Люк хмурится, и его красивое лицо становится жестким от гнева. Одно из лучших качеств Люка — он терпеть не может, когда меня обижают. Он всегда заступался за меня и мои чувства. Иногда это жутко бесило своей излишней опекой, но в глубине души я всегда ценила его преданность.

— Хочешь, я ему позвоню и выскажу?

— Ни в коем случае! — в панике выпаливаю я. — Только попробуй! Я не хочу, чтобы он думал, будто меня это задело. Потому что мне абсолютно, кристально пофиг.

Нет ничего хуже, чем получить пинок от парня, который тебя даже не замечал. Я уверена, что Рекс считал это забавной шуткой, что делает ситуацию еще более унизительной.

— Ладно-ладно. — Люк отбрасывает приглашение, его желваки напряжены.

На мгновение сердце теплеет — кажется, он реально переживает за меня. Эта записка, пусть и дурацкая, больно ударила по моим старым подростковым комплексам. Обидно понимать, что Рекс может быть таким безжалостным, но, если честно, это меня не удивляет.

— Со мной все будет окей. Не делай такое страдальческое лицо. Да, меня это выбесило, но я не бьюсь в истерике. Мы даже ни разу не целовались, и вообще... — Я замолкаю, увидев, как Люк что-то свайпает на айпаде, нахмурив брови. — Хьюстон, прием! Что происходит? Ты меня вообще слушаешь?

— Прости, Миа. — Он звучит раздраженно, и меня тут же накрывает волна сомнений. Может, он уже передумал играть в фиктивные отношения? — Смотрю свой рабочий календарь. Просто в голове не укладывается, что он реально ждет, будто я брошу все на две недели и прилечу в Коконат-Бич тусоваться с ним и бабой, о существовании которой я до сегодняшнего дня даже не подозревал.

— Так вот почему ты злишься?

Меня озаряет, и следом накатывает легкое разочарование. На долю секунды мне показалось, что он так взбесился из-за меня, но пора бы уже запомнить: работа для Люка всегда на первом месте. Абсолютно всегда.

— А ты не можешь просто взять отпуск? Ты не был дома — да и вообще нигде — целую вечность. Слушай, если бы я рубила столько бабла, сколько ты, я бы летала в отпуск каждые два месяца.

— Я рублю бабло именно потому, что безвылазно сижу здесь, закрывая сделки, а не рассекаю по курортам, — вздыхает он, пятерней зачесывая назад отросшие темные волосы. — И, если мне не изменяет память, тебе очень даже нравился тот факт, что у меня есть деньги.

— Правда?

— Разве не поэтому ты собралась за меня замуж в сорок лет? — Он ухмыляется и придвигается ближе к камере. Синие глаза смеются. — Или все дело в моей сногсшибательной харизме?

— Ты не Бен Аффлек. — Я презрительно фыркаю, и он громко смеется.

— Я думал, ты фанатеешь по Мэтту Дэймону?

— Ты видел Бена в последнее время? — Я прикусываю губу, вспоминая роскошного актера. — Он просто бог.

— Я и не знал, что вы с ним замутили в реале, — хмыкает Люк, откидываясь на диван и делая глоток из бокала с чем-то янтарным. — Ты что-то от меня скрываешь, Бишоп?

— Ага, он инкогнито прилетал в Коконат-Бич, и у нас был бурный двухдневный роман, просто я забыла тебе рассказать. — Сарказм так и капает с моего языка. — Серьезно, Люк? Голливудская звезда в нашем захолустье? — Я нервно смеюсь. Я люблю наш крошечный, сплетливый городок, но давайте смотреть правде в глаза. — Если бы сюда заявился кто-то знаменитый и посмотрел в мою сторону, «Хлопотливые пчелки» разорвали бы меня на сувениры.

— Как там наши бабули поживают? — с любопытством спрашивает Люк. — И остальные «Пчелки»?

— Бабушка в порядке. В восторге от их нового книжного клуба. Рассказывала, что твоя Битси хотела организовать турнир по покеру, но передумала, потому что Гейл начала спускать слишком много денег. У «Сисайд» сейчас не лучшие времена, и бабушка боится, что Гейл просадит последние заначки, а Венди и Джози не потянут аренду. Но тут встряла Джануари со своими картами Таро и нагадала, что Венди скоро влюбится в богатого блондина, который всех спасет. Правда, Гейл запретила рассказывать об этом самой Венди, потому что та терпеть не может эзотерику. — Я делаю паузу, чтобы перевести дух. — Ты там еще не уснул?

