— Передать меня?! — взревела сущность.

Мрак выстрелил вверх на три метра, формируясь в гигантского, пульсирующего от первобытной ярости демона.

— Этим родовитым оборванцам?! Да я в Хэйан их предков живьем скармливал проклятым псам! Скажи ему, Тодзи! Объясни утырку, куда он может засунуть свой контракт!

Фушигуро молчал.

Дождь беспрепятственно мочил темные волосы, стекал по уродливому шраму на подбородке. В карих глазах не было ни гнева, ни страха. Только ледяной, математический расчет хищника.

— Отдать, говоришь? — медленно переспросил наемник. — И как технически вы планируете его отдирать? Паразит пришит к моему телу на уровне душевного резонанса.

— Клан обладает уникальным реликтом, — невозмутимо пояснил Наобито. Пальцы в белых перчатках мягко легли на рукоять катаны. — «Клинок Рассечения Душ». Процедура проста: мы отрубим твою тень вместе с куском ноги. Утраченную конечность восстановит мастер обратной проклятой техники за наш счет. Ты уйдешь свободным и богатым человеком.

Демон за спиной замер. Светящиеся бельма с тревогой уставились на хозяина.

— Эй… — напряженно прошелестел дух. — Босс… Ты же не думаешь подписаться на эту херню? Они же ногу отпилят, мясники чертовы. И никакой целитель не вырастит ее обратно, повреждения души не лечатся регенерацией…

Убийца Магов неторопливо извлек из помятой пачки последнюю сигарету. Зажал фильтр зубами, но поджигать не стал.

— Значит, ногу.

— Сделка крайне выгодна, — нажал посланник. — Ты ненавидишь магию всей душой. А эта тварь соткана из нее. Зачем таскать за собой лишний груз?

Тодзи сделал один плавный шаг вперед.

Тень мгновенно схлопнулась. Превратилась в монолитный, угольно-черный щит, растянувшись ровно за широкой спиной наемника. Сжатая пружина, готовая в долю секунды обернуться непробиваемой броней или разящим копьем.

— Видишь ли, в чем загвоздка, Зэнин… — Фушигуро выплюнул незажженную сигарету прямо в лужу у ног переговорщика. — Он стопроцентный маг. Бесит неимоверно. Жрет мое мясо, спускает мои деньги на дохлых кляч и без умолку ноет про свое хваленое прошлое.

— Следовательно, ты согласен? — Наобито чуть сдвинул большой палец, освобождая лезвие из ножен.

— Нет. — Лицо Тодзи исказила дикая, по-настоящему звериная ухмылка. — Вся суть в том, что он — МОЙ личный паразит. А я терпеть не могу, когда кто-то тянет грязные руки к моим вещам. Даже если эта вещь — кусок тысячелетнего дерьма.

Щит за спиной взорвался восторженным, ревущим гулом.

— Слыхал, самурай недорезанный?! — прорычала Тень. Десяток смоляных щупалец хищно взметнулись в воздух. — Я — ЕГО кусок дерьма! А ты сейчас будешь жрать токийский асфальт без соли!

Наобито выхватил клинок.

Сталь полыхнула ровным, ослепительно-синим светом. Фамильная техника клана Зэнин — «Пространственный кадр». Фигура мечника исчезла, распавшись на двадцать четыре плоских кадра в секунду. Скорость, недоступная человеческому глазу.

Но Убийце Магов не требовалось зрение. И плевать он хотел на чужую энергию. Он читал бой по едва уловимым смещениям воздушных масс.

Раздался оглушительный металлический лязг.

Тодзи глухо принял удар на левое предплечье. Катана Наобито со звоном врезалась в рукав куртки, но даже не оцарапала ткань. Верный дух мгновенно перекинул массу, покрыв руку хозяина концентрированной хэйанской броней. Ткань обрела прочность алмаза.

— Контакт! — рявкнул напарник. — Бей в печень, ломай ребра!

Не гася инерцию чужого удара, Фушигуро крутнулся на пятке и с правой наотмашь всадил пудовый кулак прямо в челюсть самурая.

Удар чудовищной силы разбил пространственную технику вдребезги, как дешевое стекло. Наобито оторвало от земли, протащило сквозь хлипкие стойки навеса и с хрустом впечатало в глухую кирпичную стену дома напротив. По старой кладке змеями поползли глубокие трещины.

Наемник медленно, не делая резких движений, поправил куртку и размял сбитые костяшки.

