Я хрипло выдыхаю, перехватываю ее руку и убираю от себя.

— Миа, если мы пойдем по этому пути, остановиться будет невозможно.

— А кто сказал, что я хочу останавливаться? — говорит она, дыша все быстрее и быстрее.

Я прикасаюсь к ее нижней губе, нежно проводя по ней большим пальцем. Она слегка прикусывает ее, а потом хихикает.

— Я не шучу.

Я глухо рычу, а потом, поймав ее соблазнительный взгляд, переворачиваюсь, хватаю ее за край футболки и резко стягиваю ее через голову. Миа удивленно смотрит на меня, а я улыбаюсь ей голодным волком.

— Этого ты хочешь? — спрашиваю я, целуя ее в губы и поглаживая большими пальцами ее соски.

Она тихо стонет, пока я ласкаю ее грудь, а затем целую шею.

— Этого ты хочешь? — повторяю я, чувствуя, что теряю контроль над собой.

Я беру ее правый сосок в рот, посасывая и нежно дразня его, пока играю с другим. Все ее тело дрожит, когда я сжимаю ее грудь, а затем спускаюсь поцелуями к животу. Мой язык скользит по ложбинке между грудей, а затем вниз, к пупку. Я цепляю зубами край ее трусиков и слегка тяну вниз. Все ее тело замирает, я чувствую, как ее пальцы впиваются в мои плечи. Я хватаю трусики и стягиваю их, не сводя с нее глаз. Она выглядит ошеломленной.

Она выглядит прекрасно.

Я раздвигаю ее ноги и смотрю на ее прекрасное лоно.

— Я не брилась, — смущенно произносит она.

— Мне все равно.

Я улыбаюсь и проскальзываю указательным пальцем между ее половых губ, поглаживая клитор. Она тихо стонет, выгибая спину.

— Боже мой, — произносит она тихим голосом, судя по виду и звуку, готовая вот-вот упасть в обморок.

Я смотрю на нее. Я уже собираюсь приникнуть к ней, когда осознаю, что делаю. Это Миа, моя лучшая подруга.

— Мы не можем, — говорю я, убирая руку.

Она стонет, глядя на меня.

— Что значит — мы не можем?

— Это плохая идея, Миа. Помнишь, что мы говорили в юности?

— Что?

— Мы говорили, что не хотим идти по этому пути. Это может разрушить нашу дружбу.

— Но...

— Никаких «но». Я не хочу тебя потерять. Ты лучший друг, который у меня когда-либо был.

— А ты — мой лучший друг, Люк.

— Тогда давай просто придерживаться правил.

— Правил? — она смотрит на меня в замешательстве.

— Правил, которые мы установили, когда решили притворяться парой. Помнишь, мы не собирались переступать черту, а сейчас уже зашли слишком далеко.

— Ладно, — говорит она, облизывая губы. Берет свою футболку и надевает ее. — Ты прав. Мы не должны нарушать границы.

Она отворачивается от меня.

— Я устала. Думаю, я пойду спать.

— Миа, ты на меня не злишься?

— Я не злюсь, — отвечает она, качая головой. — Просто я сейчас очень возбуждена и даже смотреть на тебя не могу.

— Ты ведь можешь сама о себе позаботиться, знаешь ли.

— Что?

— Я бы не прочь посмотреть, как ты это делаешь.

— Люк, ты серьезно? — она поворачивается ко мне с широко раскрытыми глазами.

Я ухмыляюсь.

— Вообще-то, я бы с удовольствием на это посмотрел. И даже мог бы помочь, если хочешь.

— Ты имеешь в виду то, о чем я думаю?

— Думаю, да, — я беру ее за руку и направляю между ее ног. Ее глаза расширяются. — Ты влажная.

Я кладу свою ладонь поверх ее руки и заставляю ее скользить по клитору.

— Правда, Люк? — тихонько стонет она.

— Что?

— Мы собираемся это сделать?

— Разве лучшие друзья не делают все вместе?

Я подмигиваю ей, а она просто смеется.

— Никогда не слышала, чтобы лучшие друзья так делали, — с придыханием произносит она. — Но я готова попробовать. Что мне делать?

— Думаю, тебе нужно двигать пальцами чуть быстрее, — говорю я, направляя ее руку взад-вперед.

Она раздвигает ноги чуть шире, и я стараюсь сдержать стон, когда мои пальцы скользят по ее клитору вместе с ее пальцами.

— Ты такая мокрая, — шепчу я.

— Я так возбуждена, — выдыхает она.

— О чем ты думаешь? — тихо спрашиваю я.

— Думаю о том, как ты меня трогаешь.

— Тебе это нравится?

Наши пальцы двигаются быстрее, и все, чего я сейчас хочу, — это войти в нее.

— Я даже не знаю. Я просто хочу кончить, — шепчет Миа.

Я поглаживаю ее еще пару секунд, а потом снова задираю футболку и начинаю ласкать ее грудь.

— Люк... — она дышит громко, почти задыхаясь.

— Продолжай, — командую я.

Она поспешно кивает, и я наблюдаю, как она ласкает себя все быстрее и быстрее, пока я играю с ее сосками.

— О черт, я кончаю! — выкрикивает она срывающимся голосом.

— Кончи для меня, Миа.

Ее тело начинает дрожать, пока она доводит себя до оргазма. Я наклоняюсь и беру ее сосок в рот, а она хватает меня за голову, запуская пальцы в мои волосы. Миа дышит еще тяжелее, и я понимаю, что она на грани. Я снова опускаю руку между ее ног, перехватываю инициативу и довожу ее до экстаза. Она вскрикивает, ее тело содрогается, изливаясь на мои пальцы.

— Блядь, — выдыхаю я, прижимаясь губами к ее губам. — Это было круто.

— Думаешь?

Она страстно отвечает на мой поцелуй, и я киваю, отстраняясь, возбужденный до предела. Это было совершенно потрясающе. И хотя я знаю, что мы пересекли черту, которую не следовало пересекать, мне просто плевать. Это был самый горячий момент в моей жизни, даже горячее, чем настоящий секс, и я едва мог представить, каково это — действительно оказаться внутри нее. Но я знаю: если этот момент наступит, это должно быть чем-то большим, чем просто минутное возбуждение или желание подыграть фиктивным отношениям. Это должно произойти потому, что она хочет меня всем своим разумом, телом и душой. Потому, что она влюбляется в меня так же, как я уже влюбился в нее.

Когда ее глаза закрываются и она погружается в сон, я задаюсь вопросом: не пересекли ли мы черту безвозвратно? Как далеко мы можем зайти, убеждая себя, что все это — лишь ради нашей легенды?

Миа

«Боже, границы стираются», — думаю я.

Вообще-то, это не совсем верно. Границы размыты.

Они уже напрочь стерты.

Люк помог мне довести себя до одного из лучших оргазмов в моей жизни.

Этого точно не было в моих планах на это лето.

Черт! Я даже не знаю, как оказалась в этой ситуации, но все, о чем я могу думать, — это то, что я чувствую, когда Люк меня трогает.

Мы столько лет сопротивлялись физической близости. Мы, конечно, даже не помышляли о том, чтобы стать «друзьями с привилегиями», и тем не менее вот мы здесь: прожив три дня в фиктивных отношениях, уже стали близки. Так, как я не могла и мечтать.

Как это произошло?

Я с трудом сглатываю, потирая лоб и разглядывая свое лицо в зеркале. «Ты влипла, юная леди», — говорю я своему отражению. Волосы растрепаны, глаза выглядят уставшими. Мне нужно идти в книжную лавку, но я понятия не имею, что сказать Джунипер.

Конечно, все остальные девочки знали, что мы целовались. Мы и собирались сделать это перед ними ради шоу. Но то, чем мы занимались поздно ночью, когда свет был приглушен и никого не было поблизости, не имело ничего общего с нашей игрой. Рекс ведь не прятал в номере скрытую камеру, чтобы за нами шпионить. Мы делали это просто потому, что хотели, и я не уверена, как далеко все зайдет, прежде чем мы осознаем, что совершаем огромную ошибку. Услышав стук в дверь, я замираю.

— Эй, Миа, ты уже почти готова? — кричит Люк.

— Выйду через минуту! — отзываюсь я.

— Слушай, мне нужно отправить несколько писем, так что я спущусь в конференц-зал, поработаю немного.

— Хорошо. А ты не пойдешь со мной на пляж, к книжному фургону, чтобы взять пару классных книг? — кричу я в ответ.

— Сделаю это позже, если ты не против.

— Конечно нет, — быстро говорю я. — Конечно нет.

Слава богу. Мне сейчас совсем не хочется смотреть ему в глаза и вспоминать о том, как он ласкал мою грудь.

Как будто ему это безумно понравилось. Как будто мои соски были изысканным лакомством. Черт, у нас серьезные проблемы.