– Может, она вообще ни при чём, – пробормотала я. – Или сам Григорий подстроил, чтобы повесить на Никиту и заодно получить страховку. Или...

В дверь постучали.

– Да! – отозвалась, не оборачиваясь.

Дверь приоткрылась, в кабинет протиснулся Павел. В одной руке он держал чашку кофе, который просила по прибытию, а в другой какую-то бумажку. Его взгляд скользнул по доске, испещрённой моими каракулями, и брови поползли вверх.

– Ого, – присвистнул он. – Это у вас что, схема захвата вселенной?

– Это дело Оззи, – наконец повернулась и с благодарностью приняла кофе. – Спасибо. Ты просто святой.

– Знаю, – Павел скромно потупился, но тут же снова стал серьёзным. – Лиза, вы не устали? Может, сделаете перерыв? Выглядите... э-э-э...

– Как зомби после бессонной ночи? – подсказала, делая глоток. Кофе обжёг язык, но это было даже приятно. Хоть что-то, что возвращало к жизни.

– Я бы сказал «как утомлённый, но несгибаемый боец», – дипломатично поправил Павел. – Но да, мешки под глазами вас слегка выдают.

Я отмахнулась. Мешки под глазами были сейчас меньшей из моих проблем.

– Ты что-то хотел? – спросила, замечая, что он всё ещё мнётся у двери.

– Ах да, – Павел прочистил горло. – Главный прокурор просил зайти. Сказал, срочно.

Кофе замер на полпути к губам.

– Срочно? – нахмурилась. После нашего последнего разговора мне не особо хотелось снова видеть его испуганное лицо и слушать очередные увещевания «не связываться с Хвойным». – Не сказал, зачем?

– Нет. Просто просил передать, что ждёт вас сегодня. Сказал, дело важное.

Тяжело вздохнула. День только начинался, а я уже чувствовала, как на плечи давит невидимый груз. Дела, встречи, расследования, а теперь ещё и прокурор с его «важными делами». Наверняка опять будет уговаривать меня сдаться, пойти на сделку, не злить Хвойного.

– Ладно, – положила маркер на подставку и с сожалением посмотрела на недопитую чашку. – Схожу. В конце концов, хуже уже не будет.

– Хуже не будет, – эхом повторил Павел, но в его голосе уловила нотку сомнения.

~***~

– Елизавета Андреевна! – прокурор поднялся мне навстречу. – Спасибо, что зашли так быстро. Присаживайтесь. Кофе? Чаю?

– Благодарю, мне хватило, – опустилась на стул, внимательно следя за его мимикой. – Павел сказал, у вас срочное дело?

– Да-да, – прокурор засуетился, обошёл стол и почему-то присел на стул рядом со мной, а не в своё начальственное кресло. Это было плохим знаком. Очень плохим. – Дело, безусловно, важное. И, я бы сказал, приятное.

Я прищурилась. Приятных дел от главного прокурора я ещё не слышала.

– Нам пришло приглашение, – Анатолий Сергеевич достал из ящика стола конверт из плотной, дорогой бумаги. Золотое тиснение блеснуло в свете лампы. – На ежегодный приём в доме мэра.

Он протянул мне конверт. Я взяла его, всё ещё не понимая, к чему он клонит. Внутри обнаружилась открытка из белого картона, золотые буквы, приглашение на благотворительный вечер с фуршетом, музыкой и «неформальным общением в кругу уважаемых людей города».

– И? – подняла взгляд на прокурора.

– И так уж получается, – он развёл руками, – что я никак не могу присутствовать. В этот день у моей жены операция. Ничего серьёзного, – поспешно добавил он, заметив мой встревоженный взгляд, – плановая. Но я должен быть рядом. Вы же понимаете.

Я понимала. Но всё ещё не улавливала, какое отношение это имеет ко мне.

– Анатолий Сергеевич, – произнесла осторожно, – я вам искренне сочувствую и надеюсь, что с супругой всё будет хорошо. Но при чём здесь я?

Прокурор просиял, будто только и ждал этого вопроса.

– Я предлагаю вам пойти вместо меня, – выпалил он.

Пауза. Я моргнула.

– Мне? На приём к мэру?

– Именно! – он всплеснул руками. – Вы молоды, перспективны, умеете себя подать. К тому же, – его голос стал чуть тише, – там будут все. Весь цвет городской юриспруденции. Судьи, прокуроры, адвокаты. Полезные связи, Лиза! Это же шанс!

