Он начинает смеяться.

— Ну что, ковбойша, готова на второй заход?

— Думаю, да. Выдержишь, если я буду скакать на тебе всю ночь?

Он хватает меня за талию и прижимает к себе.

— Но нам нужно о многом поговорить, так? — шепчу я, пугаясь того, насколько реальным и глубоким все это становится.

— Да. Я хочу тебе кое-что сказать.

— Что?

— Я люблю тебя, Миа.

— Что? — Мое сердце пропускает удар, но я нервно смеюсь, думая, что ослышалась. Он же не имеет в виду настоящую любовь?

— Я люблю тебя. По-настоящему, — повторяет он. Его пронзительный взгляд не оставляет сомнений: он не лжет. — Я люблю тебя больше, чем звезд на небе.

— Но мы не знаем, сколько их.

— Именно, — улыбается он. — Я люблю твою смелость, твою эмоциональность. Люблю то, как мы понимаем друг друга с полуслова. Даже когда мы ругаемся, мы всегда находим путь назад. Но сейчас ты заставляешь меня сильно нервничать.

— В смысле?

— Ты мне ничего не ответила.

Я смотрю в его глаза и нежно провожу ладонью по его щеке.

— Хочешь услышать, что чувствую я?

— Вроде как да, — хрипло отзывается он.

Я приподнимаюсь на мысочках, крепко целую его и отстраняюсь.

— Кажется, я тоже тебя люблю, Люк.

На фоне его страстного признания мои слова звучат жалко и неуверенно. Но что-то внутри не дает мне расслабиться.

— О, ты кажется меня любишь? — разочарованно тянет он.

— Я просто боюсь! Не знаю, подходим ли мы друг другу для отношений. — Я закусываю губу. — Ты невероятный. Ты мой лучший друг, и я обожаю заниматься с тобой любовью. Но главная любовь твоей жизни — это карьера и амбиции. И ты в этом хорош. Я не хочу стоять на твоем пути, но и сидеть на скамейке запасных, дожидаясь, пока ты покоришь мир, тоже не хочу. Я хочу быть номером один. Хочу быть твоим первым выбором. Хочу быть самым важным человеком в твоей жизни. Но я слишком хорошо тебя знаю. Работа всегда будет для тебя на первом месте. А я — никогда. Помнишь школу? Помнишь, как я просила тебя остаться? А ты уехал. Уехал доказывать Рексу, чего ты стоишь. И мне кажется, ты до сих пор ему это доказываешь. Между вами все еще идет война, и я не хочу быть обузой, которая мешает тебе достичь цели.

— Но ты не обуза, Миа...

— Люк, иногда одной любви недостаточно. Ты лучший друг, о котором можно только мечтать, и я не хочу тебя терять. Мы сейчас постоянно ссоримся. Не слышим друг друга. Раньше такого не было. Если мы продолжим в том же духе, мы просто возненавидим друг друга, и наша дружба умрет. Я не хочу этого.

— Я тоже этого не хочу.

— Поэтому я считаю, что нам не стоит начинать встречаться по-настоящему.

— Что ты имеешь в виду? Хочешь закончить нашу фиктивную игру?

— Нет. Я предлагаю доиграть спектакль до конца лета, а потом разойтись каждый своей дорогой. Не нужно пытаться строить реальные отношения, даже если мы любим друг друга. Я лучше буду твоей лучшей подругой до конца жизни, чем твоей девушкой на год, после которого мы расстанемся врагами и больше никогда не заговорим. Я не выживу, если не смогу позвонить тебе в любую секунду.

— Но тебя не смущает быть в роли сумасшедшей лучшей подруги?

— Меня это никогда не смущало. Ты же знаешь.

— Что мне сделать, чтобы доказать тебе: мы больше, чем просто друзья, Миа?

— Мы просто не подходим друг другу для отношений, Люк. — Я снова целую его. — Но это не значит, что я тебя не люблю. Не значит, что я тебя не хочу. И не значит, что я не хочу чувствовать тебя внутри себя.

Он глухо стонет прямо мне в губы: — Нельзя говорить такие вещи и одновременно заявлять, что мы не можем быть вместе, Миа.

— Я просто честна с тобой, Люк. Мы всегда были честны, и это нужно сохранить. Честно говоря, я хочу прямо сейчас затащить тебя в номер, сесть тебе на лицо и заставить довести меня до оргазма.

— Блядь, — рычит он, крепко сжимая мои ягодицы.

