В этот момент на веранде нашего дома появляется Димка. Он в домашних брюках и футболке. В руках у него пачка сигарет и пепельница.

Я лишь мельком смотрю на него. И всем своим видом даю осознать, что не рада.

Однако Димка садится на плетёный стул, ставит на столик пепельницу. Опирается локтем.

- Ань, - говорит.

Я всё слышу. Хоть я и в наушниках. Но те прикрыты волосами. Так что Димка не в курсе. И продолжает вещать.

- Ань, я хотел рассказать, как всё вышло. Я понимаю, что тебе это неприятно будет слышать. Но я должен, пойми! – он делает вдох. Я слышу, как чиркает зажигалка, как скворчит сигарета.

Вокруг тишина. Середина июня. Мы собирались поехать в июле к его младшему брату, на Чёрное море. Летом ездим туда, а зимой – к старшему брату, в Сургут. А теперь…

- В общем, - продолжает Зимин, - Я сначала просто читал об этом. Потом наткнулся на один сайт. Ну, там разные практики. Доминирование, и прочее… В общем! Думал, как-то тебя посветить в это всё. Ну, рассказать, что мне нравится. Я понимал, что ты сначала ужаснёшься. Ну, что сразу нельзя вот резко. Думал, как-то элементы внедрять. Ну, чтобы позы сначала, а потом уже манипуляции всякие, и атрибутика. Ну, и, в общем… Я так втянулся в эту тему. Стал переписку вести с одной женщиной. Она доминант, ну, что значит, верхняя. В общем…

Дальше слышится вздох. Я продолжаю сидеть в позе лотоса, еле дыша. И вся обращаюсь в слух. Даже порами слышу дыхание мужа.

- Я стал общаться, вникать. Это была просто переписка, не более! Но как-то раз, в момент… В общем, в самый пикантный момент, меня застала Людмила. В общем, я такую штуку купил… Ммм… Ну, как бы тебе объяснить? Это в целом довольно распространённая вещь, используется в сексуальной игре между партнёрами. Я хотел предложить тебе попробовать, но сначала попробовать сам. Короче, это такой зажим… Как кольцо! Он надевается на… Ну, в общем, ты поняла. И там ещё есть такой пультик, он подключён, в общем… Не суть важно!

Я ощущаю, как затекли ступни. Но продолжаю сидеть неподвижно, как струна. Как будто я статуя, а не живой человек.

Зимин продолжает:

- Людмила, она… Тоже в теме. Даже на этом же форуме сидит. Только в качестве верхней. Ну, слово за слово! Я ей признался во всём. Что стыжусь, что не решаюсь. Но очень хочу… Я понимаю, как это звучит, Ань! Но мне было так проще. Проще с ней, чем с тобой. Для неё всё это не ново. Она с полуслова меня поняла. И вот это всё… Всё то, чего я стыдился, всё, что прятал, смогла воплотить.

Я не двигаюсь. Только сглатываю слюну, которой накопилось во рту. Хорошо, что глаза закрыты, так проще сдержать волну слёз…

- Ань, - я слышу, как он скрипит стулом, подаваясь вперёд, - Я всегда представлял тебя вместо Люды. Всегда! Каждый раз. И каждый раз думал, что вот, завтра, признаюсь. Вот, завтра. Но потом я видел тебя, такую нежную, ранимую, мою родную девочку… Я даже не мог представить себе, как смогу попросить тебя… Не знаю! Сесть на лицо, обозвать меня гадко, унизить. Это же всё просто игры постельные, Ань? Настоящее – это мы с тобой, наша семья. Наши дети! Если бы я мог вычеркнуть всё это… Если бы я знал только…

В какой-то момент, излив в пустоту откровения, он понимает, что я никак не реагирую на это. Встаёт и подходит.

Чего мне только стоит при этом сохранять неподвижность и не открыть глаза! Я не вижу, но чувствую, как он опускается рядом со мной на корточки. Его тень загораживает уходящее солнце, которое вижу сквозь веки.

- Ань, ты меня слышала? – его ладонь отодвигает в сторону волосы с моей щеки. Он видит наушник и хмыкает, - Ясно!

Я делаю долгий-долгий выдох. Он, в самом деле, долгий, так как воздух, который скопился внутри, требует выхода.

- Ты что-то сказал? – открываю глаза. И делаю вид, что не слышала. Вынимаю наушники.

Димка сидит напротив меня и внимательно смотрит:

- Да так.

