Навалилось как-то все сразу. Неожиданно и жестоко.

Однако на фоне ранее пережитого, от которого раны на сердце еще не зарубцевались, двойная измена смазывается. Наверное, это естественная защитная реакция организма. Ведь в обратном случае я должна была бы немедленно умереть еще там, у двери в спальню.

А слезы, льющиеся сейчас по щекам… Ну так они просто пытаются смыть боль, отчаяние и тоску. Мне теперь нельзя быть слабой. Столько дел надо переделать.

Первое и самое главное — вычеркнуть предателей из своей жизни. Теперь уже навсегда.

Второе — понять и принять разочарование.

И последнее — утереть слезки и заняться поиском адвоката. Вплотную заняться. Не надеясь на помощь… на чью-то помощь.

Опять включаю ноутбук. Опять бесконечно перечитываю буклеты адвокатов. Везде одно и то же. Однотипные обещания и одинаковые гарантии.

Мозг устал. Сказывается бессонная ночь. Приходит спонтанное решение — сделать рандомно выбор. Просто из списка предлагаемых юридических компаний тыкаю пальцем на бюро «24/7». Исключительно в надежде, что мне ответят немедленно. А дальше — как пойдет.

Не откладывая ни на секунду, набираю указанный номер. Отвечает приятный женский голос. Морщусь. Не хочется иметь дело с женщиной. Сыта по горло «услугами» Жанны.

— Наша компания с удовольствием поможет вам…

Перебиваю:

— Мне нужен адвокат… (хочется добавить, что нужен именно мужчина, но сдерживаюсь) по бракоразводным делам.

— Да, конечно. Могу рекомендовать лучшего из наших юристов. Это Дубов Павел Федорович.

Голос в трубке подробно рассказывает о профессионализме и победах этого самого Дубова в самых сложных процессах. А мне представляется твердолобый угрюмый законник лет эдак под шестьдесят. Дуб, одним словом.

Справляюсь с негативными эмоциями, нарисовавшими далеко не приятный человеческий образ. Убеждаю себя, что мне нужен грамотный юрист. А все остальное — неважно.

Записываю адрес и время, когда смогу встретиться с этим супер-Дубовым. Устраивает только то, что можно пойти на прием сегодня же, прямо с утра.

Такое начало слегка обнадеживает. С одной стороны, радует, что не придется ждать очереди. С другой, — а вдруг это говорит о том, что к ним за помощью никто не обращается.

Ругаю себя за излишнюю недоверчивость. Решила сделать случайный выбор юридической компании, следовательно, остается поверить, что он окажется счастливым. И все у меня получится.

А эти предатели пусть не надеются, что смогут сломить меня.

Есть, конечно, у Жанны один козырь. Она знает о моей беременности и может рассказать об этом Климову. Но пока она не заинтересована в том, чтобы его использовать. Прекрасно понимает, что, узнав о ребенке, Костя не захочет разводиться со мной. Получается, не видать ей Климова. Значит будет помалкивать.

Лично мне ее молчание на руку. Надеюсь развестись как можно скорее и отвоевать компанию.

Но пока что все это только мои предположения. И что взбредет им обоим в голову, не ясно.

В прихожей на полу обнаруживаю несколько несвежих рубашек Климова. Ха! Жанночка не желает заниматься стиркой и глажкой?! Хорошо хоть носки и боксеры не бросили здесь.

Брезгливо приподнимаю каждую брошенную вещь и вышвыриваю через окно. Как ни странно, не испытываю при этом желания прижать их к лицу, чтоб уловить знакомый мужской запах, как делают героини в сериалах.

Мало этого, воодушевленная содеянным расставанием с вещами мужа, проделываю то же самое с постельным бельем, на котором спали предатели.

Уфффф! — вздыхаю с облегчением, наблюдая, как символически валяется оно на земле. — Ну вот и все! С прошлой жизнью покончено.

Начинается новый день. Да, новые проблемы, новые заботы. Придется решать самой множество вопросов. Но я справлюсь. И пусть мне повезет.

Окрыленная оптимистическим настроем, собираюсь немедленно начать новую жизнь. А именно: не откладывая встретиться с человеком, который, надеюсь, разберется в хитросплетениях, навороченных почти бывшим мужем и совсем уж бывшей подругой.