Он впечатывает меня в стену. Я стону, когда его пальцы скользят по бедру, сминая ткань платья. Он прижимается своим твердым членом к моему животу. Целует в шею, затем жадно прикусывает мою нижнюю губу. Его рука настойчиво сминает мою грудь.

Он смотрит мне прямо в глаза:

— Ты не единственная, кому сносит крышу от нашей близости. Я бы трахнул тебя прямо здесь, Миа. Но дело не только в дикой страсти. Дело в том, что я чувствую, когда нахожусь внутри тебя. В этой магии. В нашей связи. Мой член создан для тебя. Я хочу жить в тебе, слышишь? Я люблю тебя, Миа, и я докажу тебе, что мы созданы друг для друга. Мы идеальная пара.

Он со стоном впивается в мои губы голодным поцелуем.

Он говорит о том, что мы — одно целое. И я так хочу ему верить. Хочу сказать, что тоже мечтаю об этом. Но понимаю: он так и не ответил на мою главную претензию. Он не сказал, что я важнее его работы. Не сказал, что я — его номер один. Это разбивает мне сердце, но я знаю: он промолчал, потому что не умеет мне врать.

Потому что это неправда.

А я не собираюсь всю жизнь довольствоваться вторым местом. Не могу. Я заслуживаю большего, а он заслуживает ту, которую его амбиции будут устраивать.

Я опускаю руку и сжимаю его член через ткань брюк.

— Ну, если ты хочешь побыть плохим мальчиком, я тоже могу.

— Ты уверена? — хрипло выдыхает он.

— Ну, не прямо здесь. Сюда кто угодно может зайти, включая наших бабушек, а я не хочу доводить их до инфаркта.

Он издает смешок и нехотя отстраняется.

— Тогда идем в номер. Я хочу заняться с тобой любовью, Миа. Я доведу тебя до экстаза миллионом способов, а потом слижу с тебя каждую каплю.

— Продолжай меня соблазнять, плохой мальчик, — лукаво улыбаюсь я.

Он лишь качает головой:

— Это просто безумие.

Люк

— Доброе утро, красавица, — шепчу я Мие, как только она открывает глаза.

Она переворачивается и смотрит на меня с безмятежным выражением лица. Пока она не отводит взгляд, я наклоняюсь и быстро целую ее.

— Доброе утро, — говорит она. — Как спалось?

Она немного смущается, и мне это кажется невероятно очаровательным.

— Нормально. А тебе?

Она кивает, улыбаясь.

— Прошлая ночь была просто безумной.

Ее глаза расширяются, а у меня внутри все замирает, как на американских горках, и я не знаю, когда это головокружение закончится.

— Я чувствую то же самое, и не только потому, что ты скакала на мне всю ночь.

— Я не скакала на тебе всю ночь, — отвечает она и густо краснеет.

Я притягиваю ее к себе, ее обнаженное тело плотно прижимается к моему. Я провожу пальцами по ее шелковистой коже и накрываю ее губы своими. Она скользит ладонями по моей спине, и я перекатываюсь, оказываясь сверху.

— Что хочешь делать сегодня?

— Не знаю. А ты чего хочешь?

Она тихо стонет, когда я раздвигаю ее ноги и провожу пальцами по ее влажным складочкам. Она уже готова, а я возбужден, и утренний секс — это именно то, с чего я хочу начать этот день.

— Люк, — взволнованно шепчет она, когда я целую ее в щеку и устраиваюсь между ее бедер. — Я же только проснулась.

— Эй, но ведь это идеальный способ проснуться, верно?

— Может быть, — отзывается она, подаваясь навстречу моим губам.

Я быстро и решительно вхожу в нее, и она вскрикивает, обхватывая меня ногами за талию. Я начинаю двигаться медленно. Я хочу насладиться каждым мгновением.

Я беру ее за лицо и нежно целую. Продолжаю двигаться внутри, наслаждаясь этим невероятным ощущением — мы словно кусочки пазла, которые идеально подошли друг другу. Два кубика лего, которые просто встали на свои места.

— Сейчас должна заиграть та песня Эда Ширана, не думаешь? — шепчу я ей прямо в губы.

— Что ты имеешь в виду? — Она слегка наклоняет голову. — Какую?

— «Lego House».

Я задеваю пальцами ее сосок, и она выгибает спину. С ее идеально пухлых губ срывается громкий стон, когда я слегка сжимаю его.

— Почему ты так говоришь? — Она едва может произносить слова, ее глаза закатываются от экстаза.