Он отпрянул, потянув за собой Джессику. Что-то твердое ударило его в плечо и отскочило в голову. Ошеломленный Алекс упал лицом вниз. Джессика закричала, но прежде чем он успел подняться, в темноте прогремели два выстрела, и он почувствовал, как пули попали ему в плечо и поясницу.

Несколько мгновений Алекс приходил в себя. Руны-щиты, нарисованные на подкладке его куртки, не дали пулям убить его, но все равно было чертовски больно. Сдерживая стон, он поднялся на ноги. Ни Джессики, ни того, кто на него напал, видно не было, но они не прошли мимо него после того, как он упал, значит, они внутри.

Алекс пошатнулся, встал и, чтобы не упасть, оперся рукой о стену дома. Изнутри донесся крик мужчины, за которым последовал женский вопль. Его охватило почти непреодолимое желание броситься к задней двери, но он подавил его. Это только дало бы его противнику повод выстрелить в него еще раз, а рун-щитов у него почти не осталось.

Порывшись в кармане, Алекс достал мел и быстро нарисовал дверь хранилища. Через несколько мгновений он поджег бумагу с рунами, отпер тяжелую дверь и распахнул ее. Забежав внутрь, он открыл оружейный шкаф и достал свой пистолет 1911. Это было эффективное оружие, с которым мало кто хотел связываться, если оно было направлено на тебя, но Алекс не знал, сколько человек может быть в лаборатории с Джессикой. Ему нужно было что-то более устрашающее.

Сунув пистолет в карман куртки, Алекс взял дробовик. Это был Browning Auto-5 с патронами 12-го калибра, и сам по себе он был достаточно устрашающим. Алекс проверил магазин и снял пистолет с предохранителя, затем закинул его на плечо и выбежал на улицу.

Заглянув за угол, он увидел, что задний двор пуст. Подойдя к двери кладовой, он пригнулся, чтобы заглянуть в большие окна лаборатории. Внутри трое мужчин обыскивали помещение, а четвертый стоял на страже у Джессики. Она прижимала руку к щеке, и Алекс заметил, что на ней наливается синяк.

Бесшумно подойдя к двери, Алекс открыл ее и вошел. Игольчатая ловушка в дверной ручке все еще работала, и он удивился, как эти люди смогли ее обойти.

— Если они ее обошли, — напомнил он себе, — значит, кто-то из них открыл дверь обычным способом, и крошечная игла уколола его, нанеся смертельную дозу нервно-паралитического вещества.

— Лучше бы тебе поумнеть, — сказал кто-то с акцентом жителя Бронкса. — Скажи нам, где доктор Келлин, и мы с тобой по-хорошему разберемся.

— Я уже все вам рассказала, — возразила Джессика. — Ее здесь нет, она уехала в Олбани.

— А я говорю, что ты врешь, — сказал мужчина. — Джули весь день следила за этим домом, и она видела, как доктор Келлин вошла, но не видела, как она уходила.

— Ну, наверное, Джули не разглядела ее в тумане, — сказала Джессика. — Вы уже все обыскали, ее здесь нет.

Внезапно Джессика вскрикнула, и Алекс услышал звук пощечины. Мужчина с акцентом жителя Бронкса начал что-то говорить, но Алекс больше не мог ждать. Он распахнул дверь в лабораторию и, держа наготове пистолет, вышел из-за угла. Как только он поднял оружие, его большой палец коснулся одной из рун на прикладе. По всей длине оружия запульсировал призрачный зеленый свет.

Мужчина с акцентом жителя Бронкса стоял и смотрел на Джессику, которая упала со стула и схватилась за лицо. Двое других мужчин находились в глубине лаборатории: один стоял лицом к Алексу, а другой — спиной. Четвертый куда-то исчез, вероятно, через открытую дверь в спальню Джессики.

Алекс сразу понял, что они слишком рассредоточились, чтобы он мог прикрыть их из дробовика. Единственный шанс взять ситуацию под контроль — уменьшить количество противников.

Приняв решение, Алекс не стал медлить. Он нажал на спусковой крючок, и дробовик рявкнул. Руны на прикладе усилили звук и подожгли пули. Пылающие гильзы размером с патроны 38-го калибра врезались в "Бронксского акцента", задев его руку и бок, и тот рухнул на пол.

Алекс развернулся и направил дробовик на бандита, стоявшего к нему лицом.

— Не надо, — сказал он, когда тот потянулся к внутреннему карману пальто. — Покажи мне руки. Подними их. И ты тоже, — сказал он, поворачивая дробовик в сторону бандита, стоявшего позади.

Они оба подчинились и подняли руки.

— А где твой друг? — спросил Алекс.

Не успели они ответить, как из спальни Джессики раздались два выстрела. Один попал Алексу в руку, а второй пролетел мимо. Он почувствовал, как активировалась третья руна щита, остановившая пулю. Оставалось еще две руны щита.

Алекс охнул, когда пуля обожгла ему руку. Подумав, что в него стреляют, двое мужчин в комнате бросились к своим карманам. Алекс не был уверен, что у них обоих есть пистолеты, но, имея в запасе всего две руны щита, он не собирался рисковать.

Дробь ударила ближайшего бандита прямо в грудь. Он вскрикнул и рухнул на одну из скамеек, опрокинув на пол оборудование для пивоварения, и на пол посыпались разноцветные жидкости и стекло. Из спальни раздался еще один выстрел, но Алекс успел увернуться, и пуля разбила стеклянный стакан у него за спиной.

Перебежав на другую сторону, Алекс перепрыгнул через тело бандита с акцентом жителя Бронкса и прицелился в ближайшего из них. У этого был такой же револьвер, как у Алекса, и он начал стрелять так быстро, как только мог. Пули и оборудование разлетались вокруг Алекса, осыпая его дурно пахнущими жидкостями и осколками стекла.

Алекс нажал на спусковой крючок, и третий бандит упал, получив заряд дроби в лицо, который едва не снес ему голову.

Оставшийся бандит выбежал из спальни, на бегу беспорядочно стреляя, и выпрыгнул в окно в передней части лаборатории. Алексу пришлось укрыться, и к тому времени, как он поднялся на ноги, последний бандит уже скрылся.

После оглушительного грохота дробовика в лаборатории повисла мертвая тишина. Алекс слышал собственное сердцебиение.

— Алекс! — закричала Джессика.

После этой неземной тишины звук резанул по ушам.

Джессика поднялась на ноги, опираясь на один из лабораторных столов, и огляделась по сторонам, пока не увидела его.

— О боже, — сказала она, бросаясь к нему в объятия. — Я думала, ты погиб. Я видела, как он в тебя выстрелил. Ты в порядке?

— На моей куртке защитные руны, — сказал он, морщась от ее объятий. Руны могли уберечь его от пуль, но к утру он весь будет в синяках. — Извини за беспорядок, — сказал он, оглядывая разрушения, учиненные дракой. Его взгляд упал на открытую дверь в подсобку. Там стоял аппарат для приготовления лекарства от полиомиелита доктора Келлина. У Алекса перехватило дыхание, когда он увидел, как из дистиллятора на стол льется струя голубоватой жидкости. — Э-э, Джессика? — сказал он, указывая на утечку.

Она проследила за его пальцем и, увидев вытекающую жидкость, вскрикнула.

— Помогите мне, — крикнула Джессика, бросившись к столу для варки в маленькой задней комнате. — Дайте мне чистую тряпку, что-нибудь, чтобы остановить утечку.

Её голос звучал пронзительно и отчаянно, но слова были спокойны. Алекс огляделся, достал из кармана носовой платок и протянул ей.

— Он чистый, — объяснил он, когда она с подозрением посмотрела на платок.

Если она и хотела возразить, то передумала, взяла платок и прижала его к трещине в стеклянном корпусе дистиллятора. В кирпичной стене над аппаратом зияла дыра, но Алекс не мог сказать, образовалась ли она в результате рикошета или от шальной дроби из его дробовика. Ясно было одно: кусок стены попал в дистиллятор.

— Это не поможет, — сказала она, в отчаянии оглядываясь по сторонам.

Алекс достал свою книгу рун и начал листать страницы.

— У меня есть руна починки, — сказал он, вырвав страницу. — Она заделает трещину, как новенькая.

— Нет, — сказала Джессика. — Я не могу допустить, чтобы к зелью прикасалась чужая магия.

Алекс бросил руну малой починки и выбежал из комнаты. Найдя неповреждённую линию для варки, он схватил пустой химический стакан, стоявший в конце линии.