— Никогда! Слышишь, Жанна, никогда мне не придет в голову мириться с таким негодяем, каким стал Костя.

Все еще всхлипываю. Но говорю убежденно. Даже сама верю своим словам.

— Понимаешь, я должна привыкнуть к тому, что нет больше НАС. Очень больно разочаровываться в человеке, который был самым лучшим. Сейчас я испытываю не обиду, у меня нет ненависти к бывшему мужу. В душе осталось только разочарование. И обида не на него, а на себя. Ведь это я не разглядела в нем черствого, грубого и алчного человека. Он казался мне самым добрым, самым нежным, самым любящим.

— Не ты первая, Агния. Людям вообще свойственно ошибаться. Главное все-таки сделать правильные выводы. И тебе это удалось. Ты молодец. А теперь пойдем завтракать. Тебе нельзя голодать, ведь теперь вас двое! Ты представляешь, Агния? В тебе уже растет маленький человечек. Думай о нем, а не о Климове.

— Да, конечно. Теперь только так и будет. Но… Жанна, а вдруг тест выдал ошибку? Я не переживу этого. Давай лучше сразу поедем в клинику, чтобы убедиться, что чудо и в самом деле произошло.

— Поедем, поедем. Вот поедим и поедем.

Наши планы быстренько позавтракать и отправиться к врачу нарушает новый звонок в дверь. Я вздрагиваю. Жанна напрягается. Переглядываемся. И она все-таки открывает дверь.

Ложная тревога.

Это заглянула соседка. Приблизительно одного с нами возраста. Но вся такая из себя — ухоженная, изнеженная.

— Жанночка, у вас было так шумно. Ты уж извини, я позволила себе заглянуть и справиться, не случилось ли чего.

— Нет, Лиза. У нас все нормально. Просто поговорили с одним молодым человеком на повышенных тонах. Ты уж извини, что нарушили тишину так рано.

— Ой, да ладно! Я уже не спала. А это твоя подруга?

— Ах, да! Познакомьтесь.

Мне было совсем не до знакомства. Да и вообще никого не хотелось видеть. Но Елизавета оказалась несколько даже назойливой и не в меру любопытной. Поэтому пришлось потерпеть ее присутствие, пока мы завтракали.

Кроме желания выпить с нами чашечку кофе, она, сделав свои выводы, напрямик высказала свои предположения относительно моего присутствия и случившейся шумной разборки.

— Бывший бушует? — обратилась она ко мне так, словно мы были знакомы давным-давно.

Услышать такой вопрос от малознакомого человека было очень больно. Почувствовала себя какой-то ущербной. Чуть ли не брошенной. Но внутри уже зрел протест. Перед собой.

Промямлив что-то в ответ настырной Елизавете, про себя подумала: И никакая я не брошенная. Сама ведь прогнала Климова. И вообще…

Теряя терпение и не желая выслушивать от Лизы сочувствие, поторопила Жанну:

— Так мы едем или кофеек попивать будем?

Мой тон охладил горячий интерес Елизаветы. И она, слегка даже надув свои и без того пухлые губки, чуть ли не обиженно попрощалась и ушла к себе.

Жанна же с восторгом смотрела на меня, словно открыла во мне что-то новое, необычное:

— Агния, я в шоке. Ты мне все больше и больше нравишься. Эта Елизавета очень дотошная особа. Избавиться от нее, когда ей хочется поболтать, практически невозможно. А ты ее враз обрубила. Мне кажется тебе самой нравится новое состояние. С Костей расправилась, Елизаветку выпроводила. Просто супер!

— Жанна, это я от страха. Во мне борются два состояния — страх перед будущим, и желание побороть его. А еще я сгораю от нетерпения поскорее убедиться, что тест выдал верный результат.

— А я почему-то уверена, что все подтвердится. Не может быть все плохо. Должно быть и что-то хорошее. Очень хорошее. А от страхов избавляйся. Стресс — не лучшее состояние для беременной.

Сидим перед кабинетом гинеколога. Я вся на нервах, как ни стараюсь унять волнение. Жанна, кажется, тоже переживает.

— Агаша… а если все-таки беременна, Климову скажешь?

— Что?! — успеваю произнести и слышу, что меня приглашают в кабинет.

