа, который устанавливал оборудование. Я пришла в юбке с широким поясом ниже колена и белой рубашке, чувствуя себя неловко — я всё ещё не понимала, что мне делать и как себя вести. Я встала у стены, скрестив руки на груди, и наблюдала за подготовкой. Утром смело маршировала впереди всех, а сейчас стою в стороне.

Фотограф оказался молодым парнем лет тридцати, с короткой бородкой и добрыми глазами. Он быстро настроил свет, проверил камеру и, хлопнув в ладоши, привлёк внимание.

— Девушки! — сказал он бодро. — Меня зовут Артём, я ваш фотограф на сегодня. Не бойтесь меня, я не кусаюсь, — он улыбнулся, и в зале послышались смешки. — Мы будем работать по очереди. Каждая подходит, мы делаем несколько кадров в разных ракурсах. Задача простая — я показываю, вы повторяете, но главное — не думайте о том, как вы выглядите. Просто двигайтесь. Смотрите на меня. Или в сторону. Дышите. А я уже поймаю ваш кадр.

Девушки зашумели, начали выстраиваться в очередь. Я стояла в стороне, чувствуя, как в груди разрастается паника. Я не умела позировать. Не знала, куда деть руки. Мне казалось, что если у меня не получится, все будут смеяться вокруг меня. Я уже решила, что подойду в последнюю очередь или вовсе попрошу освободить меня от этого задания. Паника нарастала. Я старалась себя убедить, что я тут именно для этого. Рядом появилась Алина.

— Анна, — сказала она мягко, но настойчиво. — Ты меня слышишь? Я хочу поговорить с тобой о социальных сетях. Это обязательная часть тренинга. Ты должна будешь вести свою страничку и публиковать посты каждый день.

— Я не очень умею, — призналась я, чувствуя себя неловко. — У меня вообще нет страниц. Я в соцсетях практически не сижу. У меня даже мысли не было заводить страничку.