Я оборачиваюсь и вижу Венди — в спортивном топе и беговых шортах. Ее темные волосы собраны в высокий небрежный пучок, лоб блестит от пота, а взгляд максимально сосредоточен.

— Решила искупаться прямо в одежде?

— Нет, просто иду к бабушке на ужин, там еще мой брат Рэйф будет. — Я выхожу из воды и подбираю шлепанцы. — Бегала?

— Ага, пытаюсь сбросить калории после наших алкомарафонов в «Коктейлях и хаосе». — Она вытирает лоб тыльной стороной ладони. — Спасибо, что вытащили меня тогда. Знаю, я иногда бываю душной и ворчливой, когда вы, девчонки, начинаете обсуждать парней. — Она грустно улыбается. — Ненавижу своего бывшего за то, что он отбил у меня веру в нормальные отношения, но я правда не хочу заражать вас своим пессимизмом.

— Твой бывший — конченый мудак, и он полный кретин, раз упустил тебя. — Я поднимаю палец вверх, словно произнося тост. — Гори в аду, придурок! Помяни мое слово: он еще приползет на коленях.

— Знаю, что приползет, — кивает Венди. — Но пока что моя главная забота — удержать на плаву «Сисайд». — Она выглядит зверски уставшей. — И заставить бабушку больше заниматься реальной бухгалтерией, а не лезть в чужие дела.

— Ха! Понимаю тебя как никто. Эти «Хлопотливые пчелки» вездесущи. — Я приобнимаю ее за мокрое плечо. — Но я в тебя верю. Ты вытащишь гостиницу, а потом обязательно встретишь шикарного парня, который заставит тебя забыть имя этого недоумка.

— Нет уж, спасибо, я пас.

— Даже от горячего секса на одну ночь откажешься?

Я начинаю фальшиво напевать строчки из «WAP» Карди Би. Венди смотрит на меня с искренним ужасом. Я смеюсь над ее реакцией, а она лишь безнадежно качает головой.

— Нет ничего криминального в том, чтобы немного развеяться! Уверена, на свадьбе будет полно роскошных холостяков. Может, кто-то даже остановится в вашей гостинице. Неужели ты не хочешь затащить в постель высокого, смуглого незнакомца?

— Нет, — быстро отрезает она, но я замечаю, как ее щеки заливает румянец, и она поспешно отводит взгляд.

Мой мозг тут же начинает выстраивать теории. Может, она уже кого-то встретила? Я только открываю рот, чтобы устроить ей допрос с пристрастием, но она меня опережает:

— А ты сама-то как? Планируешь закрутить курортный роман с кем-нибудь из приглашенных ВИПов? О, постой, или вы с Люком все-таки решились? — Она понижает голос до заговорщицкого шепота, и я невольно улыбаюсь.

— Я бы, конечно, не отказалась от роскошного незнакомца, — я игриво покачиваю бедрами, — но это вряд ли сработает. У меня теперь официально есть фальшивый парень.

— Значит, договорились? — Она расплывается в улыбке, и я киваю.

— Мы с Люком идем на свадьбу вместе. Как пара. Будем изображать неземную любовь. — Я хихикаю и театрально прижимаю руки к груди. — «Мое сердце бьется только для тебя, Люк!» — Я подмигиваю Венди. — По крайней мере, именно эту версию я буду скармливать всем начиная с сегодняшнего вечера.

— Хм. — Улыбка Венди слегка меркнет, она как-то странно, испытующе смотрит на меня. — Это правда только игра, или...

— Или что? — Я хмурюсь, сбитая с толку. — Это чистое прикрытие, поверь. В реальной жизни между мной и Люком нет абсолютно ничего, кроме железобетонной дружбы. Ни-че-го. Ты же сама знаешь, Венди.

Мой голос звучит чуть выше обычного. Я снова хмурюсь. С чего она вообще взяла этот вопрос? Между мной и Люком никогда не было и не будет никакой романтики. Мы просто друзья.

— Рэйф, ты можешь сесть нормально? — шиплю я на брата, который нависает над столом и закидывает в рот еще теплые печенья с шоколадной крошкой одно за другим. — У меня важное объявление.

Я сверлю его взглядом, когда его рука тянется за очередной порцией. С такой скоростью мне ничего не достанется.

— Пожалуйста, оставь хоть что-то остальным! — Я цепляю вилкой кусок восхитительной домашней лазаньи. — Я тоже вообще-то хочу печенье.

— В большой семье клювом не щелкают, мелкая.

