«Предложение т. Иночкина представляет из себя автоматизацию целой линии станков для обработки детали от первой операции до последней. Транспортировка деталей от станка к станку, загрузка и базировка, зажим и, наконец, разгрузка станка производятся автоматически при помощи гидравлических устройств. На обязанности рабочего только пуск (нажатием электрокнопки) и наблюдение за нормальной работой механизмов. Данный метод можно применить для обработки большого количества различных деталей трактора».

Предложение Иночкина было внесено в начале 1938 года. На его осуществление ушло еще более года. Первая автоматическая линия вошла в строй в 1940 году. Труд рабочих облегчился, производительность намного выросла, избавились от брака.

Так был сделан первый шаг, чтобы освободить рабочих от изнурительного, однообразного труда.

А теперь вернемся на московский «Шарик», войдем в цех, где работает шлифовщица Оля, подойдем к ее станку. Но что произошло? Станок работает, и соседний станок в действии, и третий за ним, но кто их теперь «кормит»?

Работниц возле станков нет. Лишь время от времени к первому из четырех стоящих в одном ряду станков подходит рабочий и высыпает в воронку ящик роликов. Вот и всё. А затем ролики сами переходят со станка на станок. Как это удалось сделать?

Познакомимся с еще одним беспокойным человеком - наладчиком Андреем Ивановичем Волковым: это он освободил шлифовщицу Олю и ее подруг от утомительного труда по «кормлению» станков, и достиг он этого при помощи обыкновенной... трубки.

Мы знаем, в чем состояла работа Оли, - она забрасывала в станок ролики, причем она должна была это делать определенным образом.

Познакомимся поподробнее с процессом изготовления роликов. Ролики небольших размеров (диаметром от 4 до 17 миллиметров) штампуются на прессах, а больших размеров (свыше 17 миллиметров) обтачиваются на четырехшпиндельных автоматах. После очистки и термической обработки они поступают на шлифование, оно производится в четыре приема. Например, первоначальный диаметр ролика К-28-14,62. После первого прохода сошлифовывается 0,31 миллиметра с расчетом, что при втором проходе сошлифовывается 0,15 миллиметра и при третьем - 0,12. При четвертом - 0,08. Окончательный размер- 13,96 миллиметра. Таким образом, каждый ролик последовательно по нескольку раз пропускается через станки.

Каждый станок, шлифующий коническую поверхность, пропускает за смену свыше тридцати тысяч роликов. У каждого станка стояла работница. Ее обязанность, как мы уже знаем, заключалась в том, чтобы непрерывно подавать ролики в станок. Она брала ролики из ящика и по одному опускала их в трубку, ведущую в станок. За смену она должна была спустить в трубку несколько десятков тысяч роликов.

Стоит работница и кормит станок. В пригоршне левой руки ролики, правой она по одному опускает их в трубку.

Тридцать - тридцать пять тысяч стальных роликов! Тридцать - тридцать пять тысяч раз за смену большой и указательный пальцы человеческой руки берут ролик и бросают его в трубку. К шлифовке работница непричастна.

Отшлифованные ролики автоматически выталкивались в кассету (ящик), стоящую с задней стороны станка. Когда кассета наполнялась, подсобный рабочий относил ее ко второму станку для дальнейшей шлифовки - второй проход.

И опять работница брала в пригоршню ролики и один за другим опускала их в трубку.

Тридцать - тридцать пять тысяч штук в смену! Семьдесят роликов в минуту. В секунду ролик. Ни на секунду нельзя отвернуться. Чуть замедлил подачу роликов, станок «голодает».

В этом цехе работал Андрей Иванович Волков. Некоторое время он сам стоял у станка, затем стал наладчиком. На станках остались работницы. Говорили: «Не мужское это дело забрасывать ролики в трубку». Волков сам испробовал эту работу, и он знал, что это и не женская работа. Это вообще работа не для человека, ее надо перепоручить механизму.

Какому? Какая сила заставит ролик переходить со станка на станок, как заставить ролик ложиться в надлежащем положении?

Задача эта решилась в результате творческого сотрудничества двух работников подшипникового завода - Волкова и инженера-конструктора Григория Григорьевича Домокурова.

Конструктор Домокуров создал приспособление, при помощи которого ролик направлялся в станок в нужном положении. Ролики сами прыгали во входную трубку станка-автомата, и станок сам выбрасывал их через выходную трубку. Но это было только половиной дела. По-прежнему тяжелую кассету с роликами приходилось таскать от станка к станку. Как быть?

Первая мысль - использовать для транспортировки рольганг, но и при этом засыпать ролики в приспособление должен был рабочий. Поднять кассету с роликами, перенести ее - для этого требуется солидная физическая сила. Нет, рольганг не мог решить проблему. Нашлось другое решение - простое и не требующее никаких затрат. Никаких!

Волков подолгу наблюдал за тем, как ролики выскакивают из станка. Станок «стрелял» роликами, они часто падали мимо кассеты.

А что, если соединить выходную трубку первого станка и входную трубку второго? Выходную трубку второго и входную третьего? Ролики пойдут сквозь станки, двигаясь той же силой, которая сейчас «выстреливает» их в железные ящики возле станков. Не надо будет перетаскивать тяжелые кассеты с роликами.

«Я решил присоединить один конец простой водопроводной трубы небольшого диаметра к выходу ролика из станка первой операции, а другой конец - к вводу в станок второй операции. И ролики сами побежали от станка к станку».

Это было просто, неожиданно и высокоэкономично.

Трубка Волкова и прибор Домокурова породили линию Волкова - первую автоматическую линию на «Шарике».

Создание линии Волкова решило вопрос только для одного небольшого участка.

Мысль создать механизм, который смог бы заменить человеческую руку, не давала покоя многим советским людям - механикам, изобретателям, рационализаторам. За это дело взялся механик подшипникового завода Александр Иванович Соколов. Он тогда не знал и не подозревал, что над конструкцией «механической руки» уже несколько лет работал сталинградец Иночкин.

А. И. Соколов был участником строительства подшипникового завода. Незадолго до его пуска его послали для практики в Италию, в город Турин, на завод фирмы «РИВ».

Соколов внимательно изучил методы работы на этом передовом капиталистическом предприятии, и ему, конечно, не могло не броситься в глаза то, что роль рабочих на этом заводе сведена к положению придатков к машинам.

В Коломне, на старом машиностроительном заводе, на котором Соколов учился и приобрел профессию, каждый рабочий имел свое индивидуальное лицо, гордился своим умением.

На заводе «РИВ» лицо рабочего, за редкими исключениями, было стерто. Квалификация рабочего имела относительную ценность.

И так было не только у «РИВа». Со слов итальянцев, работавших у Форда в Детройте, Соколов узнал, что там, в Америке, квалификация, знания рабочего больше не нужны. Только тренировка. Рабочий должен проделывать лишь ограниченные заученные движения, и ничего больше.

«Капиталистам требуются шимпанзе», - говорили итальянцы.

Передовая техника и... шимпанзе.

Соколова не покидала мысль доказать, что рабочий создан не для того чтобы миллионы раз повторять одни и те же движения, а для более осмысленного труда.

После возвращения из Италии Александр Иванович Соколов оказался вовлеченным в круговорот текущих дел по освоению производства. Труды Соколова были высоко оценены правительством: за успешное освоение производства его наградили орденом Ленина. Немногие удостоились такой награды.