– Если не будешь упрямиться, то не скажу, – улыбнулась Фадия, после чего перевела взгляд на меня. – Ваше Сиятельство, курьер доставил конверт с приглашением в клуб «Алая Королева». Судя по добытой мной информации, там будет находиться не меньше двух сотен молодых аристократов. В том числе тех, кто учится с вами в Академии.

Я, конечно, говорил Фадии, что со мной не на публике можно обращаться на «ты», но она всё равно предпочитала обращаться ко мне на «вы». Причём объяснила оно такое решение железобетонным аргументом: «Мне хотелось бы разделять работу и личные отношения».

В этом вопросе я не мог с ней не согласиться. Дружба не должна касаться деловых вопросов, так что формальная речь тут была к месту.

– Многовато, конечно, народу для закрытого клуба, – сложил я руки на груди и добавил: – Хорошо, позже займусь этим вопросом. Мне ещё понадобится помощь с выбором одежды, парфюма, автомобиля и других вещей.

– Будет сделано, молодой господина, – слегка поклонилась Фадия. – А теперь прошу вас также пройти со мной в лазарет. Как ваш личный целитель, я обязана следить за вашим здоровьем.

– Хорошо, – в отличие от Дрога, я не стал спорить с девушкой.

Всё‑таки какими бы пустяковыми ни казались раны, любая из них могла привести к не самым приятным последствиям. Так что лучше уж перестраховаться.

А ещё надо будет как следует обдумать наш с Дрогом разговор и сам бой. У меня в голове уже родилась парочка новых идей, которые нужно проверить. Тогда я не просто смогу повторить его движения, но разработать свой неповторимый стиль боя, связанный с рунной магией. Не зря же я получил эту Систему и изучаю наследие моего предка – надо все использовать, что есть на руках.

Но это пока что всё гипотезы и слова. Нужно всё проверить и закрепить практикой, прежде чем делать точные выводы. Пожалуй, этим и займусь в ближайшие дни. Благо время на тренировки пока есть.

Следующие дни я провёл в довольно странном режиме.

С одной стороны, ничего необычного в моём распорядке не появилось. Тренировки с Дрогом, работа с рунами, чтение найденных трактатов, отчёты от слуг и написанием очередной статьи для Вестника.

Последнее, к слову, тоже шло мне на пользу, поскольку я расписывал, как маг воды может улучшить свои навыки за счёт понимания стихии и её процессов. Ну и заодно выдвинул несколько гипотез по созданию новых вариаций магических контуров, о которых вычитал в древних трактатах.

Они нуждались в проверке, но для Вестника такой информации более чем хватало. От меня ведь не требовали каждый месяц делать абсолютно новые открытия.

Хотя то, что я второй раз подряд беру в качестве главной темы атрибут льда, может вызвать парочку вопросов у руководства Вестника. Всё‑таки новая тема чем‑то схожа со старой, а читатели подобное не любят.

Ничего предъявлять на этот счёт он не станет, но лучше, конечно, писать о разном. В конце концов, изучение разных тем вопроса помогает обрести новые знания, которые никогда не знаешь, где могут пригодиться.

В остальном, моё времяпровождение больше напоминало жизнь наследника, который почему‑то решил, что лучший отдых – это труд и тренировки. Хотя сомневаюсь, что Алиса, Винсент или Виолетта ничего не делают и отдыхают где‑то в тёплых странах, на море.

Все мы хотим стать сильнее, а значит, никто не станет давать себе послаблений. Впрочем, это уже детали.

После разговора с Дрогом меня всё никак не отпускала мысль о воде. Ну или точнее о том, как она связана с техникой боя.

Если я, действительно, хотел глубже понять истинное слово «Вода», то одних медитаций у пруда и боевых тренировок было недостаточно.

Да, с каждым новым спаррингом я всё лучше чувствовал свою связь с водой. Я представлял, как мой меч течёт подобно реке, огибая преграды, что в итоге принесло свои плоды. Дрог оставлял на мне всё меньше и меньше ран, несмотря на то, что в чистой скорости он меня превосходил.

