— Поднимайтесь, у нас тут бесценный источник информации.

— Принято, — ответил тот, и вскоре все собрались возле мерцающего монитора.

— Что вы читали? — спросил командир, заметив, что в руках у Фомы нет бумаг.

— Мерзость одна, — прошелестел в голове Романыч. — Там вообще ни слова о мире. Только виды расчленения и способы оставлять жертву в сознании. В общем, дневник маньяка. Не стоит брать его с собой. Не дай бог попадёт в руки кому-нибудь вроде наших пленников.

Сварог молча кивнул, показывая, что принял сказанное к сведению, и тут появился не в меру возбуждённый профессор.

— Всё пропало! — воскликнул он с ходу. — Годы изысканий, научных работ — всё псу под хвост!

— А по существу? — прервал его стенания командир.

— Вы правы. — Старик поник головой. — Чем больше опытов проводили, тем совершеннее становилось существо, в которое превращался человек. Но потом те, кто добровольно пошёл на генные изменения, решили, что они боги. Не спрашивайте, как они к этому пришли. Они решили расклассифицировать всех: на высших, прислужников и воинов. Они захватили мир. Теперь здесь вечный мрак. Люди прислуживают монстрам. И да, они задались целью уничтожить все ветви, решив, что наша — центральная. Опыты до сих пор продолжаются, и оттуда выходят всё более чудовищные особи. Им не нужно всё это, что находится вокруг нас. Они теперь сами являются проколами в материи мироздания. Они уничтожат всё.

Старик на экране закрыл лицо руками.

— Профессор, — проникновенно сказал командир, — во-первых, нам нужно как-то вернуться домой. Во-вторых, очистить хотя бы наш мир от ваших проявлений. Может, вы и оружие какое-то разрабатывали? В-третьих, нам нужно каким-нибудь образом закрыть ваш мир.

— А у вас есть компьютеры? — неожиданно спросил Иван Михайлович.

— Да, — не понимая, к чему клонит профессор, ответил командир.

— И эта особь из вашего мира? — снова спросил Ступица.

— Передайте ему, что сам он особь, — обиженно прошелестел в голове Фома.

— Прекрасно! — обрадовался профессор. — Ментальное общение. Под монитором есть выдвижной сектор. Будьте так любезны, откройте его.

Сварог нащупал ручку и с тихим шипением выдвинул ящик, в котором на толстой подложке из поролона лежал обруч.

— Наденьте, — попросил Ступица Фому.

Тот, немного поколебавшись, взял обруч и нацепил его на лысую голову, сразу накинув капюшон.

— И что дальше? — неожиданно раздался громкий голос Романыча в помещении.

— Превосходно! — ответил профессор. — Теперь вы связаны со мной ментально с помощью данного девайса, а плюсом можете говорить со всеми живыми существами. Но минус, конечно, есть. Вам нужно взять меня с собой и подключить уже в вашем мире. Поверьте, я окажу вам неоценимую помощь в разработках для противодействия этому, к моему сожалению, уже мёртвому миру.

— И как это сделать? — спросил командир.

— Я сейчас рассчитаю по памяти вашего товарища местоположение, откуда вы прибыли изначально, — профессор больше не стал называть Фому особью. — Открою одно окно в зале, мощности хватит. Вы сразу вытаскивайте монитор из пазов. Видите там две ручки? Я не тяжёлый. Там только колба с мозгом и нервной системой, соединёнными нейронными связями с биопроцессором. Весит всего ничего — пятнадцать килограммов. Окно продержится двадцать минут. Этого хватит, чтобы покинуть данное место.

Он помолчал.

— Только на то, чтобы запитать мой блок у вас, будет десять-двенадцать часов. Далее начнутся необратимые изменения в биопроцессоре, и мой мозг погибнет.

— Действуй, коллега, — произнёс вдруг Фома. — Нас, похоже, почуяли. Сюда приближается что-то с недобрыми намерениями.

— А вы, коллега, сами можете открывать проколы, — ответил Иван Михайлович. — Но это потом. Сначала нужно покинуть это негостеприимное место. Начинаю вычитку данных.

Он замолчал на некоторое время.

— Готово. Начинаю инициализацию проколов.

Три расположенных подряд окна внизу, прямо под нами, загорелись по кругу. По всей окружности каждого из них появились всполохи молний. Вскоре возмущение закончилось, и молнии сменил туман. В каждом из трёх окон он был разного цвета: от чёрного до фиолетового.