— Ведешь себя как пятилетка. — Я мстительно утаскиваю две печеньки и кладу их рядом со своей тарелкой. Чисто на всякий случай.

— Не знаю ни одного пятилетнего ветеринара, — хмыкает он, наконец плюхаясь на стул напротив. — Так что стряслось? Что за важное объявление? — Он переводит взгляд с дедушки на бабушку, потом на родителей. — Кто-нибудь в курсе?

— Понятия не имею. — Мама выглядит слегка уязвленной из-за того, что ее не посвятили в тайну заранее, но я надеюсь, она меня поймет.

— Слушайте все. У меня есть новость, и я больше не могу ее скрывать.

Я опускаю глаза в тарелку, чувствуя, как лицо заливает предательский жар. Со стороны, наверное, кажется, что я краснею от трепета и смущения, но на самом деле я просто паникую. Мне жизненно необходимо, чтобы они поверили в этот спектакль. Бабушка, дедушка, родители, Рэйф — я их всех обожаю, но они те еще сплетники. И хотя они вряд ли побегут специально трезвонить об этом по всему городу, информация может случайно «утечь». Особенно через бабушку. Поэтому легенда должна быть железобетонной.

— Да что происходит, Миа? — Рэйф смотрит на часы и начинает нетерпеливо барабанить пальцами по столешнице. — Долго еще будет длиться интрига? У меня сегодня турнир по пляжному волейболу, а завтра рано вставать. Мои пациенты не оценят, если я приду невыспавшимся из-за твоих соплей о том, как...

Он замолкает, наткнувшись на мой фирменный взгляд серийного убийцы.

— Я уверена, вы все уже в курсе, что Рекс Хэвербрук обручился и женится через пару недель.

— Ой, что, сердечко разбито? — в голосе Рэйфа звучит издевка, но в глазах мелькает искреннее беспокойство.

Несмотря на все его подколы, я знаю: старший брат за меня порвет кого угодно. Он всегда был моей каменной стеной. Просто он не догадывается, что я в курсе всех тех случаев, когда он тихо и жестко разбирался с моими обидчиками в школе.

— Нет, не разбито. Даже наоборот. — Я вскидываю подбородок и выдаю сияющую улыбку.

Я включаю внутреннюю Виолу Дэвис. Добавляю щепотку Мерил Стрип. А потом отчаянно пытаюсь вспомнить мимику Кейт Хадсон в ромкомах. Нервно накручиваю прядь волос на палец, скромно опускаю ресницы, будто я безумно счастлива, но робею перед признанием. Делаю вид, будто снимаюсь у Спилберга: поднимаю голову, обвожу всех сияющим взглядом и быстро-быстро моргаю. Цель — выдавить слезу счастья, но, увы, мой актерский диапазон не настолько широк.

— У тебя соринка в глаз попала? — Рэйф щурится. — Говорил же, не мажь столько туши.

— Нет у меня никакой соринки. — «Спокойно, Миа. Не убей брата во время семейного ужина». Я одариваю его приторно-сладкой улыбкой. — Я влюбилась.

— Что? — Рэйф давится печеньем и заходится в кашле. — В кого?

— Я ждала подходящего момента, чтобы поделиться этой новостью. Мы решили, что лучше всего сделать это прямо сейчас. — Я облизываю пересохшие губы. Теперь все за столом смотрят на меня не моргая. — Я не хочу, чтобы вы обижались, что мы так долго скрывали это от семьи.

— Твою мать, ты же не спишь с капитаном Смитти Джонсоном?! — Рэйф с грохотом бьет ладонью по столу и начинает хохотать. — Я знал, что ты в отчаянии, сестренка, но могла бы найти кого-то посвежее. Ему же лет шестьдесят пять! — Он ухмыляется. — Небось повелась на то, что его лодка «Зов океана» швартуется прямо напротив твоего фургона? Пообещал бесплатно покатать к дельфинам, и ты растаяла?

Он ржет так, будто выдал шутку года. Мне дико хочется пройтись по его вечному статусу холостяка, но сейчас нельзя отвлекаться от сценария.

— Обхохочешься, Рэйф. — Я смотрю на него как на умалишенного, он лишь закатывает глаза. — Мой парень — и да, я говорю «парень», потому что мы официально вместе уже около года... Так вот, мы с ним решили перестать прятаться, потому что он тоже приедет на эту свадьбу.

Блин, надо не забыть предупредить Люка, что мы вместе уже год. Одна нестыковка в таймлайне — и весь план рухнет.