Как-то странно, что они по-быстрому собрались и чуть ли не сбежали. Испугались, что вызову полицию? Вряд ли. Наверное, все у них наперед было продумано. И ждали только удобного случая.

Однако Жанна, конечно же, меня поразила. Это же надо было так усердно поддакивать мне, сочувствовать и делать вид, что готова чуть ли не убить Климова. А сама?

Да и Климов, хитрец! Ему, видите ли, не нравится, что я общаюсь с Жанной. Ну конечно! Боялся, что она проколется. Даже уволил ее. Правда, это ведь только ее слова. Надо будет уточнить, действительно ли уволил. Не случайно же она с такой легкостью приняла увольнение.

Ложь, ложь и опять ложь!

Интересно, как долго они предавались любовным утехам, изображая любящего мужа и верную подругу? Сейчас это уже не очень-то и важно. Просто интересно, сколько времени я ходила в обманутых женах. Эта мысль еще долго будет сверлить мой мозг.

Плохо и то, что Жанна прекрасно знает все мои болевые точки. Ведь я была с ней предельно откровенна.

Да, похоже, легко не будет.

Но и сдаваться без боя не стану.

Еще посмотрим, кто кого.

Первое впечатление от Дубова не совсем чтобы плохое, но и особого восторга от знакомства с ним я не испытала. Скучный, мрачный, весь где-то в своих мыслях.

Сухо расспросил меня о сути. То и дело хмыкал себе под нос.

Подробнейшим образом остановился на причине развода и брачном договоре.

— Ндааа, — наконец выдавил он. — Теперь многое будет зависеть от того, кто из вас раньше подаст на развод с указанием измены в качестве основной из причин.

— Однако, — продолжил уже оптимистичнее, — в любом случае придется доказывать факт измены. И в вашем случае нет вообще никакой аргументации. Поэтому рекомендую не делать поспешных шагов в этом направлении.

Пусть супруг выкладывает свои козыри. А мы будем их опровергать.

И, как я уже подчеркнул, на первом этапе важнее не развод и его причины, а вопрос о компании. При этом если брачный договор будет признан нотариально заверенным, придется приложить усилия, чтобы опровергнуть его.

Дубов отошел к окну, долго смотрел вдаль и задал вопрос, к которому я была совершенно не готова.

— А как получилось, что вы отошли от дел?

— Да как-то само собой. Фактически по настоянию мужа. Но если быть до конца честной, то я с удовольствием отдала ему бразды правления. На тот момент мне казалось, что принесу больше пользы, обеспечивая супругу уют и поддерживая его морально.

Говорю об этом со стыдом, осознавая, что он признает это за детский лепет. Попутно ругаю себя на чем свет стоит. Но что произошло, то произошло. Профукала я все: и мужа, и компанию. Дурища!

— Это, конечно, чисто по-женски, — с упреком в голосе подытожил Дубов.

А я чувствую, как полыхают мои щеки. Стыдно. Ой, как стыдно.

А он, словно заметив мое раскаяние, решил подбодрить меня, вселить надежду.

— Значит так, не стоит расстраиваться раньше времени. Эта парочка, насколько мне стало понятно, уверена, что все у них получится. Странно только, почему Вам еще не прислали повестку в суд. Видимо, расслабились.

Ну, ничего. Мы пойдем другим путем. Сегодня же отправляйтесь в офис компании и затребуйте отчетность за последние три года. Уверен, что под любым предлогом получите отказ. Не отчаивайтесь, не включайте эмоции. Просто заявите, что желаете вновь встать во главе компании. Ведь, как я понял, никаких бумаг о передаче прав Климову Вы не подписывали?

— Нннет, только на словах. Хотя…

— Понятно, сомневаетесь. Вполне возможно, что когда-то могли подписать какие-то документы, не читая. Ведь так?

Горестно киваю.

Боже мой, как беспечно я жила! Сколько наделала ошибок.

— Ладно, ступайте. Будем решать проблемы по мере их возникновения. Но не откладывайте с визитом в офис компании.

Выхожу от Дубова далеко не с радужным настроением. Он прав. Если суд признает брачный контракт, я потеряю все.