Мы с этим ничего поделать не могли. Всё это происходило в полнейшей тишине.

Скоро всё было закончено, и гончие вместе с заражёнными начали тащить мёртвые тела к лестнице, медленно растаивая в воздухе.

Морок постепенно развеялся, кроме Пастыря.

Он откинул капюшон и уставился прямо на нас. Абсолютно безволосая голова, вместо глаз клубилась та же тьма, что и у заражённых.

Я не почувствовал никакого психологического давления.

Пастырь, поняв, что воздействие не работает, двинулся на нас.

Я не выдержал и нажал на спусковой крючок автомата. Грохот очереди был оглушительным в тишине зала. И безрезультатным. Пули просто пролетели сквозь тварь, и деревянная стена сыграла роль пулеуловителя.

Пастырь вытянул правую руку в нашу сторону, медленно и неумолимо приближаясь.

— Mungu wa infinity, kwa nguvu ya mikono iliyoinuliwa

Asubuhi, kama ya zamani, tunafanya sala mbele yako.

Watoto wetu wako mbali sasa, na mifugo mahali pengine-

Pazia la vita lisianguke kati yao na sisi.

Начал нараспев, встав на колени, бормотать Бомани.

Тварь остановилась, опустив руку, но не исчезла.

— Acha miaka yetu ipite kimya kimya, bila machozi na uchungu,

Acha jua zuri liangaze kupitia mawingu ya vumbi,

Na waume zetu wapendwa, wana na wajukuu

Waache warudi nyumbani kama walivyokuwa.

Наш чернокожий товарищ усилил голос, а Пастырь, больше не двигаясь, начал раскачиваться в такт словам.

Бомани повторял и повторял на своём языке непонятную нам молитву или заклинание.

Пастырь тоже опустился на колени, продолжая раскачиваться в такт словам.

И вдруг беззвучно взорвался чернильным пятном тумана.

А наш колдун доморощенный рухнул на пол.

Мы подхватили его и потащили на выход к броне.

Увидев нашу процессию, боковой люк откинулся, и оттуда выглянул Сварог.

— Твари? — крикнул он, и из БТРа выпрыгнул Бомгани с катаной в руках.

Мы уже дотащили нашего колдуна и отрицательно помотали головой.

— Призраки, — коротко ответил Гермес. — Принимай, живой он, только без сознания.

Аккуратно разместив Бомани в десантном отсеке и закрыв люк, Гермес коротко рассказал, с чем мы столкнулись внутри здания.

— Нужно теперь дождаться, когда наш ниндзя-экстрасенс очнётся. Нужно узнать, как с этим бороться, — задумчиво произнёс Сварог. — Призраков ещё для полного набора не хватает.

Он минуту помолчал, собираясь с мыслями.

— Ещё на одно обратил внимание. Если люди стали призраками после смерти, это понятно и вписывается в мои рассуждения, то гончие и Пастырь никак не логичны. Или их тоже заземлил кто-то? Вольта не хватает.

— Призраки, — задумчиво произнёс Матвей. — Интересно.

И замолчал, думая о чём-то своём.

— Ну а ты, наш чернокожий друг, — повернулся к Бомгани, который сидел у изголовья нашего колдуна, Гермес. — Не вуду случаем?

— Нэ, — ответил тот. — Брат потомственный колдун. Ему по наследству передали. А мы смеялись над ним.

— Зря смеялись, — ответил Сварог. — Бог есть. А если есть Бог, значит, есть и противопоставление ему. Ну, ждать однозначно не будем. Нужно домики осмотреть. Нам возвращаться только здесь?

Он посмотрел на Матвея.

— Да, — ответил дед. — Там дальше мост через реку и лес. Через него полевая дорога. Так вот, нам аккурат по ней.

— Так, теперь я пойду. Со мной Георгий. Возьми рацию, Гарик. Остальные на броне.

Сварог посмотрел на нас.

— Берегите нашего железного коня.

Бросил он напоследок, и они с Гариком выскользнули из БТРа.

Застонал очнувшийся Бомани.

— Niko wapi? Pepo yuko wapi? — спросил он у своего напарника, который сидел возле него.

— Очнулся, — Гермес присел возле него и посмотрел на Бомгани. — Что спрашивает?

Ответил наш вуду-мастер, самостоятельно принявший сидячее положение прямо на полу десантного отсека:

— Я спросил, где демон. Вижу, что мы уже на борту, поэтому можете не отвечать.

— А прогнал ты Пастыря, — сказал Сварог. — Взорвался он от знакомства с тобой. Но и ты раскис, как кисейная барышня, пришлось тащить тебя сюда. Рассказывай, что ты про них знаешь?

— Какая ба башня? — озадаченно переспросил Бомани.

— Кисейная. От слова «кисея» — лёгкая, прозрачная ткань. Барышня — значит девушка. Выражение такое у нас есть, — пояснил командир. — Ты давай не отлынивай, колись, что знаешь.

— Половину слов не понял, но вопрос понял, — озадаченно произнёс наш колдун. — Да и не знаю я ничего. В детстве бабушка заставляла заучивать всякие молитвы. Вот и всплыло в голове.

— Это удачно у тебя всплыло, — заметил я. — Неизвестно, на что была способна тварь, но на мозги не могла воздействовать, это факт.

— Тихо! — заставил нас замолчать Матвей. — Слушайте, двигатель завёлся.

Он открыл боковой люк, и мы действительно услышали звук как минимум двух работающих двигателей.

Я дослал патрон в патронник.

— Выйду, осмотрюсь.

И аккуратно вышел наружу.

Звук работающих двигателей был слышен за административным корпусом. Я встал наизготовку к стрельбе и увидел, как из-за терема выруливает сначала один ярко-жёлтый автобус, а за ним следом такой же.

Впереди идущий прямо в мою сторону просигналил, и я, прищурившись, высмотрел за рулём Сварога.

Опустив сто третий, я подождал подъехавших Сварога и Гарика, которые заглушили движки и вышли из автобусов. Нажав почти синхронно на кнопки снаружи, закрыли двери и подошли к броне.

Я постучал по броне прикладом, и оттуда по очереди вышла вся наша бригада.

— Ну, в общем, в домах пусто, так что обратно должны нормально проехать, — начал рассказывать командир. — По-хорошему, я бы тут оставил кого-нибудь в паре, чтобы держали периметр. Но это на общее голосование. Чревато, знаете ли, что мы можем не вернуться. Тьфу-тьфу-тьфу, — сплюнул он через плечо. — Так что скажете?

— Я готов остаться, — подал голос Гарик. — На пулемёт только кого поставим?

— С пулемётом я справлюсь, — ответил Гермес. — Обучен. Только одного-то мы тебя не оставим, правильно Сварог говорит, как минимум пару надо.

— Я останусь, — подал голос Бомгани.

— Ну хорошо, — согласился командир. — Ворота закрыты, я вам предлагаю вот этот домик.