— Передай своему хозяину, — громко, чтобы слова пробились сквозь облако кирпичной пыли, произнес Тодзи. — Если ему так нужна моя тень — пусть приходит лично. И берет с собой мешки с наличкой. Потому что за каждую попытку отрезать мне ногу, я буду в качестве компенсации отрезать голову одному из Зэнин.

Из-под завала обломков показалась дрожащая рука с зажатым мечом. Но продолжать бессмысленную бойню посланник не стал. Опытный маг быстро сложил два и два: симбиоз физической аномалии и древнего неубиваемого духа — это не то дерьмо, в которое стоит лезть в одиночку.

Короткая вспышка энергии — и силуэт чародея растворился в ночной мороси.

Улица снова погрузилась в монотонный шум дождя. Тодзи молча шагал по блестящему асфальту, высоко подняв воротник куртки. Вода смывала с ботинок остатки чужой крови и бетонную пыль.

Тень покорно скользила следом. Она хранила гробовое молчание почти десять минут — абсолютный рекорд с момента их встречи.

— Чего язык проглотил? — сухо осведомился мужчина. — Мышцы свело?

— Ты… — Смоляное пятно чуть ускорилось, поравнявшись с хозяином и материализовав два мерцающих глаза. — Ты на полном серьезе заявил этому хмырю, что я — твоя собственность?

— Ты — мой прямой должник. — Тодзи не сбавил шаг. — Проиграл пари на скачках. А должников не раздают первому встречному, пока они не отработают баланс в ноль.

— Редкая, неотесанная, беспринципная сволочь, — тихо констатировала сущность. Но в электронном шепоте впервые проскользнула искренняя, почти теплая ирония. — Но… спасибо, что не дал отпилить ногу. Не горел желанием расставаться. У клана Зэнин смердит нафталином и дешевыми благовониями. С тобой всяко веселее.

— Рано расслабился. — Наемник притормозил у светящегося автомата с напитками, закинул монету. — Завтра приступаем к жестким тренировкам. Твой боевой радиус должен вырасти до десяти метров.

— Десять метров?! — неподдельно ужаснулся дух. — Ты решил из меня последние жилы вытянуть?!

— Я планирую, чтобы в следующий раз, когда Совет пришлет своих цепных псов, ты завязывал им кишки в узел, пока я спокойно пью пиво на диване.

В лоток со стуком вывалилась горячая банка кофе.

— Будешь?

— Исключительно если плеснешь туда немного саке, — буркнула Тень.

Из мокрого асфальта вытянулась костлявая черная лапа и бесцеремонно забрала напиток.

Иокогама встретила их зловонием. Гниющая рыба, ржавчина и липкая, удушливая сырость, обволакивающая портовые доки глубокой ночью. В эпоху Хэйан привычных нам портов не существовало. Зато хватало прибрежных деревень, где смердело абсолютно так же — выброшенными гнить водорослями и раздувшимися утопленниками. Местные не спешили предавать тела земле, лишь бы не платить налог деревенскому старосте.

Тодзи неспешно месил грязь вдоль причала. Руки глубоко запрятаны в карманы спортивных штанов. Под подошвами тяжелых армейских ботинок противно хлюпала маслянистая жижа, густо приправленная свежей угольной пылью.

— Твоя новая куртка — это преступление против здравого смысла и хорошего вкуса, — донесся глухой, раздраженный шепот откуда-то из-под правого каблука. — Синтетика. Дешевая, вонючая китайская дрянь. Она искрит и щелкает меня по носу при каждом твоем широком шаге.

— Эта тряпка обошлась в три тысячи иен, — ровно отозвался Убийца Магов, даже не подумав сбавить темп. — Воду не пропускает, пятна крови на черном фоне не видны. Для грязной работы в доках — идеальный вариант. А если тебе, паразит, припекает нос, перестань тереться своим хэйанским пятаком о мои лодыжки.

— Я не трусь, я осуществляю мониторинг периметра!

Черное пятно на мокром асфальте недовольно сверкнуло белыми провалами глаз. Из плоскости вытянулся тонкий смоляной палец и мстительно ткнул хозяина в голень.

— Мы направляемся на объект, где бесследно сгинули два полноценных отряда магов второго ранга. Пропали без вести. В нашем ремесле это означает, что их не просто пустили на мясо, а выпили досуха через соломинку. Ты же топаешь туда с таким расслабленным видом, будто собрался в ночной ларек за дешевым пойлом.