Я открыла рот, чтобы возразить, но он уже продолжил:

– Я понимаю, вы заняты. Дело Оззи, всё такое. Но подумайте сами – час-другой на приёме не повредит вашему расследованию. Зато какие возможности! Вы сможете пообщаться с нужными людьми, завести контакты, возможно, даже найти зацепки.

В его словах была доля истины. На таких мероприятиях действительно можно встретить тех, кто недоступен в обычной жизни. Бизнесменов. Чиновников. Жён олигархов.

Последняя мысль заставила меня замереть.

Жён олигархов.

– И когда, вы говорите, этот приём? – спросила, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно.

– Послезавтра! – прокурор просиял ещё ярче, почувствовав, что я колеблюсь. – Всего на пару часов. Вы придёте, покажете себя, заведёте пару знакомств. Это же не работа, это удовольствие! Ну и, – он слегка замялся, – заодно покажете, что наша прокуратура не лыком шита. Что у нас есть не только старые чиновники вроде меня, но и молодые, талантливые специалисты.

Я вздохнула. Внутри боролись два чувства: раздражение от того, что меня пытаются использовать как выставочный экспонат, и профессиональный азарт, который уже просчитывал возможные выгоды.

– Ладно, – сдалась. – Но только на час. У меня расследование.

– Час – это прекрасно! – Анатолий Сергеевич буквально всучил мне конверт. – Вот, держите. Здесь все детали. Дресс-код – вечерний. И, Лиза...

Он вдруг посмотрел на меня почти по-отечески.

– Будьте осторожны. Там будет и Хвойный. Я слышал, он постоянный гость на таких мероприятиях.

Мои пальцы сжали конверт чуть сильнее, чем следовало. Хвойный. Конечно. Куда же без него.

– Не волнуйтесь, – я поднялась, поправляя жакет. – Я справлюсь.

Глава 8

Глава 8

Лиза.

– Девушка, вы уверены, что не ошиблись адресом?

Охранник держал моё приглашение двумя пальцами, словно боялся испачкаться. Его взгляд скользнул по моему тёмно-зелёному платью, скромным туфлям на невысоком каблуке, причёске, которую я соорудила из своего каре за пятнадцать минут до выхода. Оценил. Взвесил. Забраковал.

– Я по приглашению, – повторила уже в третий раз, стараясь, чтобы голос звучал ровно, а не как у человека, который сейчас начнёт кусаться. – Там написано. Вместо главного прокурора.

– Да-да, я вижу, – он поднёс карточку ближе к глазам, пытаясь разглядеть следы подделки. – Только позвольте заметить, что главный прокурор обычно выглядит иначе.

– Он не смог прийти. У жены операция.

– Разумеется.

Мысленно уже досчитала до двадцати. Не помогло.

– Послушайте, – я шагнула ближе, – у вас в руках официальное приглашение с гербовой печатью. Мои документы удостоверяют, что я – адвокат. Если этого недостаточно, позовите администратора. Но не задерживайте меня на холоде.

Охранник поджал губы и кивнул второму – такому же громиле, но чуть пониже ростом. Тот взял приглашение, повертел в пальцах, поднёс к свету фонаря, словно проверяя водяные знаки.

– Вроде настоящее, – пробормотал он. – Но платье...

Мужчина не договорил, но я прекрасно поняла недосказанное. Платье было простым. Слишком простым для этого места. Купила его два года назад на распродаже в торговом центре – тёмно-зелёное, с открытыми плечами и скромным вырезом. Оно сидело хорошо, подчёркивало фигуру, но до вечерних туалетов женщин, проплывающих мимо нас к дверям особняка, ему было как до луны. Те были в шёлке, бархате, бриллиантах.

Ну простите! Деньги куры не клюют! Я адвокат из бедной конторы, а не наследная принцесса.

– Проходите, – наконец сдался второй охранник, возвращая приглашение. – Но сумку оставьте на досмотр.

Фыркнула, но подчинилась. Перекочевав в руки охранника, маленький клатч был бесцеремонно открыт, изучен и возвращён с таким видом, будто там могли лежать по меньшей мере граната и складной нож.

Я шагнула в двери особняка и сразу за спиной услышала перешёптывания: