— С каких это пор ты танцуешь? — спрашивает она удивленно.

— С тех пор, как встретил тебя.

Она обхватывает руками мою шею, и мы качаемся вместе. Костер теплый с одной стороны, а океанский бриз прохладный с другой. Венди прижимается ко мне, пахнет кокосовым ромом и вишневым бальзамом для губ. Она напевает мелодию у моей ключицы, и я прижимаю ее крепче, потому что это последняя ночь, и я хочу запомнить каждую секунду.

— Ты действительно хорош, — говорит она.

— В танцах?

— В том, чтобы быть нормальным.

— Я стараюсь, — говорю я ей, наклоняя ее.

Она хватает меня за плечо с воплем, хотя я ни за что на свете не уронил бы ее.

— Предупреждай в следующий раз!

— Где в этом веселье?

Фэллон кричит со своего пледа:

— Пожалуйста, поженитесь!

— Не лезь не в свое дело! — кричит в ответ Венди.

— Ты — мое дело, подруга! Я никогда не видела тебя счастливее.

Я кружу Венди, и на этот раз она готова. Она выкручивается и вкручивается обратно и приземляется на мою грудь, положив руку на мое сердце. Свет костра мерцает на ее лице, и я целую ее в лоб, потому что могу. Потому что мы не прячемся. Потому что каждый человек на этом пляже может сделать фото и поделиться им с миром. Мне насрать.

Песня меняется, и больше пар направляются к нам. Кэл вытаскивает Сильви из походного стула, на котором они сидели, и она притворяется, что сопротивляется около двух секунд, прежде чем ее руки находят его шею. Дэйтон притягивает Саммер к себе.

— Это Саммер, его сводная сестра.

— Правда? — спрашиваю я.

— Да. — Венди наблюдает за ними с мягкой улыбкой. Я убираю волосы за ее ухо.

— Что?

— Я счастлива. Давно не была такой счастливой, — шепчет она.

Я притягиваю ее ближе и обнимаю. Мы качаемся, обнявшись, пока разговоры вокруг размываются.

Венди отстраняется, встречая мой взгляд. Одним пальцем под ее подбородком я осторожно приподнимаю его и скольжу губами по ее губам.

Кто-то свистит. Кто-то другой кричит нам, чтобы мы сняли номер. Венди показывает средний палец, не прерывая контакта, и я улыбаюсь ей в губы.

— Хочешь еще по одному? — спрашивает она, когда мы отстраняемся. — Или три?

— Я принесу.

— Возвращайся быстрее.

Я оставляю ее с Фэллон. Толпа у бара поредела, большинство сейчас у костра. Я тянусь за кувшином «Врежь Мамочке», когда Миа встает рядом со мной.

— Привет, Дайсон. — Она спокойна так, что говорит мне, что она ждала этого весь вечер.

— Привет, Миа.

Она усмехается.

— Слышала, это ты была причиной того, что фото нас с Венди разлетелись по всему гребаному интернету.

— Технически я их не выкладывала. Но я знала, что ты что-то скрываешь. Это было очевидно в день, когда ты вошел в гостиницу в этих часах. Очень приметно. — Она отпивает из своего стаканчика. — Немного поисков — и все. Тебе следовало бы серьезно подумать о том, чтобы не использовать свою настоящую фамилию.

— Спасибо за советы. Но это никогда не было проблемой до тебя.

— Пожалуйста. Теперь тебе не нужно прятаться.

— Это было не твое решение, — говорю я.

— Возможно, нет. Но когда ты на публике, тебя может записать или сфотографировать кто угодно. — Миа поворачивается и смотрит на Венди, которая улыбается так широко. — Теперь она знает правду. Гостиница забронирована до декабря, а вы медленно танцевали у костра, будто вы главные герои какого-то гребаного любовного романа. Так что... — Она допивает свой напиток. — Я помогла, — говорит она гордо.

Я изучаю ее.

— Твои действия могли привести к катастрофе.

— Конечно. Но я верила, что ты поступишь правильно. — Миа ставит свой пустой стаканчик на стол. — Ты должен мне, Бэнкс.

— Да?

— Ты знаешь, что должен, и я обязательно воспользуюсь этим, Мистер Миллиардер. Я усмехаюсь.

— Тебе стоит радоваться, что ты мне нравишься.

— Потому что у меня лучшие рекомендации книг. — Она один раз кивает и возвращается к парню, с которым была. Он без колебаний обнимает ее за плечи. Я перевариваю, как меня переиграла женщина, которая любит подкалывать меня без малейшего сожаления.

Я нахожу пустые стаканчики с нашими именами и наполняю их. Она берет свой и читает мое лицо.

— Что?

— Это «Врежь Мамочке». Аккуратнее.

— Блядь, Картер... то есть Дайсон. Фух.

— Называй меня как хочешь, малышка.

Венди смотрит через костер на Мию, которая поднимает свой стаканчик в небрежном тосте. Венди качает головой, но уголок ее губ приподнимается.

— Что она сказала?

— По сути, не выходи на публику, если не хочешь, чтобы фото выкладывали. Ей было насрать на то, что она сделала, — говорю я со смехом. — Джози была пешкой и понятия не имела.

Венди качает головой.

— Я разберусь с Мией позже. Сегодня ночь наша. Она хватает меня за руку и тянет обратно к музыке.

Мы покачиваемся под музыку, пока костер не догорает. Кто-то разжигает его снова, и мы продолжаем.

Около одиннадцати Миа и Люк исчезают вдоль пляжа, не попрощавшись. Саммер спит на плече Дэйтона, и он не двигался уже сорок пять минут — потому что движение означало бы признание того, что ему не все равно. Фэллон и Трэвис болтают на пледе у воды. Кэл бормочет что-то Сильви, которая смеется до упаду.

Венди зевает.

— Готова? — спрашиваю я. — У нас был долгий день.

Она смотрит на меня. Свет костра заставляет ее лицо сиять.

— Еще одну песню.

Я держу ее все три минуты.

Когда песня заканчивается, она берет меня за руку, и мы идем по тропинке обратно к гостинице. Луна в форме тако висит над водой. Позади нас костер сжимается до оранжевого свечения. Музыка затихает, пока не остается только бас.

— Сегодняшний вечер был идеальным, — говорит она. — Спасибо, что пошел.

— Было очень весело. — Я поднимаю руку, притягивая ее ближе к себе, пока мы идем остаток пути. Внутри холл темен, не считая лампы с ракушками в углу.

Мы поднимаемся по лестнице в номер «Замок Из Песка».

Она поворачивается в дверном проеме и прижимается лицом к моей груди, обнимая меня.

— Поспишь со мной в моей кровати?

— Нет места, где я хотел бы быть больше.

Мы раздеваемся и забираемся между простынями, слегка пьяные и обессиленные после долгого дня. Она переворачивается на бок, и я притягиваю ее к себе. Мое лицо утопает в ее волосах, и я вдыхаю кокосовый шампунь и легкий запах дыма от костра.

Венди засыпает раньше меня. Ее дыхание замедляется, и ее тело расслабляется в моих объятиях.

Как раз когда я закрываю глаза, мой телефон вибрирует на тумбочке. Я осторожно тянусь к нему, не желая разбудить ее. Экран светится в темной комнате.

Я смотрю на экран. Курсор мигает в поле для ответа. Венди прижимается ко мне во сне. Я блокирую телефон и кладу его экраном вниз на тумбочку.

Завтра все изменится.

Я просыпаюсь одна и улыбаюсь.

Простыни рядом холодные, значит, его нет уже некоторое время. Этот мужчина бегает каждое утро как по часам, и даже похмелье после «Врежь Мамочке» этого не изменит.

Я потягиваюсь на матрасе и смотрю в потолок.

Сегодня тот день, который я отсчитывала месяцами. Третье августа. Дедлайн соглашения, которое мы заключили в начале лета.

Я знаю, что чувствую к Дайсону, уже неделями. Может, дольше. Я берегла свое сердце за ужином на Острове Черепах. Я берегла его у костра, когда он танцевал со мной и целовал на глазах у всех. Я держала эти три слова прошлой ночью, когда его рука сжалась вокруг меня во сне.

Он должен знать, что я чувствую.

Сегодня я скажу Дайсону Картеру Бэнксу, что я глупо влюблена в него. Я хочу быть с ним без условий и дедлайнов. Он заслуживает знать, что я действительно люблю его.

Я встаю с кровати и быстро принимаю душ, надеясь успеть в «Капитанский» до его возвращения. Я быстро вытираю волосы полотенцем и натягиваю свободные штаны и футболку. Улыбка на моем лице, кажется, стала постоянной, когда я поднимаюсь по лестнице в его комнату.