- Значит, деньги? – предполагаю.

- Наверно, - он пожимает плечом, - Как говорится, были бы деньги, а остальное приложится. Ну, я мало времени им уделял. Ну, им с сыном! Ну, Ленка меня ревновала. Решила проверить. Тупо, конечно! Подружку свою заслала.

- Это как? – недоумевающее хмурюсь.

Паша смеётся:

- А так! Сидим как-то раз с приятелем в баре. Ну, зашли, чисто расслабиться после работы. Пивка попить. Ну, так вот! Подкатывают к нам девчонки. Одна прям так и липнет ко мне. Ну, а у нас с Ленкой секса уже хрен знает, сколько не было нормального.

Я слушаю внимательно, а Паша немного краснея, уточняет:

- Нет, ну, в целом секс был. Но такой, знаешь? На отвяжись. Мне всегда приходилось выпрашивать. Как милостыню, блин! Ну, я держался, нормально. Всё понимал. Сам уставал, не до этого. А тут как бы выпили оба, ну и эта девчонка лезет ко мне, недвусмысленно так намекает на серьёзные обстоятельства. Ну, я и подумал… А что? Типа, разок на стороне. Переспали и разбежались. Даже имя её не запомнил.

- Переспали?! – вылупляю глаза на него.

Пашка стыдливо поджимает губу. И, глядя в пол, кивает отрывисто.

Я выдыхаю шумно, как будто всё это время держала воздух в себе.

- Ну, а чего она лезет? Чуть ли не прямым текстом мне предлагает по-быстрому! – тут же начинает он оправдываться, как будто я обвиняю.

- И она, естественно, рассказала об этом жене? Ну, в смысле, подруге своей?

- Да, конечно! – усмехается Павел, - Правда, подругами они быть перестали. Ну, она не сказала, что прям переспали. Просто намекнула, что я как бы готов был на сто процентов. Мало того! Она так всё обставила, как будто я сам к ней полез. Ты прикинь?

Я смотрю на него, закусив губу.

- Ну, я жене и ляпнул, что типа твоя подруга та ещё шлюха! В общем, сам сознался.

- Из-за этого развелись? – болезненно хмурюсь.

- Да, это было уже, наверное, последней каплей, - бросает Паша.

- А ты с этой подругой общался потом? – интересуюсь.

Он усмехается, прячет глаза:

- Спал пару раз. Ну, а что? Хотя бы какая-то компенсация.

Я не могу сдержать смех.

- Мужчины!

- Нет, ну а что? Я ж не насиловал! – объясняется Паша.

Ну, вот. Я снова забыла о своих проблемах. Под действием его рассказов мои мысли сбиваются в кучу и прячутся в угол, до лучших времён.

Мы сидим, развернувшись друг к другу. Я на коврике, а он просто на полу, подогнув одну ногу, а вторую вытянув.

На перилла веранды садится бабочка. Махаон, наверное? Я любуюсь ею. И не замечаю, как Пашка внимательно смотрит на меня. Ощутив его взгляд, вздрагиваю.

Он отводит глаза:

- Хорошо, - и шумно втягивает в себя воздух.

- Спасибо тебе за рассказ, - улыбаюсь, - Мне полегчало.

- О чужих проблемах слушать всегда интересно, - простодушно говорит он, - А ты, если захочешь, расскажешь потом о своих. Я с удовольствием послушаю!

Он подмигивает мне, и я снова улыбаюсь. Странно, что в этом человеке, при первой нашей встрече, я не обнаружила ничего интересного. А сейчас вижу.

Поднимаюсь и собираю вещи с веранды. Если дождь пойдёт, чтобы не намокли.

Паша тоже встаёт, разминает мышцы.

- Ты это…, - говорит он, - Кольца кальмаров солёные любишь?

Я пожимаю плечами:

- Не знаю, а что?

- Да у меня там остались, просрочка. Не, ты не волнуйся! Там буквально пару недель. Они же сушёные, что им сделается? Просто продавать уже не могу, а выбрасывать жалко.

- Ну, если жалко, давай, - улыбаюсь.

Он выносит мне пакетик с закуской.

- Жалко, пиво не любишь, а то они хорошо под пивко!

Я качаю головой:

- Спасибо, боюсь растолстеть!

- От пива? Не смеши меня! – щурится Пашка, и, окинув взглядом себя, произносит, - Ты на меня не смотри, я такой от рождения.

Глава 14. Спокойной ночи

Как-то вечером, когда я уже собираюсь ложиться, в спальню заходит Димка. Я удивлённо смотрю на него. И на подушку в его руках.