— Как можно уснуть под такие интриги? — Он подмигивает. — Хочешь сегодня фильм посмотреть? Мне надо поработать, но часам к восьми я освобожусь. Заодно обсудим детали нашего коварного плана.

— Не выйдет. — Я расплываюсь в улыбке. — Мы идем танцевать в «Коктейли и хаос». Надеюсь, Кэл устроит нам скидку на шоты. А еще надеюсь, что там будет парочка горячих туристов. Убить двух зайцев сразу, сечешь? Отвлечься от экзистенциального кризиса и повеселиться.

— Все еще надеешься найти реальную пару, чтобы не тащить меня? — Он встает с дивана и куда-то идет. — Просто помни: тебе нужен нормальный мужик. А не тот, кто снова сопрет твой кошелек.

— Заткнись, Люк.

Я свирепо щурюсь в экран. Надо же было ему вспомнить того придурка-туриста из прошлого лета! Мы сходили на два отличных свидания, а на третьем, во время романтичной ночной прогулки по пляжу, он тупо сбежал с моей сумкой. Кэлу и Бенни (бармену) пришлось гнаться за ним по песку, чтобы вернуть мои кредитки. Позорище было на весь остров.

— Теперь у меня более строгий отбор!

— Искренне надеюсь. Потому что безответная любовь к моему брату-мудаку и свидание с карманником — так себе послужной список.

— А ты у нас с кем встречаешься? С Мисс Вселенная? Что ж ты ее не привезешь на свадьбу?

— Вообще-то, я регулярно хожу на свидания, — ухмыляется он. — Причем с очень достойными женщинами.

— Ага, конечно. И почему же ни одна из них не удостоилась чести поехать с тобой?

— Нет уж, уволь, — энергично мотает он головой. — Мне только не хватало, чтобы какая-нибудь девица решила, будто у нас все серьезно, раз я зову ее на семейную свадьбу.

— Да, неловко бы вышло, — смеюсь я. — Тебе нужна та, кто с самого начала понимает правила игры. То есть я. — Я потягиваюсь на кровати. — Значит, мы точно это делаем?

— Думаю, это идеальный выход для нас обоих.

Выражение лица Люка меняется: сначала он выглядит подозрительно сосредоточенным, потом задумчивым, а затем расплывается в широкой, хитрой ухмылке.

— Жаль, что мы не можем скрепить договор поцелуем.

— Размечтался! — Я снова показываю ему язык, и он громко хохочет. — Нам обоим этого даром не надо.

Но сердце внезапно пропускает удар, а взгляд предательски соскальзывает на его губы. На какую-то долю секунды я задумываюсь: а каково это — поцеловать Люка? И тут же с ужасом вышвыриваю эту мысль из головы.

Миа

Небо напоминает акварельную картину, расцвеченную мазками фиолетового, розового и ярко-оранжевого. Мелкий песок щекочет пальцы ног. Я иду по пляжу к дому дедушки и бабушки на наш традиционный еженедельный семейный ужин. Останавливаюсь, чтобы подобрать идеальную перламутровую ракушку, сдуваю с нее песчинки и кладу в карман. Сбросив шлепанцы, подхожу к кромке воды, чтобы на секунду окунуть ноги в пену.

Прохладная вода заставляет поежиться. Я смотрю, как солнце медленно погружается за горизонт. Справа раздается громкий всплеск, я поворачиваю голову и с восторгом вижу двух резвящихся дельфинов.

Коконат-Бич всегда казался мне волшебным местом. Это одна из главных причин, почему я даже в мыслях не допускала переезда. Хотя где-то глубоко внутри тлеет любопытство — хочется посмотреть, как живут люди за пределами острова. Просто увидеть мир. Может быть, когда-нибудь. Когда накоплю денег. Может, мы с Джунипер рванем в путешествие. Или даже мы с Люком, если он когда-нибудь вырвется из своего офисного рабства.

— Я что, спятила? — кричу я пеликану, который пикирует на пляж в поисках чипсов, оставленных туристами. — Это же гигантская ошибка — притворяться, что мы с Люком вместе!

Я выпаливаю это вслух, а затем пугливо озираюсь по сторонам, проверяя, не слышал ли кто, как я ору на птиц. Только не хватало, чтобы по городу поползли слухи, что Миа Бишоп поехала крышей.

— Привет, Миа! Ты ли это?