— Вайн, — кивнул учитель кому-то с из класса. — Выведи его. Пусть проветрится и успокоится.

Когда Джейсон вышел, его рюкзак всё ещё лежал на парте. Я скинула его на пол и с гордо поднятой головой заняла освободившееся место. Пальцы дрожали, сердце колотилось как у кролика, но я заставила себя сесть прямо, не сгибаться, не показывать, как сильно меня трясёт.

Джейсон

Я сидел в пустом классе для медитации, сжимая кулаки. Щека горела от её удара. Сука.

Отец бил меня. Всегда. За любую ошибку, за непослушание, иногда просто за то, что я дышал. Я привык. Теперь я вырос, и это случается реже. Но не потому, что он стал мягче. Просто я стал сильнее.

Но чтобы какая-то мелкая, безродная девчонка и при всех?

Провёл пальцами по губам, там, где пришёлся её удар. Кровь. Слизнул, чувствуя металлический привкус на языке, и в груди что-то глухо зарычало. Она ещё не знает, что значит пролить эту кровь. Но узнает. И я сделаю так, что запомнила.

Она посмела смотреть на меня так, будто я был пустым местом. Это раздражало больше, чем сам удар.

Прокручивал в голове её лицо. Тусклые русые волосы. Розовые губы, сжатые в тонкую линию. Родинка под левым глазом. Обычная. Ничего особенного. Но я запомнил каждую черту. До последней чёртовой ресницы.

И запах. Трава. Снег. Что-то живое, правильное. Он всё ещё стоял в носу. Втянул воздух, будто надеялся снова его ощутить.

Ударил кулаком в стену. Кровь на костяшках отрезвила.

«Ты будущий альфа, Пейкерман. Никто не смеет бросать тебе вызов».

Повторил это про себя. Потом вслух. Пока не перестало трясти от ярости.

Джули

— Итак, для новенькой позвольте представиться. Меня зовут Лоуренс Уэллс, я преподаю алгебру и курирую ваш факультет. Мисс Андерсон, задержитесь после уроков.

Когда класс опустел, я осталась одна перед его столом. Уэллс молча протянул мне листок.

— Ознакомьтесь. — Вот, возьмите расписание, определитесь с факультативом в течение трёх дней. Следующее занятие — физкультура. Форма в шкафчике 24. Вот ключ. Учебники на портале. Всё, — отчеканил Уэллс, и в его голосе послышалась усталость от повторения этих слов сотни раз.

— Спасибо, — кивнула я, направляясь к выходу.

— И ещё, — услышала за спиной. — Учитывая ваши обстоятельства... ради вашего же блага, не стоит провоцировать учеников этого заведения. Особенно таких, как мистер Пейкерман.

— Хорошо, — едва слышно выдохнула и пулей вылетела из кабинета. Слова Уэллса застряли где-то внутри, оставляя неприятный осадок, будто я проглотила горькую пилюлю.

Через десять минут, держа путь в раздевалку, я уже перечитывала странные названия предметов. «Основы линейных функций и изучение бизнеса», «Уникальные потребности и возможности», «Оценка риска и неопределённостей в мире, где существуют охотники». Охотники? Решила, что это опечатка или шутка.

Этот кошмарный первый день никак не хотел заканчиваться. Казалось, все клише неудачных дешёвых сериалов про студенчество решили обрушиться на меня разом. Поэтому вполне закономерно, что в раздевалке ждал сюрприз. Чёрный спандексный комбинезон. Ткань обтягивала каждую линию тела, не оставляя места для стеснения. В нем я чувствовала себя голой. Иронично, учитывая, что на мне было больше одежды, чем на пляже. Я заставила себя зацепиться за этот абсурд и успокоиться.

К моменту моего прихода здесь почти никого не осталось. Тишина гуляла между скамейками, и я наконец позволила расслабилась. Было приятно переодевать, не чувствуя на себе чужих взглядов. Потому что похвастаться мне было особо нечем. К моему неудовольствию, в числе двух задержавшихся была та самая блондинка с холла и ещё одна девушка с каре и красивыми ярко-розовыми прядями.

Я села на скамейку и стала зашнуровывать тяжёлые ботинки, которые шли в комплекте с формой. Но выходило плохо.

— Привет, Джули, — рядом уселась девушка с каре. — Непривычно, да? — указала она на обувь, которую я тщетно пыталась привести в человеческий вид.

— Странная у вас форма.

— Зато для полосы препятствий самое то. Я Элис, друзья зовут Эл. — улыбнулась она. — А ты, смотрю, уже успела подружиться с мистером Совершенство? Видела, как ты врезала ему при всём классе. Хороший удар, кстати, — она немного помолчала и добавила: — Только вот Пейкерман не из тех, кто прощает такие вещи.

Элис говорила буднично, почти весело, но в её глазах мелькнула тень беспокойства быстрая, едва заметная, как рябь на поверхности воды.

— Если что, я не из его свиты «Джейсон, трахни меня немедленно». В отличие от Кристины.

Проследила за её взглядом. Кристина стояла у зеркала, выполняя наклоны вперёд-назад, разминаясь. Её движения были отточенными, плавными, будто она знала, что за ней наблюдают, и наслаждалась этим.

— Она уже успела тебя зацепить? — тихо спросила Элис, заметив мою реакцию.

— Можно и так сказать, — буркнула в ответ.

— Слушай, — Элис оглянулась и понизила голос, застёгивая молнию на форме. — Тебе нужно кое-что знать. Здесь не принимают просто так.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты носишь дорогую одежду и живёшь в особняке. Но для них ты всё равно никто. Понимаешь? — Она кивнула в сторону Кристины, которая теперь поправляла макияж. — Её отец член Совета. Как и отец Джея. Здесь всё держится на крови и деньгах — годами, десятилетиями. А у тебя?

В её словах не было злости. Она не осуждала меня, скорее пыталась предупредить и помочь.

— Я справлюсь, — огрызнулась, чувствуя, как внутри поднимается глухое, защитное раздражение.

Её слова всё ещё звенели в ушах, когда мы вышли на стадион. Солнце нещадно слепило глаза, воздух обжигал холодом. В центре поля стоял мужчина. Двухметровый амбал с бритой головой и квадратной челюстью, которая, казалось, была высечена из гранита. Примерно так обычно выглядели вышибалы в ночных клубах. Не то чтобы я бывала в таких, но видела достаточно фильмов, чтобы знать.

— Что вы там тащитесь, как две сонные мухи? — рявкнул он басом.

— Кажется, Мясорубка сегодня не в настроении, — вздохнула Эли. — Это наш тренер. — А потом девушка схватила меня за руку и потащила к тому концу поля, где стоял преподаватель.

— Живо в строй! — гаркнул он, едва мы приблизились. — Сегодня работаете в парах. Новенькая, ты с Джейсоном.

— Отлично, — сквозь зубы выдавила я.

Джейсон молча кивнул в сторону поля.

— Пошли, — бросил он.

Форма у парней была куда приличнее: спортивные штаны и хлопковая футболка. Мой чёрный комбинезон не оставлял места для фантазии. Я чувствовала себя неуютно и нервно озиралась по сторонам. Но, кажется, до моих скромных прелестей никому не было дела. Все уже разбились по парам и направились к препятствиям.

— Запомни, — надменно заявил Джейсон, когда мы оказались у лабиринта из деревьев и кустарников. — Никуда не лезешь и делаешь только то, что я говорю.

— С каких это пор ты здесь командир?

— По праву рождения, — буркнул он и исчез в зелёных зарослях.

Я шагнула следом. Но едва сделала пару шагов, как нога провалилась во что-то вязкое и чавкающее.

— Шевелись, — прозвучал из-за веток голос Джейсона. — У нас четырнадцать минут тридцать шесть секунд.

— Но учитель дал нам двадцать минут, если я правильно помню.

Внезапно чья-то хватка сомкнулась на моей руке, и меня рывком выдернули из цепкой жижи.

— Ошибаешься, — прорычал он, припечатывая меня спиной к колючей изгороди.

Шипы впились в кожу, оставляя горящие следы, но боли я почти не чувствовала. Только его грудь, прижатую вплотную. Бёдра, вдавливающие в изгородь. Дыхание, смешивающееся с моим.

Он навис сверху, заслоняя собой свет. Пульс стучал в висках. Его или мой, уже невозможно было различить. Ладонь скользнула по шее, сжала, притягивая ближе. Мешая вздохнуть. Я замерла.

— Я всегда первый. Четырнадцать минут и десять секунд, — сказал Джей скучающим тоном.

Его глаза медленно, оценивающе скользнули по мне сверху вниз.

— Такая мелкая, — протянул он низким, бархатным голосом, скользя пальцами от основания моей шеи до подбородка. Прикосновение было грубым, но тело предательски отозвалось мурашками. — Похожа на цыплёнка.