— Я разберусь, — прошелестел в голове Фома. — Дима, не стреляй пока, — попросил он Вольта и тенью скользнул в проход между ангарами.
— Ты хочешь к нам? — услышали все голос Романыча. — Выходи. Я проведу тебя.
Фома встал в полный рост и откинул капюшон.
— Выходи! — прогремело в агрокомплексе.
Рядом с нами плюхнулся на бетон штабс-капитан Бородин.
— Господа-с, а Фома Романович точно с нами? Вселяет он в меня сомнения, — поделился он своими мыслями. — Стоит ли вообще брать его с собой?
— Как я уже говорил, — тихо ответил Сварог, — он больше человек, чем некоторые. Да и делом уже показал свою сущность.
— Всё, — послышался голос в голове. — Я его взял. Можете подходить.
— Во даёт! — Бородин встал, отряхиваясь. — Прямо имперский спецназ, не иначе. Ну-с, господа?
Он посмотрел на нас.
— Ну, пойдём глянем, кто у нас тут обжился. Мы в прошлый раз так и не посмотрели, кто здесь открывает окна методом убийства.
Возле Романыча сидел лохматый человек в грязном белом халате. Когда мы подошли, он поднял голову и посмотрел на нас. Один глаз был подёрнут туманом, клубившимся в глазнице. Второй — глаз безумца — смотрел на нас с ненавистью. Изо рта существа стекала слюна. Туман в глазнице был редким, периодически открывая выжженную часть.
Мы впервые видели подобное и не знали, что делать.
— Голову придержите. Костя, Фома. — Сварог поднял ствол.
— Ты…
Я не договорил. Командир посмотрел на меня так, что я молча взял существо за грязные лохмы и зафиксировал голову. Фома помог мне, с осуждением глядя на Сварога. Тот поднял оружие и…
Включил тактический фонарь, направив его в правую глазницу, поражённую тьмой.
Человек громко закричал, пытаясь вырваться из наших рук. Выпучив единственный безумный глаз, он кричал и кричал, пока не обмяк, потеряв сознание.
— Наручники. — Сварог протянул мне браслеты. — Найдите, где оно обитало. Если там есть еда и вода, пристегните. Нам некогда с ним возиться.
Фома посмотрел на командира, словно хотел что-то сказать, но передумал и обратился ко мне:
— Костя, там, за ангаром, будка. Он всё это время жил там. Я так понимаю, безумие охватило его недавно. Он принёс в жертву единственного, кто здесь с ним находился.
Мы подхватили тело и потащили. Будка-скворечник, вроде тех, что раньше делали на заводах для мастеров, встретила нас разбитыми стёклами и беспорядком внутри.
— Да твою ж… — выругался я.
Внутри, аккуратно сложенные в тазу, лежали останки человека.
— Он ещё и каннибалом оказался. Зря командир его не обнулил.
Мы бросили людоеда на пол, а Фома, взяв таз, вынес его наружу. Вернувшись, он так же молча пристегнул бессознательное тело к металлоконструкции будки и, пошарившись в ящиках стоявшего здесь стола, кинул найденные бутылки с водой возле тела.
— Обойдётся водой, — пояснил он мне и вышел из будки.
Я последовал за ним. Возле транспорта нас ждала команда.
— Ну, — скомандовал Сварог, — по экипажам и вперёд.
Я запрыгнул в командирский «Тигр», и наша колонна въехала в туман, простиравшийся за расстрелянным ангаром, смотревшим на нас осколками стёкол.
Смена декораций произошла, как обычно, быстро. Ангар, теряющийся в тумане, и вдруг стена высотного здания, в которую мы чуть не въехали. Командир ударил по тормозам и произнёс в рацию:
— Иловайский, Бородин, давайте кто-нибудь к нам, дорогу показывать.
Вскоре на заднее сиденье забрался штабс-капитан.
— Господа офицеры, — начал он с места в карьер, — нам налево, по этой улице. И тумана здесь не было. Чуть дальше мы спустились в подвал одноэтажного здания и попали в какие-то тоннели, как уже рассказывали.
— Странно, — произнёс в рацию Вольт. — Туман присутствует, а вот твари почему-то себя не проявляют.
— Может, из-за двух детонаций, которые здесь были? — начал размышлять Сварог и вдруг резко ударил по тормозам.
БРДМ чуть не врезался в нас.
— Три раза за ногу! — выругался в рацию Бабка. — Командир, предупреждать надо.
