— А почему Рекс не может этим заняться? Он же генеральный директор. Папа сам поставил его во главе компании.

— Пожалуйста, Люк. Ты нужен мне прямо сейчас.

— Хорошо, — сдаюсь я. — Буду через час.

— Спасибо. Я люблю тебя, мой мальчик.

— И я тебя, бабуль.

Я отключаюсь, и на меня тут же наваливается чувство вины, когда я поворачиваюсь к Мие.

— Тебе нужно ехать, — тихо говорит она. — Что-то случилось?

— Даже не знаю, — вздыхаю я. — Похоже, в семье серьезный кризис, и мы рискуем потерять бизнес.

Ее глаза округляются.

— Что? Как это?

— Судя по всему, Рекс оказался не таким уж гениальным управленцем, каким хотел казаться.

— Кто бы сомневался. — Она закатывает глаза. — Он же совершенно ни на что не годен.

— В общем, бабушка говорит, что у них долгов на полмиллиона, и бизнес на грани банкротства. Я пока сам ничего толком не понимаю. Я давно отошел от дел, но она просит помочь.

— Значит, тебе нужно ехать.

— Я не хочу тебя оставлять, Миа. Не хочу, чтобы ты думала, будто я ставлю бизнес выше тебя.

— Это твоя семья. Все нормально.

— Ты — моя семья, Миа. Ты самый важный человек в моей жизни, и я не хочу уезжать после того, как ты призналась, что чувствуешь себя на втором плане. Это не так.

— Ты едешь на помощь родным, Люк, и я никогда не стану злиться из-за этого. Я даже не обижаюсь на то, что работа для тебя так много значит. Просто я всегда мечтала быть для кого-то номером один. Хотела чувствовать, что меня видят и ценят. Может, это эгоистично. Может, это нереально, но мне это нужно. И я люблю тебя, и просто хочу, чтобы ты был счастлив.

— Я буду счастлив только с тобой, Миа. Я люблю тебя. И это не мимолетный курортный роман. Это навсегда.

— Я тоже тебя люблю, но предпочла бы остановиться сейчас, пока мы не зашли слишком далеко. Я боюсь раствориться в тебе, потерять себя в этих отношениях, а потом остаться с разбитым сердцем и ни с чем. Я люблю тебя так сильно, что готова отпустить, — тихо произносит она.

— Что значит «готова отпустить»?

— Я боюсь, Люк. Что, если у нас ничего не выйдет? Что, если мы все испортим? Мы никогда не были в таком статусе, и я просто в растерянности.

— Доверься мне, Миа. Поверь, что ты всегда будешь для меня на первом месте. Я готов отменить поездку к бабушке. Готов обсуждать с тобой все, что тебя тревожит. Я сделаю все, что скажешь. Я...

— Я поеду с тобой, — перебивает она.

— В смысле?

— Я поеду с тобой к твоим родным, ладно? Я хочу тебя поддержать и доказать, что не имею ничего против твоей помощи семье. Дело не в этом. Просто мне страшно, это все так ново для нас обоих. А вдруг не сработает?

— А вдруг сработает, Миа? Вдруг это именно то, о чем мы всю жизнь мечтали?

— Не знаю, — вздыхает она. — Я просто боюсь, что это действительно окажется всем, о чем я мечтала, — а потом я это потеряю.

Миа

В комнате повисло тяжелое, давящее напряжение. Рекс сидит на диване, похожий на нашкодившего ребенка. Энди примостилась рядом, совершенно потерянная. Родители Люка застыли за столом. Мать тихо плачет, а отец выглядит так, словно из него выпустили весь воздух. Только Битси держится твердо и решительно. Ее муж сейчас на поле для гольфа, и мне даже интересно, что он скажет, когда вернется.

Я перевожу взгляд на Люка. Он только что выслушал весь этот кошмар. Рекс практически довел компанию до банкротства, что лично мне кажется весьма ироничным. Я бы даже посмеялась, не будь ситуация такой катастрофической, но понимаю, что это было бы верхом бестактности. Вся семья в глубоком шоке. Я восхищаюсь выдержкой Люка — он не рассмеялся брату в лицо и не назвал его неудачником. На его месте я бы оторвалась по полной, но Люк благороднее меня. Он ведет себя предельно профессионально. Хотя, наверное, внутри он ликует и готов высказать родителям все, что думает об их решении отстранить его от дел.