Он уходит, а у меня по спине сползает капелька пота. Я вспоминаю наш секс. Наш последний с ним секс. То, как долго он мог не кончать. Как закрывал глаза, приближаясь к оргазму. Вероятно, представлял себе в этот момент не меня, распластанную под ним на кровати, а… нечто совершенно другое. Ведь его возбуждала не я.

Слёзы бегут по щекам. Мне казалось, у нас всё в порядке. Да нет же! Я была в этом уверена на все сто процентов. Могла ли я знать…

Я долго сижу неподвижно на веранде. Как будто приросла к этому месту.

Затем поднимаюсь и, прихватив полотенце, иду внутрь. Проходя мимо гостиной, я слышу его бормотание по телефону. С кем он говорит?

Я прислоняюсь к стене и внимательно слушаю…

- Да! Нет… Нет, тебе лучше сейчас не предпринимать никаких действий. Я пытался! Я ещё раз попробую… Насчёт тебя пока не спрашивал… Люда, пойми, ей нужно время! У неё просто шок. Ты бы как повела себя на её месте? Мы облажались! Мы просто с тобой облажались.

Я ничем себя не выдаю. Ходить бесшумно – моя привилегия.

- Летаешь по воздуху, - так говорил Зимин.

Не в пример мне, Люда вечно топала, как бронтозавр. Как он там сказал? Доминировать? Да, уж! Из меня доминант никудышный. А вот из Людмилы…

- Нет… О разводе пока не говорила. Люд! Я перечислю на счёт… Не волнуйся. Нет, дети у бабушки… Завтра. Я передам! Поцелую обоих.

В какой-то момент у меня возникает довольно острое чувство, что я – лишняя в этом уравнении. Он говорит с ней, не со мной. Она просит его поцеловать наших детей. Моих детей! И мои дети привязаны к ней накрепко. Ещё неизвестно, как близнецы отреагируют на отсутствие дома Люси.

Слёзы опять застилают глаза. Мне охота исчезнуть. И я ненавижу её сейчас больше, чем мужа! У неё нет своих детей, так она решила присвоить моих. У неё нет мужа, и она решила забрать моего.

«Она с полуслова меня поняла», - вспоминаю отрывок из его пламенной речи. С полуслова! Его. И детей с полуслова. А я? Кто такая я в этом доме? И кому я нужна?

Ухожу наверх, закрываюсь в ванной. Включаю воду. И плачу. Развод. И пускай идёт к ней. Пусть живут вместе! Я добьюсь опеки над детьми. Заберу у него этот дом. Прокормлю себя. А на детей он будет платить алименты. Вот и всё. И сказочке конец. Мой принц оказался извращенцем. Остаётся надеяться, что эта дичь не передаётся по наследству.

Глава 6. Неси крепыша

На следующий день я вижу не только вывеску, но и шары. И не просто шары! А шары в форме стакана с пивом. Контингент соответствующий. Сплошь мужчины. Кто-то приехал на байках, которые припаркованы тут же. В честь чего я решаю оставить свой транспорт в стороне от этого безумия.

- Итак, девочки! Все в сборе? Начнём? – говорю, заходя в зал для йоги.

Сегодня моя группа. А вообще, у нас есть ещё два тренера. Работаем по переменке. Есть йога для беременных, а также для начинающих.

Мой курс йоги для знатоков. Здесь, в нашей маленькой группе, уже все свои. Мы вместе начинали, еще, будучи малознакомыми друг другу. А теперь дружим с некоторыми, довольно тесно.

- Анют, а что это за контора у нас по-соседству открылась сегодня? – интересуется Инга, моя ровесница.

- Она не сегодня открылась, - бросаю я коврик на пол, - Они уже все выходные гуляют! Девочки со вчерашней группы сказали, что просто невозможно сосредоточиться.

- Нет, ну надо с этим что-то делать! – возмущается Женя, которая чуть старше нас всех.

- Ну, а что ты сделаешь, Жень? Неотёсанные мужланы! Они даже не поймут, о чём речь, - говорю я.

Включаю музыку, делаю чуть громче обычного. Хотя за стенкой так орут, что даже этого мало. Сажусь на коврик и принимаю асану.

Хватает меня ненадолго. Сосредоточиться не получается, от слова совсем! Какая уж тут медитация, если они ещё и врубили какой-то тяжёлый рок?

- Нет, ну это уже, ни в какие ворота, - шепчу себе под нос, и, решительно встав, направляюсь к двери.

- Ты куда, Ань? – интересуются девочки.

Они тоже поднимаются, все, как одна.

- Пойду, попробую успокоить! – придаю себе решимости. Но колени дрожат. Сколько их там? И в каком они состоянии? Пьяные, небось?