Хантер шагнул вперед, словно пытаясь встать между нами, но я положила руку ему на грудь, останавливая. В его груди заклокотало, но он не стал мне сопротивляться. Это была моя битва с Финли, и помощь мне была не нужна. Пока что.

— Нет ничего лучше этой стаи, — тихо сказала я Финли. — Ничего. И у меня есть очень веская причина не желать этой связи, и причина эта мало связана с тем, насколько сильно я хочу Келлана, Хантера или Слэйда.

Я намеренно не назвала его имени, но он снова никак не отреагировал.

Мудак. Хотела бы я быть такой же безразличной, но это было невозможно.

— И что же это за серьезнейшая причина, которой ты с нами так и не поделилась?

Остаться с ними означало для меня смерть. Но если я это раскрою, придется объяснять почему, и как только они узнают, что могут обрести силу через нашу связь…

Каждый оборотень жаждет силы — это основа сущности наших зверей. Особенно у альф.

— Я не просила, чтобы меня тащили в Голден-Кло, — процедила я сквозь зубы, пытаясь сохранить голос ровным. — И не просила, чтобы меня селили в вашем доме. Хантер меня практически заставил. В конечном счете, я считаю, что вела себя более чем любезно, учитывая, как вы все подавляли и контролировали мою жизнь. Может, тебе стоит повнимательнее посмотреть на собственные поступки и поменьше ненавидеть меня. Насколько я могу судить, это у тебя проблемы, хотя я тебе ничего не сделала. Ничего!

Его лицо помрачнело, и Финли шагнул ко мне. Оказаться в тени огромного альфы было жутковато. К тому же, мы впервые стояли так близко, и его сильный аромат ванильной вишни смешался с моим шоколадно-медовым так, словно мы были созданы друг для друга.

— Ты моя единственная гребаная проблема, Снежная Королева…

— Ты переходишь черту, Фин, — прорычал Келлан, встав между нами прежде, чем я успела вымолвить хоть слово. — Прекрати винить Эмми и в своей травме, и в поступках других оборотней. Это… — он обвел рукой вокруг, — …была не ее вина. Она не просила, чтобы ее забирали.

Финли пожал плечами, его лицо разгладилось, когда он взял себя в руки.

— Но и не просила, чтобы ее не забирали. Будь мы все связаны, мы смогли бы ее отследить. К счастью, когда мы нашли город, то с помощью ведьмы и нашей связи со Слэйдом сумели их выследить. Но даже самый необразованный оборотень знает, что завершенный квинтет — самый сильный. Такое чувство, будто Эммелин совершенно плевать, что ее у нас украдут.

— Хватит! — голос Слэйда заставил всех в комнате замолчать, и я заметила, что ведьмочка надулась еще сильнее. Ей явно нравилась драма, в которой медведь разносил меня в клочья. — Во-первых, не смей делать выводы о том, почему я зову ее Снежком. Это касается только нас с Эмми. Во-вторых, ты ведешь себя как мудак, и сейчас не время. Я могу подтвердить, что Эмми не имела никакого отношения к организации нашего похищения и сама серьезно пострадала. Помимо прочих травм, у нее был сломан позвоночник.

Голова Финли дернулась назад, и на этот раз, когда он окинул меня взглядом, я не могла не заметить в его глазах беспокойство. Оно промелькнуло лишь на миг, на кратчайший миг, но от этого одного напряженного взгляда мое тело затрепетало.

Богиня знает, я бы не выжила, если бы он уделил мне все свое безраздельное внимание в положительном ключе.

— И в-третьих… — продолжил Слэйд. — Нам нужно вернуться к главному вопросу: ждем ли мы возвращения стаи или отправляемся выслеживать их сами?

— Они не вернутся, мой дорогой дракон, — с безразличием пожала плечами ведьма, и моя волчица на мгновение задумалась, не выцарапать ли ей глаза. — По всему двору расставлены магические ловушки, которые мы активировали по прибытии. Полагаю, они исчезнут на несколько недель, чтобы перегруппироваться и разработать новый план. Они не станут нападать на вас, когда ваша стая в полном составе.