Только на само понимание стихии это мало как влияло. Скорее уж, я во время их улучшал фехтовальные навыки. Это не могло не радовать, но я так‑то должен развивать оба направления, если хочу полностью овладеть наследием предка.

Я долго размышлял, как можно решить эту проблему, и пришёл к простому выводу. Мне требовалась постоянная практика, в том числе в повседневной жизни.

Что это значило? То, что теперь я должен был двигаться как в бою. Плавно, размеренно, без лишних мыслей и пустых телодвижений.

Как обычно это бывает, на практике оно оказалось куда сложнее, чем я себе это представлял.

Звучало в целом нетрудно, учитывая, сколько времени в день я посвящал физическим тренировкам. На деле же сражаться с десятком наг одновременно в ближнем бою было бы легче.

При первых же попытках двигаться как вода, я подметил очень неприятную деталь. Я привык двигаться иначе. Быстро, резко и сильно не заморачиваясь.

Например, если мне хотелось съесть тортик, то я без раздумий садился за стол, брал вилку, затем тарелку с десертом и после с удовольствием его ел. Теперь же обычная трапеза превращалась в целый ритуал или даже бой, тут с какой стороны посмотреть.

Прежде чем сесть за стол, я на несколько шагов вперёд рассчитывал, что и как буду делать. Какой рукой и в какой момент возьму вилку, как одновременно со столовым прибором подниму блюдце, за сколько движений я его съем…

Можно сказать, в последние несколько дней я без остановки пребывал в состоянии «боевого намерения».

На первый взгляд казалось, что одно никак не связано с другим. Однако именно понимания того, как я двигаюсь, мне не хватало для нужного толчка.

– Ничего себе… – воскликнул Валариец после того, как я парировал его меч и пнул ногой в торс. От последнего удара он чуть не упал на землю, но прямо в полёте изменил траекторию и приземлившись, сразу встал в стойку. – Хороший удар. Боль… нет, не так… как это слово… болезненный!

– А нечего зевать во время боя, – усмехнулся я, вновь принимая боевую стойку. – За корпусом надо тоже следить. Иначе противник тебя подловит.

– Не успеть, – пожал плечами мой друг. – Ты двигаться быстрее прежнего. Ты понять меня и добавить текучесть. Пока слабый текучесть, совсем маленький. Как ручеёк, который вот‑вот высохнуть. Но ты начать понимать. Не только меч должен течь. Тело тоже должен течь.

– За это я должен сказать тебе спасибо, – благодарно кивнул я, поскольку Дрог очень сильно помог. – Ты дал отличный совет.

– Ты… ты делишься со мной опытом. Я делюсь с тобой опытом, – невозмутимо ответил он и с интересом спросил: – Я ведь правильно расставил окончания?

– Правильно, – улыбнулся я. – Будешь чаще разговаривать на амрательском и никто не поймёт, что ты из Валарии. Ну разве что если не станут смотреть на твоё лицо и кожу.

– Я просто скажу, что загорелый, – рассмеялся Дрог, а я вместе с ним.

Происходящие со мной изменения заметил не только валариец. Мои слуги тоже стали это подмечать, правда, по‑своему. Они почему‑то считали, что я целыми днями хожу хмурым, напряжённым, и вообще странно себя веду. Хотя последнее замечание было справедливым с их стороны.

Всё‑таки когда молодой господин, выходя из столовой, около минуты пытается «правильно» коснуться дверной ручки, чтобы почувствовать метафорическую текучесть, то со стороны это выглядит очень подозрительно.

Не хочу представлять, что при этом они могли доложить отцу…

Мне хотелось подольше оставаться в поместье, чтобы закрепить результат. Тем более что Дрог был мечником и очень неплохим спарринг‑партнёром.

Как назло, наш счёт побед свёлся к ничьей. И это несмотря на новоприобретённые навыки. Хотя чему тут удивляться? Валариец так‑то тоже перенимал мой опыт сражений и становился сильнее.

Теперь интересно, когда в следующий раз нам доведётся сразиться вместе, чьё мастерство меча окажется сильнее. Правда, чувствую, раньше весны узнать у нас не получится.