Сварог ничего не ответил, глядя вперёд. Там лежала куча тел. Огромная гора переплетённых конечностей. Все, кого можно было рассмотреть, были заражены. Их выдавали выжженные тьмой глазницы, словно с укором смотревшие на нас.
— Объехать сможем? — не отвечая Бабке, экипаж которого не мог этого видеть, спросил он у Бородина.
— Ну-с, — ответил Сергей Тимурович. — Сейчас налево поворачивайте. Видите там проулок? Его проедем и сразу направо.
— Бабка, двигайтесь за нами.
Сварог вывернул руль и въехал в тёмный проулок между домами. Через некоторое время мы выскочили на широкую асфальтированную дорогу, оставив позади туман, серой тучей клубившийся за нами.
Я вдруг увидел знакомые места.
— Остановка, — произнёс я в рацию и посмотрел на командира. — Дима, ничего не напоминает?
— Ну да, ну да. — Он задумчиво посмотрел на меня. — Там впереди должен быть особняк Ричарда.
— Баха? — удивлённо переспросил с заднего сиденья Бородин. — А вы-то откуда его знаете, господа офицеры?
— Ну, рассказывали же. Были мы тут у вас, — ответил я и продолжил: — Вы же на разведку шли? Место искали? Так вот, я, кажется, знаю, где вас разместить. Лаборатории. И особняк Баха как форпост.
— Здраво, — поддержал меня командир. — Но там кое-что нужно зачистить. Давайте сначала посетим дом Ричарда, потом лабораторию, а уже затем вернём вас с хорошими вестями к населению. Как на это смотрите?
Он повернулся к штабс-капитану.
— Положительно мы на это смотрим, господа хорошие, — ответил тот.
Мы резко взяли вправо и поехали к уже встречавшемуся на нашем пути особняку Баха. Он встретил нас выломанными воротами и обломками кованого забора — последствиями нашей битвы в особняке.
Подъехав к входным дверям и глядя на проём, выломанный напавшими на нас тварями, Сварог задумчиво произнёс:
— Теоретически проём можно заделать, забор восстановить. Интересно, умный дом ещё функционирует?
— Здравствуйте, — словно отвечая на вопрос, произнёс голос. — Рад снова видеть вас. Если вы голодны, то знаете, где находится кухня. Я услышал вас и готов указать, где находятся инструменты и хозяйственная часть.
— Ну вот и ответ на вопрос. — Я посмотрел на зауряд-прапорщика. — Иловайский, как видите, здесь тумана по-прежнему нет. Можете пока провести ревизию инструментария.
— Так, — включился в разговор командир. — Слушайте разнарядку. Вольт и Пётр Сергеевич — вы штурмуете хозяйственную часть. Фома Романович, мы соскучились по стейкам. Костя со мной, нужно осмотреть весь дом. Вопросы есть? Вопросов нет. Вот и ладушки.
— Ну и меня возьмите, — попросил Бородин. — А то я остался не у дел. И наблюдать-с за тем, как готовит Фома Романович, мне совсем неинтересно. Боюсь, господа офицеры, слюной изойду.
— Ну а я пока нашим транспортом займусь, — включился в разговор Бабка. — «Тигра»-то внутри помыть, я думаю, нужно. Сейчас заглядывал — как вы ехали с таким запахом?
— Так и сделаем. — Командир махнул рукой. — Раз отдыхать никто не хочет, противиться не буду.
Он оглядел нашу команду и задал вопрос дому:
— Тебя, вообще, как я помню, Мария зовут?
— Да, абсолютно верно.
— Проведёшь экскурсию, Маша?
— Как угодно, — ответила она, и мы двинулись на второй этаж.
— Господа, для меня волнительно находиться в доме особы, которая с императором ручкалась, — сказал, поднимаясь по ступеням, Сергей Тимурович. — Я ведь не из высших, звание штабс-капитана выслужил. Да и отец мой, ныне покойный, тоже военным был. Но так и не поднялся выше прапорщика. Погиб.
Мы вышли в коридор второго этажа, и командир поднял руку. Бородин сразу замолчал.
— Маша, что тут за комнаты? — спросил Сварог.
— В одной из комнат вы уже были — там кабинет, — начала она вводить нас в курс дела. — Далее опочивальни хозяина дома и его супруги, гостевая и детская.
— Ну, опочивальни нам ни к чему, — произнёс Сварог. — А третий этаж?