— Ловушки, — рявкнул Хантер, резко осматривая местность. Его властность ощущалась сильнее, чем когда-либо. Волк внутри него сверкнул так, что золото почти заглушило бурю в его глазах. — Какого хрена это значит? Мы ничего не почувствовали, когда подходили.

Она покачала головой, поджав губы.

— Прости, это было неверное определение. Скорее, сигналы. Охрана. Они бы получили оповещение, если бы кто-то сбежал, но это работает и в обратную сторону. Они почувствовали наше прибытие еще до того, как мы добрались до дома.

Высокомерный альфа выглядел раздосадованным этой информацией.

— В каком мы вообще городе? — спросила я, стараясь не зацикливаться на ссоре с Финли, хотя его слова, словно ракеты, кружились у меня в голове. Целенаправленные и болезненные при каждом попадании.

— В Силвер-Сити, — ответил Хантер, подходя ко мне ближе. Суровое выражение, не сходившее с его лица с момента их прибытия, наконец смягчилось. — Стая, которая тебя похитила, обосновалась здесь, и двое их альф входят в совет. Вся стая необычайно сильна и имеет связи в сообществе. Было бы глупо охотиться на них здесь, на их собственной территории. Сначала нам нужно все спланировать.

Я кивнула, сразу же соглашаясь.

— На их стороне также много магии, хотя мы так и не увидели никаких признаков ведьмы.

Джулс огляделась, втягивая носом воздух.

— Здесь нет ни одной знакомой эссенции. Я не знаю ведьму, которую они используют, что… странно.

Келлан выругался.

— Какого черта эти альфы настолько могущественны и связаны с магией? Это бессмыслица. Мы никогда о них раньше даже не слышали — я думал, что самая сильная стая — это мы.

От дракона-оборотня послышалось фырканье.

— В поле моего зрения попадали только те двое, что заседают в совете, — раздраженно произнес он. — Они стараются как можно меньше светить свои подвиги в сети, что теперь имеет смысл, раз я знаю, что они замышляли. — Он впился своим пронзительным зеленым взглядом в Келлана. — И мы — самые могущественные, потому что я — самый могущественный. Но ту стаю нельзя недооценивать. Они по уши в магии и вовсю пользуются технологиями «Ривз Индастриз», а это значит, что они достаточно богаты, чтобы покупать лучшее.

Хантер зарычал, снова придвигаясь ко мне, пока я не почувствовала, как его энергия пробегает по моей коже. Желание податься вперед и уткнуться лицом ему в грудь было непреодолимым. Мне хотелось на несколько секунд впитать его успокаивающее и поддерживающее присутствие.

— Похоже, нам нужно быть осторожнее с теми, кому мы разрешаем у нас покупать, — сказал он с безошибочным рычанием в голосе. — Этим ублюдкам, должно быть, понравилось использовать наши технологии, чтобы нападать на членов нашей стаи и удерживать их. Так и хочется убедиться, что они будут похоронены на глубине десяти футов и отправятся в вечную спячку.

Наконец-то, черт возьми, наконец-то Хантер обнял меня и прижал к своей груди. Должно быть, он услышал совет Слэйда быть нежнее, так как его хватка была не такой крепкой, как обычно, и я обмякла в его руках, осознав, как мне было не по себе от его отстраненности. Он вел себя как стопроцентный высокомерный альфа, но я наконец почувствовала, что ко мне возвращается частичка моего Хантера — того, кто заклеймил меня на себе татуировкой, кто заботился обо мне и защищал каждой частицей своего существа; того, кто спас меня от охранника, уничтожив его на месте.

Мой Хантер.

— Стая Роджерс была такой же сильной, когда твоя мама была их парой? — спросил он тихим, неуверенным голосом. Его губы были совсем близко к моей щеке, и он вдыхал мой запах. — У тебя есть какие-нибудь теории о происхождении их силы?

Теории у меня, конечно, были, и, возможно, из-за эмоционального потрясения после похищения или из-за того, как идеально он меня обнимал, я впервые была на грани того, чтобы раскрыть правду.

Мне хотелось перестать скрывать то, что случилось с мамой, и то, чего я боялась, случится и со мной.

Довериться тому, что мы все сможем разобраться с этим вместе.

Глубоко вздохнув, я подняла голову и сказала: