— Как же вы её упустили? — спросил Алекс, сдерживая ухмылку. Он ожидал, что Бартон разозлится, но вместо этого на лице чародея появилось задумчивое выражение.

— Не то чтобы я не пытался, — сказал он. — Она ушла со сцены и вышла замуж за какого-то богача. Его семья была из старых денег. Это было ещё в те времена, когда я не был так успешен, как сейчас.

— Что с ней случилось?

Бартон пожал плечами.

— Она много лет работала моделью, снималась для обложек журналов и так далее, но сейчас она этим не занимается. Ее муж занялся политикой и много времени проводит за границей. — Он глубоко вздохнул и повернулся к Алексу, вернув себе деловой тон. — А теперь, если не возражаешь, — он протянул руку и выхватил конверт из рук Алекса, — давай посмотрим, что ты мне принес.

Он подошел к своему огромному письменному столу и достал из-под стопки корреспонденции серебряный нож для разрезания бумаги. Ловким движением он вскрыл конверт и достал сложенный лист бумаги.

— Если это шутка, то мне не смешно, — сказал он, развернув совершенно чистый лист. Он бросил его на стол и посмотрел на Алекса, ожидая объяснений.

— Это не шутка, — сказал Алекс, подходя к столу. — Вот так ваш вандал оставляет свои послания. — Он достал свою красную книгу рун и открыл ее на последней странице, где была нарисована довольно сложная руна. Она состояла из пяти узлов и двух колец символов, одно из которых было внутри, а другое, снаружи. В центре был символ, который всегда напоминал Алексу о Стоунхендже. — Это руна исцеления, — сказал Алекс, вырывая страницу из книги.

— Бумага что, больна? — спросил Бартон, все еще не в настроении шутить.

— Это не то исцеление, — объяснил Алекс. — Эта руна ускоряет процесс высыхания. Исторически ее использовали художники, чтобы высушить краску, и переплетчики, чтобы высушить клей.

— Какое отношение это имеет к чистому листу бумаги? — спросил Дункан, впервые за все время заговорив. Он был высоким и грузным мужчиной, но говорил мягким голосом, который не вязался с его внешностью.

Алекс лизнул обратную сторону листа с руной и приклеил его к чистому листу.

— Вот, — сказал он, поднеся к ней зажжённый кончик сигареты. Бумага с рунами исчезла в облаке дыма, а руна осталась висеть в воздухе. Сначала она медленно пульсировала лазурным светом, потом всё быстрее и быстрее, пока наконец не лопнула, как воздушный шарик, и не исчезла.

Все взгляды устремились на бумагу, на которой очень медленно начали проступать два слова.

— Секретные чернила.

— Что за дьявольщина, секретные чернила? — спросил Бартон. Он посмотрел на Дункана, но начальник службы безопасности лишь пожал плечами.

— Они бывают разные, — объяснил Алекс. — Самые распространённые, исчезающие. Вы пишете сообщение, и со временем оно бледнеет и исчезает. Такие чернила используют правительства и организации с высоким уровнем секретности, чтобы их сообщения не попали в чужие руки.

— А есть такие, которые сначала становятся невидимыми, а потом проявляются? — спросил Дункан.

Алекс постучал себя по носу.

— Есть и такие.

— Значит, тот, кто это делает, пишет свои сообщения за несколько часов до того, как их кто-то найдёт, — сказал Бартон, комкая бумагу в руке.

— Я бы сказал, за двенадцать часов, — ответил Алекс. — Вот почему никто не видел, как кто-то пишет эти сообщения.

— Неплохо, — сказал Бартон, хотя всё ещё был недоволен. — Так вы выяснили, кто из моих сотрудников этим занимается?

Алекс достал из кармана второй конверт и протянул его Бартону.

— Если этот конверт пустой, Локерби, тебе лучше научиться бегать быстрее молнии, — сказал он, разрезая его серебряным ножом для бумаги. — Кто такой Фредрик Паттерсон? — спросил он, прочитав содержимое.

— Здесь нет никого с таким именем, — услужливо подсказал Дункан.

— Забавная история, — сказал Алекс Бартону. — Я поговорил со всеми, кто работает на этаже Томаса Уитли, и хотя некоторые из них не в восторге от того, что он там живет, никто из них не был настолько зол, чтобы ему угрожать. Я начал подозревать, что сообщения мог оставлять кто-то другой.

— Фредрик Паттерсон? — спросил Дункан.

— Его имя фигурирует в журнале посетителей за день до того, как были обнаружены все угрозы, — сказал Алекс.

— Это может быть совпадением, — сказал Бартон.

— Я тоже так думал, — сказал Алекс, и его улыбка стала шире. — Но поскольку он был единственным постоянным посетителем, я решил проверить его.

Алекс сделал паузу, чтобы усилить эффект.

— И что ты выяснил? — наконец прорычал Бартон.

— Оказывается, мистер Паттерсон раньше был начальником охраны на заводе "Абернети машайн", пока три месяца назад они не обанкротились. — Он повернулся к Дункану. — Спроси, как он получил эту работу.

— Ладно, — сказал Дункан, подыгрывая ему. — Как?

— Прежнего начальника охраны уволили после того, как он не смог предотвратить серию краж на территории завода, — сказал Алекс. — По странному совпадению, в то время там работал брат Фредрика Паттерсона, который и порекомендовал его на эту должность.

— То есть ты думаешь, что это был кто-то из своих, — предположил Бартон.

— Паттерсон хорошо подходил для этой работы, — продолжил Алекс, не обращая внимания на комментарий чародея. — Оказывается, когда он служил в армии, он возглавлял службу военной полиции в Форт-Беннинге. Он получил эту должность после того, как бывший сержант не смог выяснить, кто оставлял грубые надписи на двери кабинета коменданта.

— Я что-то не понимаю, — сказал Бартон, глядя на начальника службы безопасности.

Дункан кивнул.

— Похоже, этот Паттерсон метит на мое место.

— И он бы его получил, — сказал Алекс, указывая на Бартона. — Ваш босс десять минут назад пригрозил вас уволить. Если бы Паттерсон продолжал отправлять сообщения, рано или поздно вас бы уволили.

— Так как же он рассчитывал получить эту работу? — спросил Бартон. — У него здесь что, брат работает?

Алекс покачал головой.

— Все гораздо проще, — сказал он. — Он встречается с женщиной, которая живет в этом здании, Эми Картер.

Бартон выглядел озадаченным, но Дункан застонал и схватился за голову.

— Кто она такая? — спросил Бартон.

— Моя секретарша.

Алекс указал на Дункана.

— Итак, Паттерсон убирает вас с дороги, — сказал он, а затем повернулся к Бартону. — А потом мисс Картер рассказывает вам о кандидате, который идеально подходит на эту должность.

— Мисс Картер в этом замешана? — спросил Бартон.

Алекс пожал плечами.

— Понятия не имею, — сказал он. — Но я уверен, что Дункан докопается до истины.

— А как же Уитли? — спросил Бартон. — Вы хотите сказать, что все это было не из-за него?

— Нет, — ответил Алекс. — Он был просто удобной мишенью для Паттерсона. Когда мисс Картер рассказала ему об Уитли, Паттерсон увидел свой шанс.

Бартон долго смотрел на Алекса, а затем улыбнулся и кивнул.

— Хорошая работа, — сказал он. — Ты меня раздражаешь, Локерби, но ты добиваешься результатов. — Он повернулся к Дункану. — Узнай, что об этом знает твоя секретарша, и внеси имя этого Паттерсона в список лиц, подлежащих охране. Я не хочу, чтобы он снова появлялся в этом здании.

Дункан пообещал разобраться и, бросив на Алекса благодарный взгляд, вышел из кабинета.

— Сколько я тебе должен? — спросил Бартон, доставая из кармана пиджака бумажник из кожи аллигатора, набитый деньгами.

— Шесть дней работы по двадцать пять долларов в день, — ответил Алекс.

— Ты сказал, что некоторые из моих сотрудников не в восторге от того, что Уитли живет в этом здании, — сказал Бартон, доставая из бумажника три купюры по пятьдесят долларов. — Кто это?

Алекс потянулся за деньгами, но Бартон убрал их, как и конверт, который Алекс забрал у него ранее.

— Не помню, — солгал Алекс, не желая вмешиваться. — Но если вы действительно хотите, чтобы ваш новый бухгалтер влился в коллектив, устройте вечеринку.