Тимур сначала поднялся к дому один.

И вот здесь впервые столкнулся с моим отцом.

Совсем не так, как мы когда-то представляли знакомство.

Я открыла дверь.

За спиной появился папа.

Тимур остановился на пороге.

На секунду ситуация стала почти абсурдной.

Мой парень впервые стоит перед отцом.

Ночь.

Улица.

За мной, возможно, следят неизвестные люди.

Прекрасное начало семейных отношений.

Я представила их быстро.

Тимур поздоровался спокойно.

Не пытался изображать милого мальчика.

Отец посмотрел на него внимательно, потом на машину Артура снаружи.

Понял, что сейчас не время для знакомства.

И за это я была благодарна.

Мы с Тимуром вышли в прихожую, достаточно далеко, чтобы остальные не слышали каждое слово.

Он взял мой телефон.

Рассмотрел фотографию.

Отправил себе.

По выражению лица я поняла: уже не считает совпадением.

— Ты точно видела эту же машину возле университета?

Я описала отметину на бампере.

Потом вспомнила время.

Место возле аптеки.

Сколько она стояла.

Тимур слушал очень внимательно.

С каждым предложением становился всё жёстче.

Не со мной.

С теми, кто сидел в машине.

Я впервые увидела, как человек может по-настоящему испугаться и выглядеть при этом злым.

Не растерянным.

Не бледным.

Просто опасным.

Он не сказал, что боится.

Не требовалось.

Я коснулась его руки.

— Тимур.

Он посмотрел.

— Я в порядке.

— Сейчас.

Это единственное слово прозвучало хуже всего.

Сейчас.

То есть дальше он уже мысленно видел другие варианты.

— Не начинай решать всё за меня, — тихо предупредила я.

Его лицо изменилось.

Понял сразу.

— Не буду.

Но слишком быстро.

И я не поверила до конца.

Север позвонил через двадцать минут.

К этому времени Тимур всё ещё находился у нас.

Артур уже поднял камеры вокруг университета и аптеки.

Не все.

Но достаточно.

Машина действительно была одна и та же.

На ней меняли номера.

Один комплект использовали возле университета.

Другой — возле аптеки.

Третий сегодня.

Никакого совпадения.

За мной наблюдали.

Я сидела на диване в гостиной, когда Тимур произнёс это вслух.

Не для семьи.

Только мне.

Тихо.

Но смысл от этого легче не стал.

Кто-то знал: где я учусь; где работаю; где живу.

Внутри всё сжалось.

На секунду стало трудно нормально вдохнуть.

Не паника.

Просто слишком резкое осознание.

Тимур сел рядом.

Не начал обещать, что никто меня не тронет.

Наверное, уже понимал, что после произошедшего такие обещания ничего не стоят.

Просто положил руку поверх моей.

Я сжала пальцы.

— Это из-за тебя?

Он не стал врать.

— Скорее всего.

Вот теперь стало действительно страшно.

Не потому, что Тимур рядом опасен.

А потому, что его враги уже нашли меня.

И мне даже не пришлось входить в их мир.

Они сами пришли в мой.

Тимур

Я вышел из дома Евы после полуночи.

Север ждал возле машины.

Как только дверь за мной закрылась, я перестал делать вид, что способен спокойно воспринимать происходящее.

— Кто?

Артур уже ожидал вопрос.

Пока не знали.

Лица водителя не было.

Машина оформлена через цепочку, которая, скорее всего, снова окажется мусором.

Но камеры подтвердили всё.

Университет.

Аптека.

Её улица.

Три дня.

Кто-то изучал Еву.

Не пытался пока подойти.

Не говорил с ней.

Не трогал.

Просто смотрел.

Это бесило хуже прямого нападения.

Я знал, что означает наблюдение перед действием.

Собирают привычки.

Время.

Маршрут.

Смотрят, когда человек один.

Кто встречает.

Куда едет.

Несколько дней назад Север назвал Еву моей уязвимостью.

Я хотел послать его нахуй.