— Нам в среднее, — проинструктировал нас Ступица. — Поторопитесь.

Фома взял на себя переноску нашего спасителя и, нащупав рукоятки, вытащил колбу вместе с монитором. Внизу был разъём, который отключил Вольт, сопровождаемый последним в этом мире напутствием Ступицы:

— Ну, с богом.

Негласно распределив ношу, Сварог с Вольтом схватили заряд, я — дипломат, и мы буквально прыгнули вслед за Романычем в туман. Вывалились прямо под ноги Чапаю, который от неожиданности выхватил катану и чуть было не зарубил шедшего впереди Фому. Но, увидев появившихся следом командира с Вольтом, вовремя остановил движение.

Чуть поодаль стояли Владимир Кузьмич с Бесом. Мы выдохнули. Наконец-то дома.

Нам нужно было срочно возвращаться. Информации оказалось слишком много. Да и «голова профессора Доуэля», как я окрестил нашего нового знакомого, ждать не могла. Требовалось всё разложить по полочкам и решить, как мы будем жить дальше.

До базы добрались уже знакомым путём. Удача была на нашей стороне: ничто на нас не нападало и не пыталось убить. Фому встретили с настороженностью.

Сбор на этот раз организовали в лаборатории. Нашим научникам отдали колбу с монитором, просветив их насчёт содержимого и оставшегося времени. Те сразу приступили к подключению нашего «Доуэля». Заряд передали команде Шустрого, чтобы они унесли его в штаб.

Когда все вопросы были решены и команда собралась, мы приступили к отчёту о разведке, опустив подробности создания проколов в мирах, где для этого требовались жертвы. Дипломат с документами из этих миров я держал при себе. Особое внимание мы уделили миру Пастырей.

Подоспели наши учёные, отчитавшись, что подключили профессора к ИИ.

— Что дальше будем делать с этими знаниями? — поинтересовалась Лиса. — Я так понимаю, своими силами мы не сможем закрыть их мир?

— Да, — ответил ей Сварог. — У нас нет цели бросаться в самоубийственную атаку. Но у нас есть профессор из того мира. Надеюсь, он нам в чём-то поможет.

— Предлагаю задержанных Татьяну и Владислава отправить в ссылку, — подал голос Матвей Иванович. — В мир, где не было людей. Мы сможем открыть туда проход?

— А это нужно спросить у нашего нового специалиста, — снова ответил командир. — Кстати, что это они с Алисой никак не проявляются? Часом не поубивали друг друга?

На большом мониторе появилось изображение стоявших рядом профессора Ступицы и Алисы.

— Спасибо, — произнесла она. — У меня теперь есть дедушка Ваня.

— А у меня теперь есть внучка Алиса. — Иван Михайлович Ступица выглядел растроганным. — Вот ведь все родные мои давно умерли, и я, закостеневший за шесть веков, забыл, что такое человеческое счастье!

— Паноптикум, — пробормотал стоявший рядом со мной Вольт так тихо, чтобы его не услышали. — Семья компьютерная.

Я посмотрел на него и приложил палец к губам. Вольт понимающе кивнул.

— Ну, о деле, — тем временем продолжил профессор. — Сколько у вас учёных и чем они занимаются, мне уже рассказала Алисочка. Мы можем создавать переходы. Биоинженерия для меня теперь табу по понятным причинам. Военным группам тоже найдётся дело помимо поиска выживших. Нам потребуются материалы. Списки я подготовлю. И да…

Ступица посмотрел на Фому.

— Простите, коллега, что я ранее не разглядел за вашей модифицированной внешностью учёного.

Громкий голос Романыча, усиленный обручем, который он теперь не снимал, прозвучал в лаборатории громом:

— Да право, не стоит. Я бы сам к такому с опаской относился.

На весь день мы разбрелись по комнатам, чтобы привести себя в порядок и отдохнуть. Романычу выделили помещение в лаборатории: его вид мог нервировать гражданское население, и он отнёсся к этому с пониманием.

Я тем временем закинул форму в стиральную машину, принял душ, лёг на свежую постель и задумался о местах, где мы побывали за такой короткий промежуток времени. То, что мы не встретили там живых, ещё не означало, что не существует групп вроде нашей, скрывшихся где-нибудь от всего происходящего.