- Разговор есть, - говорит он.

- А подушка тебе зачем? – уточняю.

Он смотрит на место сбоку от меня, которое пустует вот уже вторую неделю.

- Ну… думал, а вдруг?

Я машу головой и демонстративно взбиваю свою подушку, уложив её аккурат посередине.

Димка подходит и садится на край кровати:

- Слушай, Ань! Я в общем… Короче, я записался к сексологу. Ну, это такой врач, который занимается расстройствами сексуального поведения. И всякими там проблемами интимной сферы.

Я одобряю:

- Молодец, так держать!

Но это не то, о чём он хотел рассказать, очевидно.

Димка, глядя на пододеяльник, где в стиле жаккард вышиты розы, добавляет немного стыдливо:

- А ты не могла бы пойти со мной?

Я усмехаюсь:

- Ты боишься один?

Он, сдерживая раздражение, закрывает глаза. Кадык ходит по шее вверх-вниз.

- Не бойся, Димочка, это не больно, - продолжаю стебаться, - Дядя доктор просто оценит твоё состояние по пятибалльной шкале. Где «один» - абсолютно нормальный, а «пять» - абсолютный извращенец. Интересно, каким будет твой результат?

Я задумчиво поднимаю глаза к потолку.

Слышу, как муж выдыхает:

- Ань! Прекрати.

Я опускаю глаза на него. Он взбешён. Но мучительно держит в себе это бешенство.

- Там просто нужно вдвоём с партнёром прийти, чтобы результат был достоверным, и лечение действенным.

- Да что ты? – удивляюсь притворно, - Ну, тогда позвони Людмиле. Она же твой партнёр, а не я.

Я принимаюсь разглаживать простынь и готовить себе лежбище. Всячески давая понять ему, что разговор закончен. Но это для меня он закончен. А для Димки нет…

- Я хотя бы что-то делаю, а что делаешь ты? – слышу.

И замираю:

- В смысле, что я делаю?

- В прямом, - цедит он, - Я хочу сохранить семью, сохранить наш брак. И я над этим работаю!

- Так усердно, - вздыхаю, всплеснув руками, - Уже целый год. Не устал?

Он сглатывает и вновь закрывает глаза. Хоть бы разок выплеснул свой гнев. Даже любопытно, увидеть мужа в гневе.

- Ты только издеваешься, и даже не пытаешься понять, - произносит с нажимом, - Ты разрушаешь всё своими руками, Аня!

- Я?! – недоумённо смотрю на него, - Это я разрушаю?

- А что ты, по-твоему, делаешь, если не разрушаешь? – входит он в раж, - Ты ссоришься с детьми, ты увольняешь Людмилу, ты напиваешься с каким-то отрепьем…

- Они не отрепье! Они нормальные люди! Не то, что ты, с лицом интеллигента, а в душе с гнильцой! – прерываю его на полуслове.

Почему-то обидно за Пашу и его друзей. Да, возможно, они не ездят на крутых джипах, и у них нет таких шикарных домов. Но это не делает их плохими людьми, недостойными, как минимум, уважения.

- Ты всё назло мне делаешь, - цедит Димка сквозь зубы, - Всё! Мне! Назло!

- Да кто ты такой, чтобы я на тебя злилась? – говорю я и злюсь.

- Я твой муж! – вырывается криком.

- Муж! – усмехаюсь, - Который спит с домработницей! И прикрывает свою измену длиной в целый год каким-то там расстройством…

Я не замечаю… Мы оба не замечаем, как переходим на крик. Позабыв обо всём. В том числе, и о детях. А дети здесь, на втором этаже. И если малыши уже спят, то старший сын обычно так рано не засыпает…

- Максим? – шепчу я одними губами. Прочитав по губам, Димка тоже поворачивает лицо к двери.

Там Макс, застывший в проёме. В свободных домашних штанах и без майки. Он, приоткрыв рот, смотрит, то на меня, то на папу.

- А ты… по-чему не спишь? – глупо хмыкаю я, в тщетной попытке стереть всё, что было озвучено.

Максим сглатывает и проводит рукой по животу, как будто у него там спазм какой-то:

- Зашёл пожелать спокойной ночи.

Я смотрю на мужа. Мой взгляд умоляет: «Скажи что-нибудь».

- Макс, - произносит он, - Всё, что ты слышал сейчас…

- Я ничего не слышал, - настойчиво говорит Максим.

Но ведь слышал! Он, наверняка, слышал всё? По глазам вижу…