Если честно, то я как-то даже не заморачивалась над этим вопросом. Конечно же, нет! Но я еще подумаю об этом позже. Сейчас вся в ожидании вердикта — ДА или… Нет-нет! Только ДА. Иначе…

Все происходит как в тумане. Правда, туман нежного розоватого оттенка. Мой гинеколог тоже потрясен и считает мою беременность настоящим чудом. Но Анна Алексеевна отказывается подтвердить сей факт только на основании результатов теста.

— А можно узнать, срок беременности? — с волнением спрашиваю Анну Алексеевну.

— Судя по тому, что тест на беременность дал положительный результат, можно судить, что срок может составлять более 5–8 суток.

Мое сердце при этих ее словах скатывается в пропасть. «Неужели именно в те злосчастные сутки?!»

— Ведь гормон ХГЧ вырабатывается не сразу после зачатия, а только после того, как яйцеклетка прикрепится к стенке матки…

Я не слышу ее слов. У меня в мозгу прочно прикрепилась одна мысль: «Значит, нельзя быть уверенной, что я забеременела от Кости».

— Поэтому я дам направление в лабораторию, чтобы убедиться в верности проведенного теста и проверить уровень ХГЧ.

— А точнее? Как можно узнать точный срок?

— Могу сказать только, что беременность имеет место быть. Точнее можно определить по УЗИ. Хотя я не рекомендовала бы сейчас проводить эту процедуру. Ведь визуализация плодного яйца появляется только на пятой неделе. На этом сроке не только подтверждается беременность, но и выявляются возможные врожденные отклонения в развитии плода.

Слушаю ее с огромным нетерпением.

— Анна Алексеевна, миленькая, мне очень-очень нужно знать срок зачатия.

— Хмм. Неужели в вашей ситуации это имеет принципиальное значение? Важно то, что беременность вообще оказалась возможной. Современные тесты хоть и гарантируют сиюминутный результат с определением точного срока, однако подтверждать их точность я не берусь. Поэтому вот что, милочка, давайте дождемся хотя бы времени, когда должны быть месячные.

— Так это уже завтра. У меня как часы — ровно через 28 дней.

— Нууу, в принципе, если хотите…

— Хочу! Очень хочу! Сейчас, немедленно. А потом, если надо, я сделаю повторное УЗИ.

Она смотрит на меня с улыбкой.

— Ладно. Вот направление на анализы крови и мочи. Ну и на УЗИ. Хоть я и не понимаю, к чему такая спешка. Но обязательно сдайте все анализы! — вынуждена буквально кричать уже мне вдогонку.

Пулей вылетаю из кабинета и, минуя Жанну, которая что-то спрашивает у меня, мчусь к узисту.

Нервы кричат — аврал! Сердце заходится от бешенного ритма. В глазах такое нетерпение, что врач просит меня успокоиться.

— Таааак, — испытывает он мою нервную систему на прочность, — значит беременность протекает нормально.

— А срок? Срок какой?! — смотрю умоляющими глазами.

— Нууу, недели три. Более точную информацию о развитии плода можно будет получить через две-три недели.

Я издаю шумный вздох облегчения и закрываю глаза с мыслью: «Костин…». И не тороплюсь вставать с кушетки.

— Вам плохо? — забеспокоился узист.

Смотрю на него, излучая величайшее счастье:

— Нет… мне очень хорошо.

Выхожу расслабленная, улыбающаяся и, наконец, чуть успокоившись.

— Что?! — встречает меня Жанна. — Все нормально?

— Более чем! Три недели! Ты понимаешь, о чем я?

— Еще бы! Значит, от Кости?

— Да… — не в силах более сдерживаться, сажусь на стул у двери кабинета. И тихонечко плачу от счастья.

Мысли не спеша возвращают меня к исключительно важному вопросу. А что бы я делала, если бы это произошло не три недели назад? Неужели избавилась от подаренного мне чуда?

Нет, конечно. Но измучила бы себя сомнениями до самой даты рождения малыша. Безусловно, даже если бы срок еще не определялся, я все равно была бы счастлива. Просто мрачные мысли, наверное, нет-нет да и напоминали мне ту ужасную ночь, а точнее утро в отеле.

Теперь же я думать об этом не хочу и не буду. С Костей мы все равно разводимся. Но зато отпадает необходимость думать о том, что отцом моего ребенка мог оказаться случайный мужчина. Если таковой вообще был…