Я и представить не могла, что один человек способен натворить столько бед, но от Рекса можно было ожидать чего угодно.

Люк спокойно обращается к семье.

— Это полный провал, — констатирует он, отрывая взгляд от финансовых отчетов.

Сейчас он в своей стихии, и мне непривычно видеть его в роли жесткого бизнесмена. Интересно слушать, как он оперирует цифрами и стратегиями. Этого Люка я совсем не знаю. Я далека от корпоративного мира, ничего не смыслю в бизнесе, но вижу, как он горит этим, как ему это нравится. И одновременно я понимаю, что эта часть его жизни никак не угрожает мне, его любви ко мне или нашим отношениям. Мне становится стыдно за свою инфантильность — я попрекала его работой исключительно из-за собственного эгоистичного желания всегда быть в центре внимания.

Правда в том, что я не могу быть на первом месте круглосуточно. Мне просто хотелось гарантий, что я его не потеряю.

— И что конкретно ты от меня хочешь? — огрызается Рекс тоном капризного подростка.

— Мне нужно, чтобы ты отошел в сторону, — жестко чеканит Люк, проводя рукой по волосам. — Мне нужно, чтобы ты засунул свое эго куда подальше. Прекрати вести себя так, будто ты здесь самый умный и все контролируешь, потому что это очевидная ложь. Это семейный бизнес. От его доходов зависят наши родители. Бабушка с дедушкой живут на дивиденды. Ты сам кормишься с этих денег. И твоей будущей семье они тоже понадобятся.

Энди заметно нервничает.

— Рекс, есть вероятность, что мы останемся без денег?

— Все под контролем, Энди, — сквозь зубы цедит он.

— Потому что я не подписывалась на жизнь в нищете и уж точно не подписывалась на тебя... — Она осекается, поймав его взбешенный взгляд, поджимает губы и смотрит на меня.

Я слегка хмурюсь. Она выглядит глубоко несчастной, а молодая невеста накануне свадьбы так выглядеть не должна. Но я молчу, потому что это не мое дело, да мы с ней и не подруги. И все же мне до смерти интересно, что у них там происходит и к чему была та фраза про беременность.

— Ты просто примчался сюда, чтобы разыграть из себя спасителя, — ядовито бросает Рекс. — Решил побыть Бэтменом, Суперменом или кем там еще, черт возьми.

Люк лишь качает головой и переводит взгляд на меня. Я посылаю ему воздушный поцелуй, и на его губах мелькает теплая улыбка. Я улыбаюсь в ответ. Краем глаза замечаю, что бабушка Битси пристально за мной наблюдает, и во взгляде ее читается странная мольба. Это удивляет, учитывая, что ей, возможно, придется продать дом и съехать с острова с пустыми карманами.

— Слушайте, я могу все уладить, — берет слово Люк. — Могу закрыть просроченные кредиты и помочь вытащить компанию из ямы, но... — он делает театральную паузу, — я чертовски устал. Физически, морально, эмоционально. Я хочу помочь семье, но я не доверю Рексу дальнейшее руководство.

— Ты просто хочешь занять мое кресло! — взрывается Рекс. — Ты всегда об этом мечтал. Метил на мое место. Небось сейчас прыгаешь от радости!

— Прекрати так разговаривать с братом, — вдруг подает голос мистер Хэвербрук.

Я в легком шоке, потому что за все годы знакомства слышала от него от силы слов десять. Впрочем, я не фанатка футбола, так что общих тем у нас не было. А жаль.

— Что? — хором выдыхают Люк и Рекс.

Никто из них ни разу в жизни не слышал, чтобы отец вступался за Люка. У меня такое чувство, что земля вот-вот налетит на небесную ось.

— Что ты сказал, пап? — лепечет Рекс, разом растеряв всю спесь. Он выглядит таким раздавленным, что на долю секунды мне становится его жаль. Но потом я вспоминаю, как он всю жизнь гнобил Люка. Как по-хамски вел себя со мной. Как обращается с Энди. Он редкий мудак и не заслуживает ни капли сочувствия.

— Я ошибся. У тебя нет деловой хватки твоего брата. Прости, сынок.

Он переводит тяжелый взгляд на Люка.

— Я был к тебе несправедлив, и я искренне об этом сожалею. Я видел, что Рекс не тянет, и мне стоило попросить тебя о помощи гораздо раньше.